Свобода

СВОБОДА

1. О свободе люди, точнее, обыватели (носители коллективного бессознательного) говорят много поэтического, т. е. много красивых глупостей. Следовательно, они не понимают, что такое свобода. Но не понимая, что она такое, нельзя быть свободным.

2. С задатками людей рождаются, людьми становятся. Все, что в нас имеется собственно человеческого, или культурного, нарабатывается нами в социуме, т. е. приобретается в деятельности по строительству отношений. И свобода здесь – не исключение.

3. Свобода – культурный, нарабатываемый в процессе человеческой деятельности феномен, а не дар свыше, со стороны или снизу.

4. Свобода является ценностью, которая выступает необходимым условием актуализации смысложизненных ценностей. Есть то, что важнее свободы, но нет ничего духовно (гуманистически) значимого, что могло бы возникнуть без нее.

5. Свобода представляет собой соответствие между деятельностью человека и его антропологической сущностью. Реализуя антропологическую сущность, человек обретает смысл жизни (счастье) и тем самым – свободу.

6. Проще говоря, свобода есть соответствие деятельности человека смыслу жизни. Чем более деятельность человека соответствует смыслу жизни, тем более он свободен.

7. Смысл жизни: общечеловеческий и мужской – познание, женский – любовь.

8. Сущность человека определяется совокупностью его отношений и состоит в способности человека к познанию (пониманию, мышлению). Вывод: сущность свободы заключается в необходимости познания, или в несвободе от познания.

9. Мера свободы человека представляет собой меру реализации им антропологической сущности, т. е. меру достижения им смысла жизни (счастья), или гносеологическую меру (меру освоения сознания, познания (мышления), истины).

10. Хотя условия для актуализации свободы наличествуют только в социуме, носителем свободы является исключительно человек, точнее, философ (носитель сознания), а не социум, потому что антропологическая сущность человека реализуется (смысл жизни (счастье) достигается, или познание осуществляется) персонально, а не коллективно. Поэтому говорить о свободе социума допустимо лишь метафорически.

11. Нет свободы вне отношений. Свобода обретается исключительно в отношениях, причем при условии вовлеченности человека в отношения наивысшего качества, обеспечиваемого их типологической полнотой и иерархической соотнесенностью. Это качество отношений способен сформировать и поддерживать лишь философ, следовательно, только он может обладать свободой.

12. На высшем (абсолютном) уровне свобода и смысл жизни совпадают.

13. Свободное существование есть существование, в котором актуализируется смысл жизни; несвободное существование есть существование без смысла жизни, или самоценное бытие.

14. Потребность в свободе представляет собой потребность в актуализации смысла жизни. Поэтому у человека нет выбора, воплощать или не воплощать смысл жизни. Выбор, и то весьма ограниченный, существует лишь в отношении качества воплощения смысла жизни.

15. Смысл жизни – вещь настолько важная, что даже его поиски обладают мощным потенциалом свободы.

16. Во внутреннем мире человека свобода актуализируется через познание, во внешнем – через отношения, в первую очередь через любовь. Поэтому свобода невозможна ни без познания, ни без любви. Свобода от познания – рабство глупости; свобода от любви – рабство одиночества.

17. Поскольку свобода не существует вне смысла жизни, а смысл жизни не существует вне деятельности, мужская свобода актуализируется как познание, женская – как любовь.

18. Для того чтобы быть человеком, не обязательно познавать (мыслить) и / или любить, т. е. не обязательно в полной мере обладать счастьем (смыслом жизни) и свободой и / или необходимым условием их актуализации. Просто без всего этого невозможно быть полноценным человеком.

19. Субъектом (носителем) свободы является исключительно человек. Остальные живые существа, включая высших животных, абсолютно зависимы от инстинктов.

20. Вопрос об абсолютной и относительной свободе должен рассматриваться с учетом того обстоятельства, что свобода представляет собой деятельностный феномен.

21. Абсолютная свобода – соответствие деятельности человека его антропологической сущности – достигается в процессе духовной (познавательной, мыслительной) деятельности, основу которой образуют социальная (отношенческая, хозяйственная) и биологическая (инстинктивная, рефлекторная) деятельность.

22. Абсолютной свободой обладают философы. Они относительно независимы от витальных (биологических и социальных) потребностей.

