Блуждающие огоньки
Ава Рламова
Да кто вообще ложится спать, когда ему велят? Может быть, какие-то скучные люди в скучных местах. Мама ведь и сама не думала отправляться под одеяло, а вернулась к своему микроскопу и, скорее всего, тут же нырнула обратно в работу. Можно было пройти мимо неё к выходу, шансы на успех велики, несмотря на скрипучие доски. Но рисковать Лиса не стала. Окно, кстати, совсем не скрипело, через него-то Лиса и выбралась.
А за окном была ночь, густая, свежая и чёрная-чёрная. Далеко уходить не стоило, легко и потерять обратную дорогу к биостанции. Да и ни к чему было. Лиса только отошла к лодочному сараю и сняла с шеи бинокль.
Папа был прав — звёзды здесь были не то, что в городе, а настоящие, прямо как в «Сказках о созвездиях», которые Лиса читала в поезде по дороге. Папа привез книжку прямо к отправлению, улыбался и просил Лису присматривать за мамой, мало ли украдут ее северные кикиморы. Кикиморы — это несерьёзно, конечно, но насчет того, что мама могла бы за работой не заметить даже кикимор, папа был прав.
Обычно лето Лиса проводила с папой, даже ездила вместе с ним на семинары, где рассказывали вроде бы и про кикимор, и про единорогов, и про разные-разные сказки, но так серьёзно, что сразу становилось ясно — это просто темы для скучных научных книжек. Но в этот раз мама взяла ее с собой на морскую биостанцию, где говорили только о настоящей науке, зато вокруг всё было, как в настоящей сказке. И днём, и ночью.
Лиса подготовилась к поискам заранее, но от величины неба захватывало дух, и нужное созвездие нашлось не сразу. Но вот наконец-то бинокль ткнулся прямо в русалочью Лиру. Звезда Вега казалась такой яркой и чистой, что Лиса совсем почти перестала дышать. Лучше, чем в планетарии, чем на всех картинках, только красивее из-за холода, тишины над ночным заливом, из-за тайного побега через окно. От восхищения — и заодно чтобы не задирать голову так сильно — Лиса села на землю и тут же вскочила. Вся трава была мокрой от росы, через резиновые сапоги не почувствуешь, а через пижамные штаны ещё как!
Бинокль шлёпнулся рядом. Лиса наклонилась, чтобы его поднять, и глянула на темное море внизу как раз вовремя, чтобы заметить крохотные вспышки.
Прижав к глазам скользкий от росы бинокль, она уставилась туда, где вспышки мелькнули, и вскоре различила на воде и лодку. Лодка не двигалась ни вперёд, ни назад, покачивалась на месте, и огоньки вспыхивали вокруг то здесь, то там рядом с веслами. Стук сердца Лиса слышала теперь где-то в горле, а холода уже не замечала.
Да что же это? Выходит, папа не шутил. Блуждающие огоньки — это плохо, это очень плохо, не угадаешь, что у них на уме и какая пакость им под силу.
Как же тот, кто в лодке? Надо предупредить его об опасности, тут уж не до скрытности… ох, Лиса очень вовремя зажала себе рот. Тёмная фигура перегнулась через борт лодки, плеснула по воде чем-то массивным совсем рядом с огоньками.
Не могла она их не замечать! Лиса отступила на шаг к лодочному сараю, в спину ткнулось что-то твёрдое, заскрипело, качнулось, громко стукнуло. Фигура в лодке резко выпрямилась и выронила то, чем отбивалась от блуждающих огоньков. Дальше Лиса уже ничего не видела, она со всех ног бежала обратно к дому, перемахнула через подоконник, трясущимися руками захлопнула окно, прямо на ходу сбросила с себя резиновые сапоги, дождевик, бинокль и шмыгнула под одеяло. Сжавшись в комок, Лиса зажмурилась и лежала так. Постепенно возвращались чувства — стало холодно промокшим коленкам, защипало щеки, заныло там, где бился в грудь жесткий бок бинокля, может, и синяк останется. В комнату заглянули, мамин голос тихо позвал «Милая? Ты спишь, Лисёнок?» Лиса не не пошевелилась, но не верила, что заснёт, что вообще теперь когда-нибудь заснё...
