Всероссийский конкурс исследовательских краеведческих работ
школьников – участников движения «Отечество»,
посвященный 65-летней годовщине Победы
в Великой Отечественной войне 1941-1945 г. г.
Отпечаток времени
(дневник несломленного человека — участника Великой Отечественной войны Николая Павловича Сумарева)
Автор:
Калачев Никита Сергеевич
учащийся 8-Б класса
МОУ СОШ №1
Научный руководитель:
Захарова Ольга Александровна,
учитель истории МОУ СОШ №1
2010 год
Оглавление
I.. Введение ……………………………………………………………………………..……..2
II. Глава 1. Вы знаете, каким он парнем был? ………………………………………………3
III. Глава 2. Дневник несломленного человека — участника Великой Отечественной
войны Николая Павловича Сумарева:
3.1. Дневник как исторический источник ……………………………………………………..5
3.2. Судьба человека в его стихах ……………………………………………….……………..6
3.3. Жить! Полной грудью жить! ……………………………………………………………….9
3.4. Заметки на полях ……………………………………….………………………………..... 11
IV. Заключение ………………………………...……………………………………………….12
Библиография ……………………………………………………….…………………………..13
Приложение …………………………………………………………………….……………….14
«Запомни, сын мой, тебе это пригодится:
ты должен продолжать начатое дело отцов –
совершенствовать и развивать Россию.
Н. Сумарев 7 августа 1946 г.
I. Введение
Наверное, в каждой семье имеется какая-то дорогая вещь, которая передается из поколения в поколение. В нашей семье уже больше 60 лет хранится дневник моего прадеда Николая Павловича Сумарева, участника Великой Отечественной войны, побывавшего в военном плену. В свое время дневник был подарен моему дедушке – Льву Николаевичу Сумареву, от него перешел к моей маме, а в этом году, когда мне исполнилось 14 лет, мама передала его мне. Записи в дневнике датируются 1943-1946 годами. В основном это стихи собственного сочинения, мысли мудрых людей, прочие заметки. Цель моей работы: проанализировать дневник моего прадедушки Н. П.Сумарева в качестве исторического источника. После прочтения дневника я понял, что прадед был удивительным человеком, но в семье о нем почти ничего не знали: какое образование было у прадеда, где и кем работал перед войной, в каких войсках и в каком звании он служил, когда и при каких обстоятельствах попал в плен, причины смерти... Скудость информации объясняется тем, что прадед умер, когда моему дедушке, сыну Николая Павловича, едва исполнилось 12 лет, Льва Николаевича не стало, когда мне было всего два года, не осталось ни родственников, ни знакомых, помнящих прадеда, в семье не сохранилось почти никаких документов. Главными рассказчиками выступали мои мама и бабушка, которым дед успел что-то рассказать о Николае Павловиче. Информацию, проливающую свет на биографию Николая Павловича, необходимо было найти, таким образом, задача, которую я поставил в ходе работы: собрать биографические сведения о прадедушке П. на основе всех доступных источников. В семейном архиве имелось несколько фотографий, свидетельство о рождении и трудовая книжка Николая Павловича. Для получения остальных документов мы с мамой сделали более 10 запросов в спецслужбы (военные комиссариаты Владимирской и Ленинградской областей, г. Санкт-Петербург по Пушкинскому району, УФСБ России по Владимирской и Ленинградской областям), Государственный архив Владимирской области, архивный отдел администрации Кольчугинского района, архив отдела кадров завода «Кольчугцветмет», отдел ЗАГС. Актуальность работы состоит не только в том, что события уходящей героической войны нельзя забывать, но и в том, что она касается малоизученной темы - темы военнопленных – людей, волею судьбы превратившихся во «врагов народа», но при этом несломленных и не переставших быть патриотами своей Родины.