23. Относительная свобода – соответствие деятельности человека его витальной (бессознательной) сущности – достигается в процессе его социальной (отношенческой, хозяйственной) деятельности, основу которой образует биологическая (инстинктивная, рефлекторная) деятельность.

24. Относительной свободой обладают обыватели. Они относительно независимы от биологических потребностей и абсолютно зависимы от социальных потребностей.

25. У обывателей критерием свободы служит позитивная эмоциональная реакция на отсутствие препятствий для удовлетворения витальных потребностей. Поэтому самыми свободными среди обывателей считают себя удачливые рабы своих прихотей.

26. Свобода не существует без необходимости. Спиноза даже назвал свободу осознанной необходимостью. Это определение не совсем точно: осознанная необходимость представляет собой истину, а истина – не свобода.

27. Однако верно то, что человек обладает свободой, если существует в режиме осознанной (познанной, понятой) необходимости, т. е. зависит от истины. Этот тезис можно сформулировать иначе: хочешь быть свободным – становись рабом истины.

28. Если человек игнорирует необходимость, он обладает кажимостью свободы, потому что зависит не только от необходимости, но и от последствий ее игнорирования. Этот человек принимает за свободу право жить так, как хочется. Однако жить так, как хочется, можно лишь в том случае, если хотение постоянно соизмеряется с пониманием действительности.

29. Обыватели смешивают со свободой возможность действовать по своему произволу, а значит, возможность действовать в соответствии с императивами коллективного бессознательного. Когда они вольничают, то кажутся себе свободными и тем самым отождествляют свободу с произволом.

30. Произвол культивируют все обыватели, но среди них особенно выделяются криминальные индивиды (преступники). Они злоупотребляют эрзацем свободы – произволом и оказываются его рабами. Криминальные индивиды путают свободу с раскованностью, с поведенческим беспределом, потому что у них слабый внутренний регулятор эмоций, не позволяющий им контролировать меру между свободой и беспределом. В итоге они не умеют удержать стихию своих чувств на той меже, на которой наслаждение жизнью переходит в упоение распадом.

31. Преступник никогда не бывает свободным, поскольку в своей деятельности он руководствуется принципом несвободы. Проще говоря, преступник несвободен уже потому, что мнит, будто он может увеличить собственную свободу за счет ограничения свободы его жертв. Покушаясь на чужую свободу, он предлагает окружающим установить планку отношений на том уровне, на котором ценность свободы ничтожна. Следуя этой логике, можно посягать и на свободу преступника, что и совершают в отношении его государство либо подобные ему социальные образования.

32. Обыватели считают инструментом свободы не сознание (разум), а волю; социальной (отношенческой) проекцией воли выступает власть.

33. Инфраструктуру власти образует витальное богатство. Оно является одним из необходимых условий достижения свободы и вместе с тем представляет собой угрозу ей. Обыватели не умеют поставить витальное богатство на службу свободе. Витально богатые оказываются рабами своего богатства, потому что не умеют превратить его в подспорье познания. А витально бедные не бывают свободными, поскольку витальная бедность не создает основу свободы.

34. В буржуазных условиях и витально богатый, и витально бедный обыватель ассоциируют со свободой деньги (финансы), а их деньговерие (финансоверие) кажется им желанием освободиться от экзистенциальных проблем. При этом проблему смысла жизни обыватели игнорируют, в лучшем случае предполагая приступить к ее разрешению в будущем, не замечая утопичности данного намерения и не понимая, что их главная проблема – деньговерие (финансоверие).

35. Капитализм для обывателей является наиболее приемлемой формой социума. А его гибельность для них затмевается беспрецедентным витальным разнообразием, возникающим и культивируемым в буржуазных условиях и выступающим суррогатом свободы. Но учтем: самая большая несвобода – та, которую не замечаешь.

36. Эпоха максимальных возможностей для обывателей – Постмодерн. Для того чтобы человек все больше становился инструментом расширенного воспроизводства капитала, инструментом добывания денег и превращения их в финансы, ему необходим максимум социальной свободы и минимум – духовной. И это обеспечивает постмодерновая демократия. Она гарантирует юридические права и свободы обывателей, однако с их же молчаливого согласия жестко блокирует возможность осуществлять смысл жизни (познавать) и, следовательно, обладать свободой. Но без этой возможности любые права и свободы оказываются фикцией.

19. 03. - 2011 г. – 27. 02. - 2013 г.