Гибель «Улитки»

[e-mail]

Гибель «Улитки»

СССР, 2061 год. Первое октября, 10.30 по местному времени

Маленькая моторная лодка медленно скользила по реке. Тучи угрожающе повисли над ней, словно суровый учитель над работой несносного мальчишки... Или, скорее, девчонки. Все ближе оказывалась белоснежная фигурка к затоптанному кучкой людей песчаному бережку. Странного вида мужчины и женщины молча смотрели на реку и улыбались.

И никого не смутило, что лодка была пуста.

Ей должен был управлять белокурый мальчишка лет десяти, чьи глаза впитывали в себя всю силу Черного моря. Чей непослушный локон по велению ветра взлетал бы вверх и опускался бы на чистый высокий лоб. Чей дед говорил: «В твоем лице я вижу моряка, в твоих руках – штурвал, и я плевать хотел, что он в наше время уже бесполезен…»

Вдруг, спустя какое-то время, мотор стал работать быстрее. Лодка начала набирать скорость. Рассекая водную гладь, она помчалась к берегу, будто стремилась раздробить этот людный кусочек суши. Начался дождь. Моторная лодка, почти приблизившись к холодному берегу, резко свернула, вместе с дождем устроив людям водную процедуру за их поддельные улыбки…

…И тут Игорь вздрогнул. Его рука неохотно потянулась к маленькой кнопке на мониторе. Экран погас.

- Олег, дай-ка мне отчеты, - проговорил он низким басом после минутного раздумья, и белокурый молодой парнишка лет восемнадцати протянул ему папку с бумагами, едва не перевернув на себя чашку горячего чая.

- «Тринадцатое сентября, две тысячи шестьдесят первый год, - стал зачитывать Игорь на весь отсек, и все присутствующие отвлеклись от своих дел. – Воздушный корабль под названием «Улитка», предназначенный для полетов в пределах земной атмосферы, совершил повторный взлет на скрытой территории в городе Бристоль, Англия. Экипаж, состоящий из двадцати человек, продолжает работать над усовершенствованием данной конструкции с целью увеличения грузового отсека. При завершении второй попытки, проведенной при взлете, я, технолог Ринат Андреевич Крахмалин, делаю вывод: скорость «Улитки» по-прежнему остается медленной…»

На последнем слове был сделан акцент, заставивший Олега вздрогнуть. Игорь сложил бумаги в папку и нервно бросил последнюю на стеклянный стол. Он оглядел всех присутствующих поверх круглых очков. А все с удивлением уставились на него.

То бишь, мы, капитан, не Крахмалины, не мы пишем дурацкие отчеты!

- Игорь Антонович, - вдруг нарушил тишину Роман, помощник капитана и самый смелый член экипажа, - но в отчете Ринат не указал скорость нашего корабля. Что подразумевается под словом «медленной»? Какое-то детское обозначение, внушающее страх, я бы сказал.

- Цифры мало что значат, Рома, - тяжело вздохнув, сказал капитан. – Считай, что корабль почти не движется, вот тебе и все обозначения. Какое сегодня число?

- Первое октября, Игорь Антонович.

-А мы до сих пор не встретили английский корабль и даже на несколько метров не отдалились от Бристоля. Мои расчеты теперь никак не совпадают с реальным положением вещей. Боже, как я мог ошибиться?..

В кабинете опять нависла тишина, идеальней которой только сон после тяжелого рабочего дня. Инженеры вернулись к чертежам, а остальные продолжали молча стоять у мониторов, делая вид, что задумались над главной проблемой, связанной с кораблем.

- Вы только посмотрите, господа, - вдруг выкрикнул Игорь, подходя к пульту управления, - посмотрите на чертежи лодки человека, который выбрал водную стихию, в отличие от меня!

На главных экранах, которыми обычно пользовался только капитан корабля, высветились работы английских инженеров. Чертежи в точности показывали строение маленькой моторной лодки, которая немного ранее так увлекла Игоря.

Автоматическая дверь пришла в движение, и на стук грубого ботинка, который был знаком абсолютно каждому, оглянулись все присутствующие.

- Вы хотите сказать, Игорь Антонович, что «Улитка» может летать со средней скоростью катера? – Ринат Крахмалин говорил ровным, спокойным голосом, устраиваясь у пульта. – А вот и не может, ведь корабль не рассчитан на быстрые полеты в атмосфере… Что уж говорить об этой «средней скорости». Кому, как не вам, этого не зна…

Он замолчал, когда заметил, что взгляд Игоря как-то не слишком дружелюбен.