В окно светило солнце. Лиса села и сбросила одеяло. Комната выглядела так же, как и прошлым беспечным утром. Может быть, это был просто нелепый кошмар? Лиса свесила ноги с кровати и вздохнула, оглядывая грязные колени. Если бы. И пижаму надо будет отстирать так, чтобы не заметила мама. Но это легко, а вот что делать дальше? Рассказать маме, оторвать ее от работы? Как будто и так не ясно, каким будет ответ. «Ну что за глупости, Лисёнок, какие огоньки? Наслушалась от отца сказок». И голос у нее будет даже не раздраженный, а чуточку разочарованный.
Только вот сейчас сказки и пригодились. Мама ходит в море с того причала каждый день! Значит, очень скоро блуждающие огоньки доберутся до нее, если Лиса ничего не предпримет.
С чего начинают расследование бесстрашные сыщики? Лиса нашла ответ быстро и осматривать место происшествия побежала, даже не позавтракав, только бутерброд с собой прихватила.
На берегу было светло и безопасно, ничего необычного. Шумели хвойные шапки на годовой, сапоги скользили по мокрому галечнику, торчали там и тут солончаковые астры. Спустившись к самой кромке воды, Лиса заглядывала за каждый валун, за каждую рогатую ветку, облизанную волнами до совершенной гладкости. Огоньки не появлялись, но когда Лиса уже порядком устала, заметила за горой коряг пляшущие по металлу солнечные зайчики. Это оказалось жестяное ведро, а неподалеку обнаружилось и второе. Так вот значит, чем размахивал ночью попавший в окружение лодочник! А потом, значит, выронил их, когда Лиса загремела дверью сарая, море их унесло, а в ветках они застряли после отлива.
Но какой толк отбиваться вёдрами? Лучше уж вооружиться веслом, даже сильно испугавшись, можно сообразить... Порыв холодного ветра распушил рыжий хвостик Лисы, и без того не слишком аккуратный. Но холодно Лисе было не от этого. Незнакомец на лодке не испугался огоньков, он не паниковал — нет, он, он… знал о них и собирался их поймать, вот и взял вёдра. И даже неясно, был ли он околдован ими или решил колдовать с их помощью сам. Остановить его нужно было как можно скорее.
Лиса спрятала вёдра под своей кроватью, за рюкзаком, и отправилась на гору — только оттуда на острове и можно было позвонить, да и то в ясную погоду, в других местах поймать сигнал от далекой вышки на материке не стоило и пытаться. Лиса шла по узкой тропинке среди зарослей лилового душного иван-чая, почти закрывавшего ее с головой, и думала, что же сказать папе. И даже придумала неплохой план, как бы выведать о средствах борьбы с огоньками. Но план был один, а разговор другой.
- Привет, пап, я хорошо, ем хорошо, слушаюсь хорошо, мама в порядке, ты не мог бы…
- Шшшшш… Лисонька? Лисонька, как ты там, веселишься?
Что ж, папа со своей конференции по морфологи сказок народов мира мог бы назвать это и весельем. Но Лисе было сейчас не до шуток.
- Папочка, а кикиморы могут жить не в болоте? Кикиморы, пап! Они бывают похожи на огоньки над морем?
- Что…. ты такое? Огни над морем?
Лиса встала на цыпочки, вытянулась, прислонившись к стволу нагретой солнцем сосны, пытаясь нащупать точку, где телефон хорошо принимал бы сигнал, но звук пропадал и обрывался.
- Да, пап! Что делать, если встретишь у моря блуждающие огоньки?
- Пере..ай… прт...Пора, Лисньк… шшшшшш… не грсти Лисньк берги сбя.
Телефон пошипел еще и замолк. Вот и всё. Лиса стукнула ладонью по шершавой коре и спрятала телефон в карман. Помощи ждать неоткуда.
За опрос подозреваемых Лиса взялась немедленно после обеда. Первым был капитан, водивший с острова на материк и обратно единственный маленький корабль (похожий скорее на большой ржавый катер). Он, как всегда, был на палубе корабля — худой мужчина в толстой куртке с обветренным щетинистым лицом. Завидев Лису на пристани, он нахмурился, но ничего на сказал, пока она не подошла поближе.
