Партнерка на США и Канаду по недвижимости, выплаты в крипто
- 30% recurring commission
- Выплаты в USDT
- Вывод каждую неделю
- Комиссия до 5 лет за каждого referral
АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
РЕШЕНИЕ
г. Краснодар Дело N А32-3406/2012
"30" июля 2013 г.
Резолютивная часть решения объявлена 23.07.2013
Полный текст решения изготовлен 30.07.2013
Арбитражный суд Краснодарского края в составе
судьи Г.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи С. рассмотрев в открытом судебном заседании дело
по иску ООО "Велотранс" (место нахождения: 199106, Санкт-Петербург Город, 26-я Линия, 9, А, 19-К; , ОГРН: 1042325776525, дата государственной регистрации в качестве юридического лица: 23.09.2004)
к Министерству внутренних дел Российской Федерации (место нахождения: 119049, Москва г, Житная ул, 16; , ОГРН: 1037700029620)
третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: Главное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Краснодарскому краю, г. Краснодар
о взыскании 8 387 569,47 руб. упущенной выгоды, а также судебных расходов на уплату госпошлины (уточненные исковые требования)
при участии в заседании:
от истца: Г., удостоверение, доверенность;
от ответчика: К., удостоверение, доверенность;
С., паспорт, доверенность
от третьего лица: К., удостоверение, доверенность;
Н., удостоверение, доверенность,
С., паспорт, доверенность
УСТАНОВИЛ:
ООО "Велотранс" обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании 8 387 569,47 руб. упущенной выгоды, а также судебных расходов на уплату госпошлины (уточненные исковые требования).
К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Главное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Краснодарскому краю (далее - управление).
Истец, в судебном заседании настаивал на заявленных требованиях, просил удовлетворить уточненные исковые требования.
Ответчик и третье лицо, в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований, просили в иске отказать.
Для дополнительного исследования представленных в судебное заседание доказательств, в судебном заседании объявлялся перерыв до 23.07.2013, на основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд установил следующие обстоятельства, касающиеся существа спора.
Исковые требования ООО "Велотранс" мотивированы тем, что в результате незаконных действий сотрудников ГУ МВД России по Краснодарскому деятельность предприятий ООО "Велотранс", ООО "Веломоторс", ООО "Мотоальянс" и "Веломоторс Плюс" была приостановлена.
Изъятые в ходе обыска 08.07.2011 предметы и документы возвращены 14.07.2011 следователем СЧ ГСУ при ГУ МВД России по Краснодарскому краю Н.
Постановлением Октябрьского районного суда от 01.01.2001 года постановление о производстве обыска от 01.01.2001 года старшего следователя по особо важным делам ГСУ ГУВД по Краснодарскому краю Н. признано необоснованным и отменено, действия старшего следователя по особо важным делам ГСУ ГУВД по Краснодарскому краю в части вынесения постановления о производстве обыска от 01.01.2001 года признаны незаконными. Признаны незаконными действия, находящегося в распоряжении ГУ МВД России по Краснодарскому краю майора милиции В. при производстве обыска 08.07.2011 года на территории ООО "Велотранс".
Вынужденный простой предприятия ООО "Велотранс" составил 30 часов, предприятию причинен ущерб в размере 5 662 080 руб.
Решением от 01.01.2001, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 01.01.2001, в иске отказано. Судебные инстанции исходили из того, что общество не доказало наличие причинно-следственной связи между действиями сотрудников органов внутренних дел и наступившими для истца неблагоприятными последствиями, а также размер убытков.
Постановлением Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 01.01.2001 указанные судебные акты отмены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.
Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к выводу о том, что судебные инстанции не дали надлежащей оценки представленным обществом в обоснование размера убытков доказательствам (договорам поставки, счетам-фактурам, инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей, отчету о прибылях и убытках и др.); не исследовали и не опровергли представленные доказательства, не мотивировали, почему остановка налаженного конвейерного производства не влечет причинение убытков в виде упущенной выгоды за период простоя; не исследовали и не опровергли доказательства и факт нахождения базы данных в изъятых системных блоках.