- Если вы, дорогой Ринат, не указали в отчете точную скорость «Улитки», то, как главный технолог на корабле, хотя бы объясните мне: почему же скорость так мала? – нетерпеливо спросил капитан. – Она меньше той скорости, которая нам нужна. Капитан «Грома» сообщал, что даст сигнал о приближении только после нашего попадания в его поле зрения, а оно у него находится за Бристолем.

«Совсем нервным стал наш капитан, ­­­­­­­– думал Олег, наблюдая за происходящим, – объясняет специалистам очевидные вещи, как идиотам».

Ринат Андреевич, по правде говоря, немного озадачился, поняв, что, если капитан не получит убедительного ответа, последствия смогут представлять собой провал общей цели экипажа. Густые черные брови технолога вновь придали хозяину орлиное спокойствие.

- Могу совместить свой ответ с недавно дошедшей до меня новостью, - начал Ринат, повернувшись к капитану. Тот одобрительно кивнул. – Итак, самая главная наша задача – принять вакцину с корабля «Гром». А теперь та самая новость: грузовой отсек по вашей просьбе увеличен втрое; груз можно принимать на борт хоть сейчас. Но тут есть одно «но», - Ринат откашлялся. Уверенность покидала его с каждым произнесенным словом. – Чтобы отдалиться от Бристоля с нынешней скоростью «Улитки», грузоподъемный отсек нужно снова… уменьшать. Ведь его размер влияет на вес корабля, а вес влияет, в нашем случае, на скорость. А если учесть еще и то, что на борт примут ящики с лекарством…

- Да что уж там! Название корабля не позволяет двигаться, как положено, - перебил технолога молодой Олег, и некоторые из присутствующих тихонько засмеялись.

- Не смешно, - рявкнул Игорь на подчиненных. – Нет причин смеяться. Так как мои расчеты теперь не имеют никакого смысла, все мы загнаны в угол. Капитан «Грома» ждать нашего появления явно не собирается. Нужно что-то придумать, пока не стало поздно.

- Я передам мистеру Доресу электронное сообщение, если вы не против, - сказал Олег, на что получил согласие Игоря, который разве что не трясся от нахлынувшего волнения.

В то же самое время на воздушном корабле «Гром».

- Мистер Дорес, «Улитка», видимо, показываться не торопится, - сообщил Сэм, помощник капитана.

Стен Дорес, высокий пожилой мужчина с глазами восторженного юноши, кивнул головой в ответ, и Сэм удалился из кабинета капитана.

- Это что, - прошептал капитан сам себе, глядя на экраны, - вакцина им больше не нужна? Или же на «Улитке» произошел технический сбой? Нет, Быстров обязательно сообщит о проблеме, я знаю это.

Мистер Дорес направился по коридору в информационный отсек. Там как раз находилась его жена, и он уже убедился в этом, открыв нужную ему дверь.

Худощавая, внешне не соответствующая своему возрасту миссис Дорес была повернута спиной к двери и увлечена каким-то текстом на мониторе, но, услышав позади себя шаги, развернулась на стуле.

- Ты вовремя, Стен, - сказала она. – Несколько секунд назад я получила сообщение с «Улитки».

- У них действительно проблемы? – спросил капитан.

- Их связист сообщил, что скорость корабля значительно снижена. Капитан ищет всевозможные пути, чтобы поскорее показаться нам.

- Надеюсь, «Улитка» уже пересекла границу. По крайней мере, я могу попросить Сэма проследить, нет ли кого-нибудь на горизонте.

- Почему мы не можем подлететь к ним поближе уже сейчас? – озадаченно спросила миссис Дорес, смотря в глаза супругу.

- Ты же знаешь, дорогая, что лекарства вывезены из Бристоля без разрешения мэра, и я беспокоюсь о том, что, если оба корабля будут замечены, нам придется иметь дело с судом, - поспешно ответил Стен Дорес. – Представь себе: два капитана сидят под стражей, не обмениваясь ни словом от стыда, а жена капитана английского корабля «Гром» ждет этажом ниже в зале ожидания, - произнеся эти насмешливые слова, капитан вышел из отсека и принялся искать Сэма для того, чтобы дать ему очередное поручение.

«Наверное, я все-таки эгоист, - подумал капитан, - уверен, что у Быстрова тоже есть жена, а, может быть, и дети. Надо немедленно дать команду немного сдвинуть «Гром» с места. Совсем немного».

13.00, корабль «Улитка»

После того как Игорь дал команду как можно скорее двинуться навстречу «Грому», экипаж вновь погрузился в свои дела. Капитан «Улитки» направился в свой кабинет. Там его мысли стали принимать самые причудливые формы. Жена и три маленьких сына – вот, кто крутился у него в голове.