- Шеф собирается сегодня в рейс? - спросил он, когда Лиса уже без труда различала на его куртке полуоторванные заплаты.
Шефом он называл маму, перенял это дурацкое обращение у ещё одного обитателя биостанции — маминого аспиранта КирПалыча, кудрявого и раздражающе церемонного.
- Нет, капитан, я не по её просьбе, - вежливо ответила Лиса. - Я хотела спросить, не водятся ли в здешних болотах кикиморы. И не пропадало ли у Вас недавно ведро или два?
Капитан был местный, настоящий помор, и если и удивился вопросу, то виду не подал. Лиса вообще ни разу еще не видела его удивлённым или взволнованным, на лице у него всегда была одинаковая мрачноватая решимость. Подозреваемым он был достаточно зловещим. Лиса, конечно, не рассчитывала что-то от него узнать, но внимательно наблюдала за ним — как он станет выкручиваться, забеспокоится ли?
- Они-то могут, - вполне серьёзно ответил капитан и принялся откручивать крышку с потёртого термоса. - В топях, известное дело, всякая нечисть обитает. А насчет вёдер не полошись, все у меня по местах. И ведра, и веревки, и жилеты, у меня не пропадёт.
- Но в море-то такого точно не встретишь? - спросила Лиса. - Каких-нибудь кикимор, русалок, светляков? Здесь, вокруг острова, где неглубоко?
- Отчего же, - капитан глотнул из термоса горячего чаю и покачал головой всё так же спокойно и мрачно. - Бывает, видят люди всякие огни-то. Рассказывают, кому блуждающие духи клады показывали, кого в течение заманивали. Известное дело, худому с ними встретиться горе, и доброму — радости мало.
Ох, как же прав был капитан. Тем же вечером разразилась буря. В окно кухоньки бился, как бешеный, ветер, хрипело снаружи море, трещали деревянные стены. Лиса намазала сгущённое молоко на последний оставшийся кусочек хлеба и придвинула его к маминой кружке. Теперь капитан привезет продуктов с материка, только когда дождь и ветер утихнут, а кто же знает, когда это будет? И будет ли вообще, если наводят морок блуждающие огоньки?
Мама была так расстроена тем, что сорвались планы походов на лодках к соседним островам и ловли морских зверей. Лиса совсем уж было собралась рассказать ей про огоньки, про свои подозрения и всё, что успела выяснить. Но тут хлопнула дверь, в домик ворвался ледяной дождь и, что еще неприятнее, вошёл КирПалыч. Не здороваясь, он прошёл к столу, оставляя за собой темные лужицы.
- Говорил же я Вам, шеф, будет шторм, никакого рейса, - протянул он, будто и не замечая Лису, - а Вы всё торопили меня.
- А Вы всё отстаете от графика, - строго и устало ответила мама. - Вы давно уже должны были наловить достаточно животных, чтобы сделать перерыв с выездами. А морских звёзд и гребневиков почти нет.
- Добрый вечер, КирПалыч, - сказала Лиса.
- И тебе, деточка. Только вот важным разговорам взрослых лучше бы не мешать, - улыбка на лице КирПалыча вспыхнула и погасла, и губы снова капризно и недовольно скривились.
- У нас тоже был важный разговор и…
- Разумеется, о какой-нибудь сказочной чуши!
Про сказочную чушь завернул, ха. Конечно, им ведь одним мама должна заниматься, даже вечером, когда давно пора пить чай, вечно ему всё не так, а еще аккуратист… Да, аккуратист ведь.
- Пойду поищу еще сгущённого какао, - сказала Лиса, но вышло не так дерзко, как ей бы хотелось.
Пробираясь в полутьме по кладовке, она вспоминала, как в первый день на острове КирПалыч целый вечер ворчал о беспорядке и клеил кресты из черной изоленты на все свои рабочие вещи. И действительно, кресты были на донышках тазиков, железных подносах, спасательных жилетах, вёслах, коробках с консервами. Ну конечно, как же она сразу не догадалась проверить?
Лиса оставила банку какао на краю стола и тихонько прокралась в спальню, пока мама и КирПалыч самозабвенно спорили. Прикрыв дверь, Лиса села прямо на пол у кровати и дрожащими руками вытащила загороженные рюкзаком вёдра. У обоих на дне красовались тёмные кресты.