Согласно абзацу 2 подпункта 15 части 2 ст. 289 АПК РФ указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, постановления суда первой, апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.
Как видно из материалов дела, 04.07.2011 старший следователь по особо важным делам следственной части ГСУ при ГУВД по Краснодарскому краю Н. в рамках уголовного дела N 290364 вынес постановление о производстве обыска в помещениях общества по адресу: Краснодарский край, ст. Крыловская, . Обыск произведен майором милиции В. 08.07.2011, о чем составлен протокол обыска (выемки).
В результате указанных действий изъято принадлежащие обществу имущество и документы, в том числе печати и два системных блока.
Постановлением Октябрьского районного суда г. Краснодара от 01.01.2001 удовлетворена жалоба генерального директора общества Н., постановление о производстве обыска от 01.01.2001 признано необоснованным и отменено, действия старшего следователя Н. в части вынесения названного постановления признаны незаконными. Незаконными также признаны действия майора милиции В. при производстве обыска 08.07.2011 на территории общества в части необоснованного привлечения сотрудников СОБРа, за не разъяснения прав перед производством обыска, не предоставления перед производством обыска возможности добровольно выдать предметы и документы, имеющие значение для дела, невручения копии протокола обыска, неуказания в протоколе обыска данных всех лиц, принимавших в нем участие.
Общество, ссылаясь на то, что в результате указанных незаконных действий в период с 08.07.2011 до 14.07.2011 (дата возвращения обществу изъятых предметов и документов) не имело возможности осуществлять обычную производственную деятельность, вследствие чего ему причинены убытки в виде упущенной выгоды, обратилось в арбитражный суд с иском.
В силу части 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. В соответствии со статьей 1069 Кодекса вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования. Статьей 1082 Кодекса предусмотрено, что, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т. п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15). Согласно статье 15 Кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Таким образом, для взыскания вреда лицо, требующее его возмещения, должно доказать противоправность действий (бездействия) государственных органов или должностных лиц, наступление вреда (возникновение убытков), причинно-следственную связь между возникшим вредом (убытками) и действиями причинителя вреда, а также размер убытков. Доказыванию подлежит каждый элемент убытков.
Как разъяснено в пункте 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.01.2001 N 145 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами", в силу статей 16, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчиком по иску возмещении вреда, причиненного государственными или муниципальными органами, а также их должностными лицами, является соответствующее публично-правовое образование.
В силу статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.
Как следует из пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации и разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.01.2001 N 23 "О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации", от имени Российской Федерации по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов или должностных лиц этих органов, в суде выступает главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности.
Согласно статье 6 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель бюджетных средств (главный распорядитель средств соответствующего бюджета) - это орган государственной власти (государственный орган), орган управления государственным внебюджетным фондом, орган местного самоуправления, орган местной администрации, а также наиболее значимое учреждение науки, образования, культуры и здравоохранения, указанное в ведомственной структуре расходов бюджета, имеющие право распределять бюджетные ассигнования и лимиты бюджетных обязательств между подведомственными распорядителями и (или) получателями бюджетных средств, если иное не установлено Кодексом. Ведомственная структура расходов бюджета - это распределение бюджетных ассигнований, предусмотренных законом (решением) о бюджете на соответствующий финансовый год главным распорядителям бюджетных средств, по разделам, подразделам, целевым статьям и видам расходов бюджетной классификации Российской Федерации.
Законами о федеральном бюджете на соответствующие годы, а также Положением о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 01.01.2001 N 248, главным распорядителем по отношению к подведомственным органам внутренних дел определено министерство.
Таким образом, иск предъявлен к надлежащему ответчику.
Противоправность действий должностных лиц органов внутренних дел подтверждена вступившим в законную силу постановлением Октябрьского районного суда г. Краснодара от 01.01.2001.
