Новый патрон
В первой половине 1919 года, в результате разоружения германских войск, действовавших на Восточном фронте и поставок по Бернскому договору, в Россию попало большое количество винтовок, карабинов, ручных и станковых пулеметов калибра 7.92 мм (7,92х57). Всего, с учетом трофеев, взятых в 1914-1918 годах, в арсеналах РККА оказалось более 600 тысяч винтовок и пулеметов, использующих патрон германского образца.
Первоначально предполагалось закупать патроны в Германии но, из-за действий Антанты, немецкие поставки к лету 1919 года практически полностью прекратились. Поэтому, для обеспечения РККА боеприпасами германского образца, в октябре 1919 года на Симбирском патронном заводе было начато производство 7,92 мм винтовочных патронов. Весной 1920 года их выпуск был развернут также на Подольском патронном заводе, а кунцевская артель «Красный снаряжальщик» (ныне - Московский патронный завод) наладила выпуск 9 и 7,63 мм патронов для пистолетов Парабеллум и Маузер.
Всего в 1919-1922 годах в России было произведено около 140 миллионов винтовочных и почти 5 миллионов пистолетных патронов германского образца. Это, наряду с имевшимися запасами патронов немецкого производства (как трофейных, так и закупленных), позволило обеспечить бесперебойное снабжение частей Красной Армии, вооруженных немецким оружием.
После окончания Гражданской войны в СССР было большое количество стрелкового оружия иностранных образцов: германские, австрийские, французские, американские, японские винтовки; германские, австрийские, английские, американские и французские пулеметы. Для них требовались патроны шести различных калибров. В то же время, исчерпание запасов оружия и боеприпасов русского образца и начавшееся переоснащение военных заводов современным оборудованием отечественного, а также немецкого и американского производства, предоставило возможность относительно безболезненного принятия на вооружение и запуска в массовое производство нового винтовочно-пулеметного патрона.
Мнения о том, какой патрон принять на вооружение, разделились. Например, часть руководителей Красной Армии, в частности, заместитель начальника Генштаба , склонялась к принятию на вооружение уже производимого немецкого патрона или разработке нового патрона на его базе.
Группа специалистов Артиллерийского управления РККА во главе с предлагала принять в качестве основного 6,5 мм патрон (6,5х57 мм), разработанный еще в 1912 году. Помимо лучшей, по сравнению с патронами нормального калибра, баллистики и пониженного импульса отдачи, этот патрон имел меньшую массу, что позволило бы снизить вес носимого боекомплекта.
Принятие решения затянулось на три года.
От германского патрона было решено отказаться из-за нестандартного диаметра пули, что потребовало бы переделки значительной части инструментов и оснастки большинства патронных и ствольных производств, а также смену всех калибров и другого контрольно-измерительного оборудования.
Баллистика 7,62 мм патрона, представлявшего собой русскую пулю в немецкой гильзе, оказалась хуже, чем у исходных немецкого и русского патронов.
Несмотря на положительный опыт применения во время Мировой и Гражданской войн 6,5 мм автоматов Федорова и японских винтовок Арисака, патрон уменьшенного калибра также не был принят вооружение. Проведенные в мае-июле 1922 года испытания опытных 6,5 мм станковых пулеметов Федорова-Дегтярева показали, что такой патрон оказался малопригоден для стрельбы на дистанции свыше 1500 метров из-за значительного снижения пробивного и убойного действия и увеличенного, по сравнению с пулями нормальных калибров, рассеивания. В то время считалось (и было закреплено в соответствующих Уставах и Наставлениях), что одиночные пулеметы должны открывать огонь с дистанции 1500 метров, а «пулеметные батареи» (так называли пулеметные взводы) - с 2500 метров.
Впоследствии выяснилось, что эти требования были завышены и такая стрельба только обнаруживала бы пулеметы раньше времени - к моменту приближения противника на дальность эффективного огня часть пулеметов уже была бы выведена из строя и «скелет боевого порядка» был бы нарушен. Опыт боевых действий конца двадцатых и тридцатых годов (конфликт на КВЖД, гражданские войны в Афганистане, Китае и Испании и др.) показал, что насыщение боевых порядков легкими орудиями и минометами повышает их устойчивость в обороне и усиливает ударные качества в наступлении лучше, чем возможность ведения пулеметного огня непрямой наводкой с закрытых позиций.
Тем не менее, в начале двадцатых годов для большинства военных специалистов это было еще неочевидно. Более того - в Японии и Италии винтовочные патроны уменьшенного калибра были с вооружения сняты, а в Швеции дополнительно к 6,5 мм патрону был принят патрон калибра 8 мм (8х63 Бофорс), предназначенный для стрельбы из станковых пулеметов.