Всё следующее утро Лиса напряжённо следила за лодочным причалом. Погода ночью прояснилась, и КирПалыч еще до рассвета уплыл в море, забрав и свои тазы, и вёсла, и ведра, которые Лиса подкинула в кладовку. Не было и сомнения в том, что лучше шанса поймать огоньки ему не представится, да и тянуть он не станет после подозрительного исчезновения и появления вёдер.
И Лиса была готова, и скользящую по спокойной свинцовой глади лодку заметила издалека. Пора, наконец, пора.
КирПалыч привязал лодку, взял оба ведра и понес в сторону лабораторного корпуса — двухэтажного деревянного дома чуть дальше от побережья. Лиса следовала за ним, то и дело уходя с тропы и прячась то за одним деревом, то за другим. Лапы можжевельника цеплялись за джинсы, от земли, покрытой влажными после дождя лишайниками шел густой грибной запах.
Сначала Лиса притаилась за дверью корпуса, потом спряталась под лестницей и видела, куда именно свернул КирПалыч. Как только он вышел и отправился обратно к причалу, Лиса прошмыгнула в нужную комнату.
Её будто окунули в ведро со льдом. Лиса нащупала на стене рубильник и включила свет. Это была «холодная», в каждом углолке которой было всё равно что в холодильнике. Это и был огромный холодильник, куда великан-слоноед мог бы засунуть целого слона или хотя бы пол слона. Всё здесь было уставлено аквариумами, баками и вёдрами с морской водой, в которой перебирали лапками, щетинками и ножками десятки диковинных морских зверей.
И кого здесь только не было! Что угодно можно было бы спрятать среди плавных прозрачных медуз, ползучих цветных ракушек и мохнатых стремительных червяков — даже, наверное, и кикимору.
Но где же блуждающие огоньки?
Нужно было торопиться, но Лиса велела себе не слушать часто стучащее сердце и быть как можно внимательнее. Она осмотрела вёдра, но ничего в них не светилось. В одном в толще воды медленно покачивались прозрачные шары, словно сделанные из студня. Они походили на медуз, только без щупалец, и нормальных животных, про которых хотя бы в школе рассказывают, совсем уж не напоминали.
Лиса вернулась к рубильнику и выключила свет, долгие драгоценные минуты щурилась, вглядываясь в темноту. Ничего. Ну же, ну, надо подумать ещё раз. Вот-вот сюда вернется КирПалыч, и если не успеть… Что-то она пропустила, какое-то ещё условие, что-то, что заставило блуждающие огоньки показаться той ночью…
Что же ещё? Там была ночь, темнота, лодка, лодка, вёдра, вёсла, волны… Вёсла! Лиса метнулась к стене, шаря руками перед собой и наткнулась в полутьме на оставленный в углу сачок. Крепко стиснув его, она подошла к ведру со студенистыми шарами и помешала воду древком, как поварешкой. И стоило древку стукнуть легонько прозрачный шар, как тот блеснул и переливчато засветился. Лиса со вскриком выдернула сачок, и вода замерцала знакомыми вспышками.
Тут же за спиной хлопнула дверь и в комнате снова зажегся свет. Лиса обернулась, держа наготове сачок, и…
- Лисёнок, что ты делаешь здесь, да ещё и без куртки? - перешагивая через таз с большой медузой, спросила мама.
Лиса уткнулась носом в теплый ворс ее толстовки и обхватила ее за талию.
- Кого ты тут приглядела? О, Кирилл Павлович всё-таки привез гребневеков, хоть и с опозданием, как всегда, по каким-том сверхъестественным причинам, - мама указала на ведро со студенистыми шарами. - Посмотри, как у них мерцают гребные пластинки.
Они обе наклонились, вглядываясь в воду. На поверхности каждого шара действительно моргали ряды из сотен и сотен светлых ресниц, и легкие тела гребневиков скользили по кругу в водной толще.
- Красивые, правда? - с улыбкой спросила мама. Она с весело посмотрела сначала на гребневеков, а потом на Лису. - А ещё они могут светиться, представляешь?
- Отлично представляю, - только и ответила Лиса и вздохнула, с укором глянув на ближайший студенистый шар. Тот сохранял полную невозмутимость.
Основные порталы (построено редакторами)