Истец в обоснование исковых требований указал, что вследствие незаконных действий с 08.07.2011 по 14.07.2011 не имел возможности осуществлять обычную хозяйственную деятельность. В частности, общество сослалось на то, что изъятые системные блоки содержали систему обработки, сбора и учета данных по поступающей и отгруженной продукции завода (систему штрих-кодирования продукции), введенную на заводе в 2008 году. Указано, что с января 2009 года производственный процесс основан на обработке данных по приемке товара и комплектующих и отпуску готовой продукции электронно. На предприятии применяется "Производственный цикл по выпуску велосипедов и иной мототехники", согласно которому оператор на персональном компьютере создает упаковочный лист на каждый вид продукции в программе Labelviev 8.0, где приходуемому комплектующему присваивается штрих-код, отслеживается продвижение каждого комплектующего до момента отгрузки готового изделия. По утверждению общества, эта система учета товара и обработки данных (с соответствующей базой по комплектующим) была установлена на изъятых системных блоках.
Вместе с тем, судом установлено, что первоначально в иске общество указывало на факт изъятия печати и системных блоков, что привело к приостановлению деятельности, в том числе иных хозяйствующих субъектов ООО "Веломоторс", ООО "Мотоальянс" и "Веломоторс Плюс", при этом не указывало индивидуализирующих признаков изъятого имущества и относимость их к конкретной организации.
Из представленных в материалы дела докладных сотрудников общества следует, что в связи с изъятием документации произошло отключение системы учета готовой продукции на склад; приостановлена погрузка продукции, что повлекло простой автотранспорта.
Из жалоб адресованных Прокурору Краснодарского края, начальнику ГУ МВД России по Краснодарскому краю следует, что изъяты 2 системных блока, а также печати ООО "Веломоторс", ООО "Мотоальянс" и "Веломоторс Плюс", что препятствовало осуществлению отгрузки продукции.
Таким образом, суд пришел к выводу, что подавая иск, общество не ссылалось на то, что изъятые системные блоки содержали систему обработки, сбора и учета данных по поступающей и отгруженной продукции завода (систему штрих-кодирования продукции); систему учета товара и обработки данных (с соответствующей базой по комплектующим), которая была установлена на изъятых системных блоках, и как следствие отсутствие данных системных блоков парализовало работу завода.
Из приказа 288 от 01.01.2001 следует, что введено в эксплуатацию основное средство терминал сбора данных MC3090RLC8S00GER (указана комплектация товара, в том числе принтер штрих-кода), присвоен инвентарный номер 000196.
Вместе с тем, из протокола обыска от 01.01.2001 не следует, что данное средство изымалось у общества.
Из приказа N 1/7 от 01.01.2001 следует, что на системные блоки с инвентарными номерами 88 и 110 установлено программное обеспечение "mobile".
Однако, из протокола осмотра от 01.01.2001 следует, что изъяты системные блоки в корпусе черного цвета 274390 и 16172030200017.
Истец в подтверждение факта установки программного продукта на изъятых системных блоках представил пояснения системного администратора общества, в которых указано, что в 2008 году было разработано и внедрено программное обеспечение. Программный продукт использовался для автоматизации складской и производственной деятельности ООО "Велотранс". На его основе и с его помощью функционирует мобильная база и система штрих-кодирования. Программный продукт разрабатывался собственными силами для внутреннего использования на предприятии и продажа его с целью получения коммерческой выгоды не планировалась, лицензирование программного продукта не производилось. Программное обеспечение было установлено на двух системных блоках находящихся в бухгалтерии (рабочее место главного бухгалтера (компьютер с инв. N 88/ в протоколе обыска N 16172030200017) и бухгалтера (компьютер с инв. N 110/ в протоколе обыска N274390). В связи с тем, что резервные копии программы делались на архивные разделы жестких дисков тех компьютеров, на которых была установлена и сама программа, изъятие системных блоков привело к тому что предприятие лишилось возможности использовать данное ПО либо наладить работу данного ПО на других системных блоках (необходимо примерно 40-60 рабочих дней). В результате чего стало невозможным осуществлять приемку и выпуск продукции.