Игорь вдруг вспомнил последний день перед отлетом. В то утро супруга Ирина подошла к мужу, который курил на крыльце своего дома, и сказала:

- Я думала, кроме тебя есть еще люди, которые смогли бы принять вакцину на борт «Улитки». Почему именно ты, Игорь?

- Потому что мой напарник улетел в Испанию, а заместитель взял больничный, – у него сломана рука, - ответил будущий капитан, бросая сдавленный окурок через перила в густую траву, чего раньше за ним не наблюдалось. – Я все рассчитал. Через месяц-полтора буду дома.

Она вздохнула и обняла супруга, чувствуя, что эти объятия становятся самыми теплыми в жизни обоих.

- Одной мне будет слишком тяжело, – тихо сказала она, – ты отлично знаешь, что Егорка пошел в школу в этом году…

Опять этот звон в ушах. Кто-то бежал по коридору.

- Игорь Антонович, я получил сообщение от мистера Дореса, - выкрикнул Олег, буквально влетев в кабинет капитана. – «Гром» идет прямо к нам.

- Разве им не нужно быть незамеченными?..

- Мистер Стен Дорес решил пойти нам на уступки.

- Слава Богу! – воскликнул Игорь. – Я знал, что этот гений очень учтивый и великодушный человек! Может, теперь мы сможем вернуться домой вовремя.

Он тут же помчался в общий отсек. Но почему-то радости коллег капитан не увидел. Наоборот: все суетились и крутились, как волчки, у пульта управления.

- Да тут все не слава Богу, Игорь Антонович, - сказал Ринат, подзывая капитана к мониторам. – Я думал, что у нас будет больше времени…

- Что происходит, Ринат? – испуганно спросил капитан. – Будет больше времени на что?

- На то, чтобы доставить лекарство в Москву. Только что пришло сообщение из столицы: срочно нужны медикаменты. Ангина словно с цепи сорвалась: Краснодарские дети каким-то образом тоже попали под удар.

На минуту Игоря словно поглотила неведомая сила: он заметно побледнел, замерев он ужаса. Родина, Краснодар…

В то же самое время на корабле «Гром»

- Я их вижу! Я вижу их! – радостно встретил Сэм мистера Дореса в коридоре, стоя у окна. – Вон там, видите?

Действительно: огромная серая вытянутая конструкция показалась из-за дальних облаков. Стен Дорес коротко усмехнулся.

- Что же, получается, что все проблемы устранены, Сэм, - разделил капитан с помощником радость. – Теперь нам остается только ждать сигнала. Передай Расселу, что через пять минут ящики с вакциной должны быть наготове.

Помощник Сэм помчался по коридору к грузовому отсеку. Он был настолько счастлив, что, казалось, будто его самого только что вылечили от ангины. Радость охватила и супругов Дорес. Для них детское здоровье было чем-то святым, хотя у самих никогда и не было детей.

- Каким я был дураком, когда не принял сигнал о помощи из России в первый раз, - сказал капитан, войдя в информационный отсек. – Наверняка дети уже получили бы свое спасение!

- Теперь ты можешь успокоиться, Стен, - приободрила миссис Дорес, похлопав мужа по плечу. – Только мне до сих пор не ясно, почему их связист ничего не докладывает.

- Наверное, они надеются на наш зоркий глаз, - шутливо предположил капитан, у которого в голове кроме счастливых мыслей ничего уже не было.

Войдя в пункт наружного наблюдения, чтобы проследить за «Улиткой», мистер Дорес вдруг заметил, что за десять минут советский корабль значительно приблизился к «Грому».

Почему-то его взяло сомнение.

- Это хорошо или плохо, Стив? – спросил он наблюдателя с волнительной нотой в голосе.

- Если их корабль не предназначен для быстрого полета, то я думаю, что такое быстрое приближение – плохой знак, мистер Дорес, - ответил мужчина средних лет, пожав плечами. – Буду рад, если ошибусь.

Послышалось, как громко щелкнула дверь грузового отсека. По всей видимости, все было готово для обмена. Но где же сигнал? Почему с «Улитки» не поступает условный знак о готовности?

Корабль был достаточно близко. Уже можно было разглядеть тонкую зеленую полоску вокруг него. Конструкция на экранах становилась все больше с каждой минутой.

- «Улитку» трясет! – выкрикнул из коридора мужской голос, и за ним последовали остальные.

- Ее и вправду трясет, – испугался Стив. – Вы только посмотрите…

Сердце мистера Дореса словно что-то укололо. Российский корабль действительно «дрожал», словно бы от холода, но это было уж слишком подозрительно.

- Там происходит что-то очень опасное, – прошептал мужчина. – Дай команду отодвинуться от «Улитки», Стив.