В результате поисковой работы у меня на руках оказались следующие документы: личный листок по учету кадров, автобиография, личная карточка, заявления, справки и характеристики с мест работы, справка отдела ЗАГС, архивная справка из ГУВО «Государственный архив Владимирской области» (ГУВО «ГАВО») и, главное, мы получили разрешение на ознакомление с фильтрационно-проверочным делом, хранящимся в архивном департаменте администрации Владимирской области. Собранные документы позволяют восстановить биографию моего прадеда Н. П. Сумарева.
II. Вы знаете, каким он парнем был?
Родился Николай 25 июля 1914 года (по старому стилю – 7 августа) в деревне Борисцево Кольчугинского района в семье бедного крестьянина. Его отец погиб в годы Первой мировой войны. Мать до 1925 года занималась крестьянством, затем переехала с семьей в Кольчугино. Из личного листа по учету кадров и автобиографии установлено, что прадед начал трудиться с 18 лет, сразу после окончания школы ФЗУ при заводе им. Орджоникидзе. Уже через год Николай Павлович стал бригадиром термической обработки цветных металлов. Согласно архивной справке, в 1936 году был призван на службу в РККА в войсках НКВД в качестве политрука, служил в Московском округе в 177 полку. После демобилизации в феврале 1939 года работал инструктором партийного отдела местной газеты «Голос кольчугинца» и одновременно обучался заочно в Ивановском педагогический институте, однако не закончил его, так как 1 января 1940 года Кольчугинским райвоенкоматом был мобилизован на партийно-политическую работу в Красной армии. В городе Пушкине работал ответственным редактором красноармейской газеты «За Родину!» 3 отдельного химического полка, затем – редактором газеты «Бесстрашный воин» 3 отдельной стрелковой бригады, расположенной в Балтийском море на острове Эзель, и одновременно обучался в военно-полевой академии им. Ленина в Москве. Закончить ее помешала война. Перед самой войной прадед перевез в город Пушкин свою семью, именно там в январе 1941 года родился мой дед Лев Николаевич, но летом того же года семья вернулась в Кольчугино. Любопытно, что Николай Павлович в 19 лет (!) был избран депутатом Кольчугинского городского совета. В 1932 году вступил в комсомол, а с 1939 он - член ВКП(б). После плена прадед лишится партбилета, которым очень дорожил. В личном листке по учету кадров на вопрос, был ли за границей, читаю ответ «да». «В какой стране – Польша, Германия, Австрия, г. Линц. Цель поездки – военнопленный. Дата – с 1942 по 1945 год». В архивной справке ГУВО «ГАВО» говорится, что в плен Николай Павлович попал 7 октября 1941 года (основание: Ф. Р-606. Оп.1.Д.5861.) В фильтрационно-проверочном деле архивного департамента Владимирской области есть протокол его допроса от 10 октября 1945 года. На вопрос: «Как попали в плен?» прадед отвечает: «Наша часть стойко защищала морские коммуникации, но не суждено было, видимо, выйти со славой из боев. 04.10.1941 о. Эзель овладели немцы. Командование и командующий Моонзундским архипелагом генерал-лейтенант Елисеев улетел (потом он покончит с собой (прим. автора). В беспорядке части уже неорганизованно искали выход из сложившегося положения, но все групповые бои не имели успеха». На вопрос, почему сдались в плен, Николай Павлович поясняет, что группа красноармейцев, выходивших из окружения, состояла всего из четырех бойцов, и была вооружена одним пистолетом, немцев же – 15 человек, все с автоматами. В архивной справке ГУВО «ГАВО» говорится, что прадед был пленным в Эстонии, Латвии, Литве, Польше, Германии. Бывшему политруку Сумареву удалось спасти свою жизнь, назвавшись в лагере Саковым (это была фамилия жены). За попытку побега с 20.11.1941 по 01.10.1941он находился в тюрьме г. Шауляй. «Почему вас не расстреляли?» - «Им нужны были молодые и сильные, нужны рабочие руки». Работал Николай Павлович чернорабочим на каменоломнях в Флесенбурге, в концлагерях Нюренберга, Байронда, на заводе в городе