Согласно статьям 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами. В силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.
Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.
Из анализа указанных документов не представляется возможным с достоверностью прийти к выводу о тождественности системных блоков указанных в протоколах обыска от 01.01.2001, осмотра предметов от 01.01.2001 и системных блоках с инвентарными номерами указанных обществом.
Приказ N 15.1 от 01.01.2001 о переустановке программного обеспечения с системных блоков с инвентарным номером N 88, 110 на системные блоки с инвентарным номером 250, 254 не является доказательством, достоверно подтверждающим факт наличия программы на изъятых блоках, поскольку является односторонним документов общества, данный факт не удостоверен незаинтересованными лицами, представителей ответчика не вызывали.
Кроме того, судом учтено, что в приказе не указаны причины, по которым производится переустановка ПО; при подаче иска, а также на стадии апелляционного и кассационного производства по делу истец не ссылался на данные факты; приказ приобщен к материалам дела после постановки вопроса представителем третьего лица Н. о назначении судебной экспертизы на предмет установления факта наличия ПО на системных блоках с инвентарным номером N 88, 110.
Оценив имеющиеся в материалах дела документы, суд пришел к выводу о том, что истец не доказал, что на изъятых системных блоках было установлено ПО. Судом также учтено, что программный продукт разрабатывался собственными силами для внутреннего использования, что предполагает сохранение резервных копий программы на иных носителях в случае выхода программы из строя, а также установки на иные системные блоки, поскольку в процессе производства (приемка, отгрузка) задействованы не только главный бухгалтер и бухгалтер организации, но и иные сотрудники соответствующих подразделений.
В обоснование заявленных доводов общество указало, что на складе велозавода имелись в наличии комплектующие, необходимые для сборки велосипедов, усматривается из инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей ООО "Велотранс" N 3 от 01.01.2001, структурное подразделение: склад комплектующих. Наличие полученных велосипедов, частей велосипедов, мопедов и мотоциклов подтверждается таможенными декларациями. У ООО "Велотранс" заключены договоры поставки велосипедов и иной мототехники с постоянными оптовыми покупателями. Самые крупные из покупателей, пострадавшие от вынужденного простоя 08.07-14.07.2011 года - ООО "Фортуна" и ООО "Велоальянс", факт наличия правоотношений подтверждается договорами поставки N 090111/1 от 01.01.2001 с ООО "Фортуна" и договор поставки N П/1012/01/ВТ-ВА от 01.01.2001 с ООО "Велоальянс". С данными предприятиями каждый месяц подписываются Спецификации с утвержденными объемами и ценами реализуемого товара. Согласно Спецификации от 01.01.2001 к договору поставки N 090111/1 от 01.01.2001 ООО "Велотранс" обязалось поставить в адрес ООО "Фортуна" в июле 2011 года велосипедов, мопедов и мотороллеров на общую сумму 69 540 000 рублей. Согласно Спецификации от 01.01.2001 к договору поставки N П/1012/01/ВТ-ВА от 01.01.2001 ООО "Велотранс" обязалось поставить в адрес ООО "Велоальянс" в июле 2011 года велосипедов на общую сумму 18 345 000 рублей. Всего по двум контрагентам на сумму 87 885 000 рублей. Фактическая отгрузка готовой продукции в адрес ООО "Фортуна" и ООО "Велоальянс" произведена в меньшем объеме, чем планировалось, что подтверждается выставленными счет-фактурами.
Оценивая, инвентаризационную опись товарно-материальных ценностей N 3 от 01.01.2001 судом установлено, что документ подписан представителями общества. В инвентаризационной описи не указано, каким образом установлено наименование и количество фактически находящегося товара (снятие фактических остатков), и на основании каких первичных документов установлено наименование и количество товара в графе "по данным бухгалтерского учета" (данные последней инвентаризации товарно - материальных ценностей, приход и расход товара в деле отсутствуют и в инвентаризации не отражены), не заполнены графы начала и окончания инвентаризации, не указное основание для проведения инвентаризации.
