Сложное будущее в памятниках XV-XVI веков (московского, псковского, новгородского и западнорусского диалектных ареалов).
Студентка МГУ имени , Москва, Россия
Целью данного исследования является выявление закономерностей употребления конструкций хотѣти, имѣти, начати + инф. в памятниках разных диалектных зон. Как известно, данные конструкции могли употребляться для выражения значения будущего времени (так наз. Futurum I). В рассматриваемый период в значении будущего времени встречаются также конструкции с глаголами стати и быти. Исследование проведено на материале летописей и деловых памятников центрального, северо-западного (новгородского и псковского) и западнорусского происхождения: Никоновской летописи (НЛ), Новгородской I летописи младшего извода (НIЛмл), Новгородской II летописи (НIIЛ), Псковской III летописи (П3Л), Западнорусских летописях (ЗЛ), Духовных и договорных грамотах великих и удельных князей XIV—XVI вв. (ДДГ) и Псковской судной грамоте (ПСГ).
В употреблении рассматриваемых конструкций в данный период обнаруживаются следующие тенденции.
1. Конструкции «хотѣти +инф.» во всех летописях встречается в значении «желания» или «намерения», например, Хочетъ бо и можетъ Богъ животъ и здравіе вѣчно даровати ему (НЛ, 1530 г., стр. 52) и под. Интересующее нас в аспекте выражения будущего времени значение так называемой «близкой возможности» [Юрьева 2009 : 12], или проспектива (Козлов, устное сообщение), представлено одним примером в НЛ и одним – в НIIЛ, причем в обоих зафиксированных примерах данная конструкция употреблена в книжном контексте: И пакы діаволъ видя яко хощетъ мысль збытися, вниде въ князя Андрѣа Шуйскаго (НЛ, 1534 г., с. 77)
Облакъ [на] небеси аки дымъ густь, толь страшенъ добри, аки огнъ хощетъ спа̍сти (готов упасть, собирается упасть, вот-вот спадёт) изъ него на тотъ градъ ( НIIЛ, 1542 г., с. 72).
2. Конструкции с глаголом имѣти-ӻти (презенс иметь) встречаются в летописях и широко употребляются в деловых документах, что может свидетельствовать о принадлежности таких сочетаний к формуляру делового языка: А коли имуть тягатся о земли или о воде, а полежать двои грамоты, ино одны грамоты чести дьяку княжому, а другие грамоты чести дьяку городскому (ПСГ, 1467 г.)
Данные конструкции, как правило, используются для обозначения возникновения какой-л. новой ситуации и не имеют модального значения. Важно отметить, что конструкция «иметь+инф.» неодинаково представлена в памятниках разной локализации: особенно употребительной она оказывается в ПСГ (20 прим.), встречается в московских деловых грамотах (4 прим.), в московской НЛ (1 прим.), в П3Л (3 прим.) и ЗЛ (1 прим.), при этом полностью отсутствует в обеих исследованных новгородских летописях (НIЛмл и НIIЛ).
3. Наиболее употребительными в рассматриваемый период оказываются конструкции с глаголом начати, которые являются наиболее нейтральным средством выражения будущего времени и, как и сочетания «имоу + инф.», обозначают возникновение новой ситуации и не имеют модального значения. Для этих конструкций не наблюдается различия в употреблении между летописями и деловыми источниками, что свидетельствует, по всей видимости, об их немаркированности по степени книжности: и почнт пытати кнзѧ Витовста што быхом с ним поговорили и начнт говорити кнзю великом Витовт (ЗЛ, список Красинского, 1505 г., с. 159).
В московских памятниках зафиксирован 21 пример употребления данной конструкции, в северо-западных памятниках – 19 (11 из них встретились в ПСГ), в ЗЛ конструкция с начати фиксируется 21 примером.
4. В памятниках московского региона встречаются также конструкции с глаголом стати, который в период XV-XVI вв. конкурирует с глаголом начати (почати, оучати) [Молдован 2010 : 12], однако употребляется она значительно реже (в исследуемых памятниках отмечена 6 примерами: 3 - в московских деловых грамотах, 3 - в НЛ). Глагол стати, как и начати, выражает фазисность и используется для обозначения возникновения новой ситуации без модального значения: Прямо ли государю станутъ служити, по тому ихъ правду и узнаютъ (НЛ, 1551 г., с. 165)
5. Инфинитивные сочетания с глаголом быти, которые в современном языке служат для выражения будущего времени глаголов НСВ, отмечены единственным примером в НЛ и двумя – в ЗЛ. Такие сочетания близки к значениям конструкций с начати и стати, хотя не имеют значения фазисности: и бдет Ѳедор Вѣсна держати город Витебскыи (ЗЛ, список Красинского, 1505 г. с. 167)
Таким образом, по данным рассмотренных памятников большинство конструкций так наз. будущего сложн.1 не обнаруживают модальных значений, свойственных им в древнерусскую эпоху (см. [Горшкова, Χабургаев 1981 : 293; Юрьева 2009]) – исключением являются только конструкции с хотѣти, однако они представлены в исследованных источниках лишь единичными примерами и только в книжных контекстах. Возможно, эти конструкции «задержались» дольше в севернорусской диалектной зоне (ср. их представленность в НIIЛ и в современных севернорусских говорах). Напротив, несвойственными для новгородской зоны были, видимо, конструкции «иму +инф.», широко употребительные в западнорусских памятниках и, в несколько меньшей степени, в Москве. Исключительно в московских источниках зафиксирована новая конструкция с глаголом «стану». Победившая впоследствии конструкция «буду+инф.» появляется в московской НЛ и в западнорусских источниках, что согласуется с известной гипотезой о распространении ее в говорах Центра под западнорусским влиянием (Горшкова, Хабургаев : 324).
Литература:
, Историческая грамматика русского языка. М., 1981.
К истории фазового глагола стать в русском языке. // Русский язык в научном освещении. 2010. № 1 (19). С. 5-18. М., 2010.
Семантика глаголов имѣти, хотѣти, начати (почати) в сочетаниях с инфинитивом в языке древнерусских памятников XII-XV вв. // Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук. М., 2009.