Линц. В фильтрационно-проверочном деле имеются протоколы допросов военнопленных Корчагина и Янковского, которые рассказывают, что прадед призывал «сохранять спокойствие и бодрость к сопротивлению к немцам», рассказывал товарищам об Отечественной войне 1812 года, проводил по баракам агитацию – меньше работать. В знаменательные даты наши военнопленные устраивали забастовки, так, в день смерти Ленина 21 января 1944 года провели 5-минутную забастовку, за что были сильно избиты. Освобождены военнопленные были американскими союзниками 5 мая 1945 года, 25 мая переданы Красной армии. Николай Павлович оказался в 306-м транзитном фильтрационном лагере под Веной, где прошел проверку СМЕРШем, задачей которого было отфильтровать людей, которые себя скомпрометировали. 25 августа 1945 года прадед был направлен в г. Верхний Волочек Калининской области и 18 декабря получил приказ о демобилизации со всеми правами гражданина СССР. В его дневнике я читаю: «Понедельник 18. 12. 1945 года. Сегодня зачитывали списки отъезжающих по демобилизации домой. Только что пришел из города. На пороге меня встречает мой товарищ Филипп Иванович Святенко. – Ты едешь домой. Иди заполни адрес. Я ему не верю. Он матом убеждает меня в действительности. Ура! Рад до бесконечности. Сердце норовит выскочить из груди. Схватил хохла, расцеловал его и побежал наверх. Всю ночь не спал…я еду домой к жене, к сыну, к матери, друзьям, которых не видел около 6 лет».
III. Дневник несломленного человека
3.1. Дневник как исторический источник
Итак, я держу в руках дневник своего прадеда Николая Павловича Сумарева. Это толстая тетрадь нестандартного объема размером 29х14,5 см в твердой темно-зеленой обложке, предположительно, австрийского производства. О его «происхождении» свидетельствуют отличное качество бумаги, немецкие буквы справа (как в алфавитной книге) и объемный знак (вероятно, фирма издательства) на обложке тетради. «Сумарева Льва Николаевича» - эту запись на первой странице сделал мой дед. Читать дневник было сложно, текст, написанный карандашом, во многих местах обведен чернилами, кое-где не прочитывался от ветхости, где-то был непонятен почерк. Но мною двигало любопытство: ведь этот дневник побывал в немецком плену! И я продолжал разбирать текст. «Н. П. Сумарев» - написано сверху на первой странице, а ниже – название дневника, которое я взял в качестве названия своей работы – «Отпечаток времени». В скобках помечено: а их три. Вероятно, у меня в руках последний, третий дневник, так как он не закончен. Свои стихи после войны прадед больше не писал, только переписывал стихи классиков, мудрые мысли известных людей, выдержки из литературных произведений. Последние записи датированы 1946 годом, вероятно, на дневник не оставалось времени: работа, маленький сын, который 5 с лишним лет рос без отца, рождение второго ребенка в 1948 году...
Меня волновал вопрос: как Николай Павлович умудрился в плену вести дневник, в котором написаны стихи, прославлявшие Сталина и Красную Армию? Проверил по датам и увидел, что хронология нарушена: сначала идут стихи, написанные в 1943 году, затем – в 1945, 1944 и вновь в 1943. Значит, записи производились, позднее, возможно, во время нахождения в фильтрационном лагере. А до этого стихи или заучивались наизусть или записывались на отдельных листах. Записи сделаны чернилами разных цветов, некоторые – сделаны карандашом и обведены позднее, другие так и остались в карандаше.
Содержание дневника я разделил на 2 части: первая – автобиографические стихи прадедушки, вторая – все остальные записи, по которым можно сделать вывод о том, каким человек он был. Тематика стихов Николая Павловича различна:
1. Патриотической направленности («Слава Сталину», «Восточный ветер», «Песнь свободы», «Воля русская» и т. д.) – 10 стихов. По объему все они не маленькие, из 10 и более строф, а одно из них – на 6 страницах, целая поэма.
2. Тема заточения, концлагеря, несвободы – 7 стихов.