В соответствии с пунктами 2.7 и 3.17 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Минфина России от 01.01.2001 N 49, фактическое наличие имущества при инвентаризации определяют путем обязательного подсчета, взвешивания, обмера. Не допускается вносить в описи данные об остатках ценностей со слов материально ответственных лиц или по данным учета без проверки их фактического наличия.
Представленные в материалы дела декларации на товары и добавочные листы к ним подтверждают факт разрешенного выпуска товара. Указанные в декларации запасные части для сборки не индивидуализированы, относятся к определенному виду товаров по указанным артикулам.
В соответствии с договором поставки от 01.01.2001 факт передачи товара между истцом и ООО "Фортуна" оформляется товарными накладными (п. 1.2, 2.4-2.5, 3.1)
В альбоме унифицированных форм первичной учетной документации по учету торговых операций, утвержденном постановлением Государственного комитета Российской Федерации по статистике от 01.01.2001 N 132 "Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету торговых операций" (далее - постановление Госкомстата от 01.01.2001), содержится первичный учетный документ в виде товарной накладной формы ТОРГ-12. Упомянутая накладная применяется для оформления продажи (отпуска) товарно-материальных ценностей сторонней организации и составляется в двух экземплярах. Первый экземпляр остается в организации, сдающей товарно-материальные ценности, и является основанием для их списания. Второй экземпляр передается сторонней организации и служит основанием для оприходования этих ценностей. Постановлением Госкомстата от 01.01.2001 установлены требования по заполнению и содержанию товарной накладной формы ТОРГ-12.
Оприходование товаров производится по накладным ТОРГ-12, вместе с тем, накладные не представлены в материалы дела, как не представлены и акты о приемке товаров ТОРГ-1, отчеты о движении товарно-материальных ценностей в местах хранения МХ-20.
Приобщенные к материалам дела счета-фактуры не подтверждают факт передачи продукции контрагентам, в связи с чем, представленные сводные таблицы фактически реализованной продукции противоречат положениям ст. 68 АПК РФ.
Анализирую первичные документы, суд пришел к выводу, что в данном случае операции по приобретению товара не подтверждены.
В обоснование согласованного объема продукции подлежащего передаче ООО "Фортуна" истец ссылается на спецификацию к договору от 01.01.2001, из содержания которой следует, что сторонами согласованы модели велосипедов, количество и стоимость (69 540 .), а также на условие дополнительного соглашения от 01.01.2001 к договору от 01.01.2001 о передаче товара по согласованным сторонами партиям.
Вместе с тем, ни в договоре от 01.01.2001, ни в указанном дополнительном соглашении не указано о согласовании объема товара в спецификации.
Кроме того, судом учтено, что дополнительное соглашение к договору заключено 01.09.2011, убытки отыскиваются за период предшествующий заключению соглашения.
Аналогичные условия поставки согласованы с ООО "Велоальянс" на сумму 18 345 000 руб.
Судом установлено, что в материалы дела не представлена переписка меду истцом и контрагентами о не допоставке продукции. Из плана производства продукции за июль 2011 года не усматривается, что продукция подлежит отгрузке именно указанным истцом контрагентам (ООО "Велоальянс" и ООО "Фортуна").
Для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт противоправного поведения причинителя ущерба, наличие причинной связи между поведением причинителя и возникшими убытками, размер убытков и меры, предпринятые для их уменьшения. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования. Пленумы Верховного Суда Российской Федерации N 6 и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 8 в совместном постановлении от 01.01.2001 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 6/8) разъяснили следующее.
При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, причиненных гражданам и юридическим лицам нарушением их прав, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Необходимость таких расходов и их предполагаемый размер должны быть подтверждены обоснованным расчетом, доказательствами (п. 10).
Размер неполученного дохода (упущенной выгоды) должен определяться с учетом разумных затрат, которые кредитор должен был понести, если бы обязательство было исполнено (пункт 11).
При определении упущенной выгоды учитываются предпринятые для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.
В материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие, что истец предпринял меры к уменьшению или предотвращению убытков, представленные письма в адрес государственных органов о неправомерных действиях сотрудников ответчика таковыми мерами судом не признаны.
Напротив, судом установлено, что после обращения общества к ответчику о возврате изъятых предметов, данные требования следственными органами были удовлетворены.
Судом учтены пояснения представителя истца о том, что в отсутствие ПО возможно осуществлять сборку, отгрузку продукции, как и до введения программы на предприятии, однако, объемы будут меньше. Вместе с тем, доказательств подтверждающих выполнение указанных действий в отсутствие ПО не представлено.
Исходя из положений статьи 65 АПК РФ, бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды лежит на истце, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы в указанном им размере.
Ссылки истца на налоговые декларации за предшествующий период отклонены судом как ненадлежащие доказательства упущенной выгоды в будущем, поскольку вероятность получения истцом будущего дохода, сопоставимого с его доходом в предшествующие периоды, не может быть положена в основу вывода о доказанности конкретного размера упущенной выгоды.
Оценивая объемы производства продукции и продаж помесячно (2010-2012 годы), представленные истцом суд исходит из следующего.
Исходя из приведенных в таблице данных, в период с августа по ноябрь 2011 года включительно производство продукции не осуществлялось. Аналогичная ситуация сложилась в 2012 году. При этом количество произведенной продукции в июле 2011 года составило 42 522 шт., вместе с тем, реализовано 24 800 шт. (остаток нереализованной продукции в июле 2011 года составил 17 110 шт.). Кроме того, по итогам 2010 года у общества также имелся остаток не реализованной продукции в количестве 83 001 штуки.
Таким образом, доводы общества об уменьшение объема производства продукции в июле 2011 года по причине изъятия системных блоков и как следствие наличие у общества убытков, причиненных невозможностью получения прибыли от ее реализации, противоречат представленным доказательствам.
При определении размера упущенной выгоды истец представил уточненный расчет убытков в размере 8 387 659,47 руб. при этом исходил из плана производства за июль 2011 и фактически произведенного объема продукции, с учетом ее себестоимости.
Из произведенного истцом расчета не усматривается порядок и основания расчета себестоимости продукции (не указаны ссылки на первичные документы).
Оценивая действия истца по фактически произведенному объему судом установлено, что велосипеды у истца ответчиком не изымались, в связи с чем, довод истца о том, что отсутствие у него продаж велосипедов объясняется только тем, что у него не было печати и ПО, является недоказанным.
Истец так же не представил доказательств того, что в течение простоя на производстве, у него имелись реальные покупатели на велосипеды, которые истец не смог продать по причине отсутствия у него печати и ПО.
При наличии реального намерения приобрести велосипеды покупатели имели возможность подождать, пока истец будет готов к продаже. В материалы дела не представлены письма от контрагентов об отказе от исполнения договора или принятии продукции.
Покупатели, не получившие возможности приобрести велосипеды у истца в период с 08.07.11 г. по 14.0.11 г., имели возможность приобрести их позже, доказательств обратного в материалы дела не представлено.
Требования о взыскании упущенной выгоды не подтверждены доказательствами, подтверждающими гарантированное получение выгоды и ее размер, а также наличие причинно- следственной связи с действиями ответчика.
Из изложенного следует, что истец не доказал правомерность своего требования о возмещении ему убытков, а так же наличия прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) должностных лиц правоохранительных органов и возникшими на его стороне убытками.
При таких обстоятельствах, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле документы в их совокупности и взаимосвязи, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований общества в полном объеме.
Судебные расходы, связанные с рассмотрением дела в арбитражном суде, в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на истца.
Руководствуясь ст. ст. 70, 110, 123, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований отказать полностью.
Взыскать с ООО "Велотранс" в доход Федерального бюджета Российской Федерации госпошлину в размере 13 627,9 руб.
Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца со дня его принятия, в арбитражный суд кассационной инстанции - в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, если такое решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.
Г. Поздняков
Основные порталы (построено редакторами)