Помимо субъективных причин, принятию на вооружение малокалиберного патрона помешало и то, что в то время еще не был решен вопрос о создании эффективных специальных (бронебойно-зажигательных, трассирующих, пристрелочных) пуль уменьшенного калибра.
Забегая вперед, отметим, что удачный малокалиберный патрон для автоматов и ручных пулеметов удалось создать только в конце 1940х годов, а окончательный переход Вооруженных Сил СССР на 6,5 мм калибр состоялся лишь в 1965 году, с принятием на вооружение единого пулемета Никитина и снайперской винтовки Драгунова.
В итоге, руководством Наркомата Обороны было принято решение о принятии на вооружении патрона, созданного под руководством директора Подольского патронного завода на базе патрона обр. 1891/1908 года.
Новый патрон был принят на вооружение приказом Народного комиссара обороны от 23 января 1923 года.
Патрон обр. 1923 г. имеет гильзу длиной 55 мм (точная длина - 55,4 мм) с формой, в основном повторяющей форму гильзы патрона обр. 1908 гг. Это позволило сохранить отличную баллистику русского патрона и избежать переделки патронников ранее выпущенного оружия, а также изготовления новых инструментов, приспособлений и контрольно-измерительных приборов для ствольных производств.
Гильза не имеет выступающего ранта, донце гильзы имеет диаметр 12 мм. Изначально гильзы изготавливались из латуни, но с 1928 года стала использоваться сталь, плакированная томпаком.
Основной пулей была легкая пуля Л с мельхиоровой, а с 1928 года - биметаллической оболочкой.
Одновременно с принятием на вооружение были развернуты работы по разработке специальных пуль.
В 1929 был создан патрон с тяжелой дальнобойной пулей Д, сконструированной по образцу американской тяжелой пули М1 и предназначенной для ведения огня из пулеметов на дальности свыше 1000 м.
В том же году на вооружение принимается патрон с бронебойной пулей Б-29, а два года спустя появляется бронебойно-зажигательная пуля Б-31.
Кроме упомянутых выше, в 1930-1933 годах на вооружение принимается несколько вариантов патронов с трассирующими, пристрелочными и зажигательными пулями, а также специальный патрон с уменьшенной начальной скоростью полёта пули - для использования с приборами бесшумной стрельбы («ВГ-1) и, впоследствии, братьев Митиных («Брамит»).
Модернизация ранее выпущенного оружия
Старая русская винтовка, при всех своих положительных качествах, имела ряд серьезных недостатков, являвшихся, главным образом, следствием применения в ней устаревшего патрона. Поэтому, одновременно с принятием на вооружение нового патрона был объявлен конкурс на разработку новой винтовки для РККА, а в качестве временной меры было решено принять на вооружение модернизированный вариант винтовки Мосина.
Это было оправданным решением, потому что для переделки винтовки под новый патрон требовалось лишь внести изменения в затвор и переделать пазы в ствольной коробке для новой пластинчатой обоймы. Также были исправлены недостатки винтовки Мосина, выявленные еще до начала Первой Мировой войны.
Модернизация винтовки заключалась в введении новой личинки затвора с чашечкой под новый патрон и соответствующей переделке выбрасывателя. Отсечка-отражатель стала изготавливаться из двух частей, что снизило себестоимость и увеличило надежность и ремонтопригодность винтовки. Также был улучшен ударно-спусковой механизм.
Модернизированное оружие получило официальное наименование «винтовка Мосина образца 1891/1923 гг.».
Помимо производства новых винтовок, было решено осуществить переделку имеющегося на складах и в войсках оружия под стандарт 1923 года.
Производство модернизированной трехлинейки осуществлялось в Туле до 1928 года, а в Ижевске - до 1930 года, переделка ранее выпущенного оружия под новый патрон завершилась в 1932 году.
Всего было выпущено более 1 млн. 700 тыс. винтовок образца 1891/1923 гг., и около двух с половиной миллионов винтовок и карабинов было получено путем переделки.
Модернизированная винтовка Мосина приняла участие в вооруженных конфликтах 20-30х годов и применялась в начальный период Антиимпериалистической (Второй Мировой) войны. На вооружении отдельных подразделений заслуженная трехлинейка прослужила вплоть до замены ее модернизированными автоматами Афанасьева.
В настоящее время винтовки и карабины Мосина, несмотря на солидный возраст, широко используются в качестве охотничьего и спортивного оружия.
Одновременно с модернизацией винтовки Мосина была проведена аналогичная модернизация пулемета Максима образца 1910 года. Также подверглись массовой переделке под новый патрон имеющиеся в арсеналах пулеметы - как отечественные, так и немецкие (MG.08, MG.08/15 и MG.08/18) и английские («Виккерс»).