3. Тема семьи, дома «К жене», «Сыну моему посвящается» – 9
4. Любовь и девушки («Подруга боевая», «Птенчики») - 4
5. Разное («Весна», «В бане») - 6
С 1945 года Николай Павлович указывает не только дату написания стихотворения, но и место. Например: «20.12.1945 год В. Волчек» Именно там он получил известие о демобилизации. А стихи, датированные 1944-45 годами, написаны в Австрии. До этого никаких географических названий не встречается. Единственное упоминание имени собственного – «Ковели» в стихотворении «Одиночество», написанном в августе 1944 г:
Устал я жить в тоске и горе, душа полна тревог и битв.
Как хорошо на поле боя, гордясь, головушку сложить.
За дело, правду и Отчизну дерутся братья на полях,
А я вот здесь, как пес, погибну и прах мой бросят в Ковелях.
В Интернете я нашел информацию, что Ковель – концлагерь "Штандк" № 000 на Украине, Волынская обл., в котором лишь с 1941 по 1942 год замучено 12 тысяч человек (сайт http://kovelyaka. ru/ukr/history/istoriya_zag/index. html). Операция по освобождению Ковелей продолжалась с марта по июль 1944 года, за это время немцы вполне успели вывезти военнопленных из Украины.
Качество стихов не очень высокое: иногда строчки не рифмуются, не всегда удачные сравнения, да и в написании слов встречаются ошибки – но главное, что я смог почувствовать дыхание времени, словно прожил вместе с прадедом непростые те времена. Меня поразило то, что человек, много месяцев проведший в плену, оказался стойкий духом, продолжал твердо верить в справедливость советского строя, гений Сталина и непобедимость Красной Армии, в то, что он обязательно вернется домой. Эта вера придавала Николаю Павловичу силы.
3.2. Судьба человека в его стихах
Итак, в 1943 году П. находился в военном плену. Николай Павлович пишет, что оказался в плену, как и многие тогда: «Будучи ранен на поле сражения полуживым в плен фашистский попал». Пленение длилось не один год: «Годы летят, /как вода течет,/ а жизни все еще не видно./Тоска и горе в сердце бьет: /как жить в чужой стране обидно!»
Главное, что тревожит пленника, это невозможность быть полезным стране и армии, он завидует тем, кто может «гордо голову склонить на поле брани».
Я оторван от внешнего мира,
Я без пользы влачусь на земле
Только вера в победу и правду
Вдохновляет все силы во мне.
Назвать работу «дневник несломленного человека» я решил после того, как прочитал стихотворение, посвященное товарищу прадеда – Анатолию Ивановичу Иванову, который не выдержал тяжести заточения и перестал бороться за жизнь:
Помню тебя я всегда как живого:/ голос твой ровный, медленный жест.
Ты говорил о любви, о просторах – /сам же наложил на все это крест.
Ты не дожил, мой друг, до свободы, /не дожил ты до радостных дней,
Обнявшись когда, горячей слезою /смыли бы тяжкую плена тень.
О нахождении в плену прадед пишет скупо, лишь в одном стихотворении («Не раз я горько плакал») мы читаем откровения о тяготах плена.
В концлагерях и тюрьмах, в Германии страдал
В лишениях и муках полжизни потерял.
Побои, холод, голод пришлося пережить
Под пулями, штыками на каторгу ходить
Холодною водою студили, мама, нас
Под дулами над… стояли целый час.
Так много нас замерзли холодною водой,
Полуживых палили в печи огневой.
Тем не менее, поражает тот факт, что подавляющее количество стихов 1943 года – не о пленении, а стихи, прославляющие советский строй, Сталина, нашу армию. Я считаю, что это свидетельствует о глубокой патриотичности этого человека и силе духа! Из стихотворения «Слава Сталину!» 1943 год:
На победу в бою, на победу в труде / Сталин – маршал нам путь открывает
Наша Сталину слава тебе / И отцом тебя всяк называет!
Николай Павлович искренне считает, что советский строй – самый справедливый на земле. Из стихотворения «На Восток» март 1943:
Иная жизнь, другая воля./ И воздух дышится легко
Народа русского счастлива доля, /что он живет так хорошо.