Парень незамедлительно подвинул к себе микрофон и передал слова капитана диспетчеру. В это время в коридоре царила беготня из отсека в отсек. Обстановка стала слишком беспокойной.

И не просто так. Прошло около двух минут, прежде чем «Гром» оказался на незначительном расстоянии от «Улитки».

- Боже мой, Стив, что это?

- Нет, не спрашивайте, мистер Дорес…

«Улитку» вмиг поглотило огненное облако. Оглушительный взрыв, добравшись до экипажа «Грома», повалил всех на пол. Ниточка мыслей мистера Дореса мгновенно прервалась, и сам он потерял сознание…

Шестое октября. 13.24 по Московскому времени. Краснодар

…Я, Ринат Андреевич Крахмалин, единственный член экипажа корабля «Улитка», кто остался в живых после взрыва. До сих пор меня всего колотит, и я не могу думать о чем-то ином. Сейчас я нахожусь у себя дома, в Краснодаре. Меня привезла домой сестра. Прямо из больницы, где я пролежал четыре дня.

Теперь уже никто, кроме меня, не сможет рассказать о причине взрыва советского воздушного корабля.

узнал о том, что детям срочно нужна вакцина от ангины, он стал бледнее смерти, и это заметил не только я. У него остались жена и трое сыновей, которые, может быть, тоже подверглись нападению проклятой ангины.

Я не могу представить, насколько тяжело в душе переносить болезни маленьких детей, особенно своих. Не сомневаюсь, что капитан «Грома», мистер Стен Дорес, тоже торопил экипаж, как только мог. «Так как именно он поднял вакцину в воздух ради нас, русских, его время слишком дорого стоит», - так говорил Игорь Антонович.

И тогда наш капитан решил убить сразу двух зайцев.

Я пытался остановить его! Мне было хорошо известно о последствиях его безумного, но душераздирающего действия. Я бежал за ним, пока сам не оказался у пульта.

«И потом останется только подать сигнал…» - это было последнее, что я услышал от капитана. В его голосе были сразу и сомнение, и горесть. Он понимал, что риск безграничен.

Через пару секунд нас трясло, как в консервной банке. У меня тут же возникла мысль каким-то образом сбежать с корабля! Тогда я попытался потащить капитана за руку, но он сопротивлялся, а потом в ярости ударил меня, отослав мою тушу к двери. Я кричал, но это было бесполезно. И тогда я, вскочив на ноги, понесся по коридору с той скоростью, которой можно было довольствоваться: я спотыкался и падал, не замечая людей впереди себя. Крики молодых ребят-связистов раздавались рядом со мной, но я никого не смог разглядеть. Мне даже не удалось выкрикнуть что-нибудь, чтобы все побежали за мной. Все скакало прямо перед глазами, а невыносимые звуки техники наглухо сковали меня.

Не помню как, но я сумел открыть проходной люк. И через минуту я вдруг почувствовал, что лечу вниз. Свежий ветер ударил меня по лицу, и у меня жутко закружилась голова. Я падал словно вникуда, как пылинка, которую сдули с невероятной высоты. Я потерял сознание, когда мое тело упало в воду…

Очнулся я уже в Московской больнице. Меня перенаправили туда из Бристольского госпиталя. Оказалось, что я упал в реку Эйвон, и у меня была ужасная слабость и большая рана на ноге: обломок «Улитки» поцеловал меня на прощание. Моя старшая сестра бесконечно радовалась тому, что я живой и уже иду на поправку. Она оставила меня одного и уехала на работу. А я, по-прежнему оставаясь под впечатлением от приключений над Эйвоном, отдыхаю на диване.

Сейчас без десяти минут три. Честно признаться, у меня покрасневшие от слез глаза, потому что я все утро рыдал, вспоминая погибший экипаж. Олег-связист был самым молодым из нас: завтра ему бы исполнилось девятнадцать лет.

Ирина Дмитриевна Быстрова хотела умереть от горя, но трое маленьких сынишек не позволили ей сделать этого. По слухам, вдова переехала из Краснодара в Санкт-Петербург через два дня после случившегося.

Около часа дня я получил письмо от мистера Дореса с сочувствиями и добрыми пожеланиями от него и его супруги. Это письмо я крепко сжимаю в руке, чтобы убедить себя, что мне все это не снилось... Я узнал, что три дня назад экипаж «Грома» получил разрешение на экспорт медикаментов из Бристоля, и сейчас английский воздушный корабль возвращается на родину, а в Москве и в Краснодаре становится все больше и больше здоровых детей. Я решил, что, когда буду проездом в Санкт-Петербурге, найду и навещу овдовевшую Ирину Дмитриевну и ее сыновей, которые, кстати, тоже получили вакцину, и лично из рук мистера Дореса.