«Максимы», как вновь изготовленные, так и переделанные под новый патрон, широко применялись вплоть до окончания Второй Мировой и были сняты с вооружения в 1947 году.
Комментарий в духе буржуазного объективизма:
- Помимо германского, в РСФСР поступило большое количество русского оружия (винтовок, пулеметов, орудий), захваченного немцами в 1914-1918 годах.
- Большая часть оружия, использовавшегося немецкими добровольческими корпусами, в 1919-1920м годах воевавшими с польскими формированиями в Силезии и с пробританскими латышскими и эстонскими войсками в Прибалтике, было оружием, формально переданным Красной Армии, но оставшимся в распоряжении германского командования. При этом немецкие добровольческие части, действовавшие в составе РККА («Красный фрайкор»), вооружались, в основном, оружием русского образца.
- Патрон, разработанный на базе маузеровской гильзы, имел все шансы быть принятым на вооружение. Как выяснилось позже, неудача патрона Елизарова была вызвана тем, что на Тульском патронном заводе для снаряжения опытной партии патронов был использован порох с истекшим сроком хранения. Совместная комиссия НКВД и НКО, расследовавшая это дело, не смогла установить факта умышленного вредительства и виновные были осуждены за халатность.
Как оно было в реальности:
- Патрон 7,62х54R был принят на вооружение в качестве временного образца, но как гласит народная мудрость - «нет ничего более постоянного, чем временное». Патрон, не имеющий выступающей закраины - бича русских и советских конструкторов-оружейников, пытались разработать и принять на вооружение перед Первой Мировой, в середине двадцатых годов, перед Великой Отечественной и перед развалом СССР. В итоге патрон образца 1891/1908 годов в настоящее время является старейшим винтовочно-пулеметным патроном, находящимся на вооружении в развитых странах мира. В неразвитых странах его «старшинство» может оспорить разве что маузеровский 7,92х57, принятый на вооружение в 1888 году.
- В 20-30е годы прошлого века в СССР и других странах действительно считалась возможной стрельба из пулеметов с закрытых позиций на дистанции 2000 и более метров.
- Разработка специальных пуль для военного малокалиберного оружия до сих пор остается весьма сложной задачей. Например, вся номенклатура пуль автоматных патронов калибра 5,45 и 5,56 мм ограничивается только пулями со стальным или свинцовым сердечником и трассирующими. Другие типы пуль представляют собой большую редкость и, фактически, не вышли за пределы опытных.
- Помимо описанных причин, 6,5 мм патрон Федорова не был принят на вооружение из-за слабых производственных возможностей Российской Империи и СССР 20х годов.
- Павел Павлович Лебедев (1872-1933) - выпускник Александровского военного училища, Академии Генштаба, генерал царской армии. С 1918 года - на службе в РККА. Занимал должности начальника Мобилизационного управления Всероглавштаба (1918-1919), начальника штаба (апрель-июль 1919) и командующего (июль 1919) Восточным фронтом, начальника Полевого штаба Республики и Штаба РККА (1919-1924), одновременно (с марта 1923 до февраля 1924) являлся членом РВС СССР, а в 1922-1924 годах был начальником Военной академии.
Участвовал в разработке и проведении операций по разгрому войск Колчака, Деникина и Юденича, считается одним из творцов Орловско-Кромской (Орловско-Курской) операции 1919 года, в ходе которой было остановлено наступление Деникина на Москву.
Скончался в Харькове.
- Александр Владимирович Ростовщиков (1863 - ????) - выпускник Михайловского артиллерийского училища, генерал царской армии, инженер, изобретатель, директор Петроградского, затем - Подольского патронных заводов. Дата смерти неизвестна. В статье В. Ерохина «Патронная молодость сталинского наркома» (http://www. zavodskayapravda. ru/article. aspx? articleId=654&issueId=112) упоминается, что в 30е годы был удостоен звания Героя Социалистического Труда.
- Прототипами «патрона образца 1923 года» являются патрон, разработанный в конце 1920х годов известным изобретателем Яковом Устиновичем Рощепеем и японский 7,7 мм патрон образца 1939 года (7,7х58), созданный на базе британского 7,71 мм патрона (.303 British/7,71х57R).
- Номенклатура пуль «патрона образца 1923 года» совпадает с реальной. Единственная разница - сроки принятия на вооружения сдвинуты на один-два года раньше.
- Описанная модернизация трехлинейки в основном совпадает с переделкой трофейных русских винтовок под маузеровский патрон, осуществлявшейся в Германии во время Первой Мировой войны.