Восточный ветер сеет семя, /народа Запада к борьбе зовет:
Отбросит тягостное бремя,/ по новому руслу здесь жизнь потечет.
Секрет непобедимости нашей армии прадед видит в «Воле русской» (1943):
Еще история не знала/ такой технической войны
Земля под тяжестью дрожала,/ солдаты бились, словно львы...
.... И в год войны, когда противник/ стремился вклиниться в Москву,
Ему навстречу Воля встала,/чтоб грудью защитить страну.
И здесь победа русских стала,/ Россия снова сил полна,
Еще история не знала, / чтоб воля русских сломлена была.
Эти слова можно отнести и в адрес человека, который в плену думает не о себе и своей жизни, а рассуждает о «вольном восточном ветре», «русской воле» и «отце народов». Поразила меня поэма, которую я назвал «философской» (1945 г.), повествующая о судьбе Германии и посвященная сравнению двух социально-политических систем:
«Писал о ней Гете,/ писал о ней Шиллер/ и Генриха Гейне о ней я читал.
И вот, наконец,/ по велению рока/ своими глазами ее увидал…» Далее идут размышления о родине Баха, Бетховена, Бизе – прадед, как человек образованный, с уважением отзывается о культурном наследии Германии: но на улицах Кельна, в палатах Берлина, в замках старинных - «гремучие змеи, спруты, осьминоги», которые протягивают свои щупальца, налитые ядом, к Европе. Автор не объединяет понятия «фашисты» и «немецкий народ»: «Здесь черная свастика,/ миром проклятая,/ соки и кровь из народа сосет, /здесь голод царит и нужда непроглядная,/ здесь стонет от гнета фашизма народ» и далее: «здесь кости трещат под ногою у фюрера / и людям нет силы свободой дышать». Затем идет сравнение фашистской Германии с нашей Родиной, СССР.
О, Родина! Скатерть, бриллиантами тканая/ Прекрасный, свободный Советский Союз!
Когда же настанет пора долгожданная/ И скоро ль я снова к тебе возвращусь.
О, степь Казахстана! Кавказа вершины,/ Урала, Алтая, Памира хребты,
Долины Поволжья, сады Украины/ И чудные Крыма курорты, цветы!
Какая гордость за нашу страну звучит в этих словах! Трудно представить, что принадлежат они человеку, более трех лет находящемуся в плену.
Другая тема, которой посвящено много стихов прадеда, это тема семьи, родного дома. Своего сына, Лёвушку, прадедушка видел только в младенческом возрасте, но тот часто снится плененному отцу. «Сон» (1943):
....Бежит, спешит, торопится и прямо к ней.
А щечки разрумянились – малиновки красней.
Смотрю и не нарадуюсь: какой большой!
Как трудно довелось воспитывать одной.
Доволен тем, что свиделся я с Львом своим.
А сон как дым развеялся, опять я стал один.
«Сыну моему посвящается» (1943)
Ты одинок, мой сын любимый,/ не видя папу своего,
Но ты согрет заботливой Отчизной, /чье сердце горячее моего.
Так будь здоров, мой милый Лева./ Расти на радость Родине и мне.
Настанет время – и вернусь я снова, /я снова буду при тебе.
После падения Берлина меняется и характер стихов Николая Павловича. Они жизнерадостные, наполненные ожиданиями встречи с семьей, мирной жизни и работы: «Возвращение» (июнь 1945 года, Австрия)
Это ты нас звала на большую войну,/ чтоб снова увидеть родную жнитву,
Чтоб снова стоять у станка, у руля,/ чтоб вспахивать трактором наши поля.
Так здравствуй страна дорогая моя./ Мы снова вернулись на наши поля.
Садимся за трактор, беремся за руль. /Да здравствуй свободный и радостный труд!
Появляются и смешные «зарисовки», например, о случае, когда солдаты возвращались из бани, и один из них в темноте упал : «В бане» (В. Волочёк 29.10.1945)
- Что с тобой, Иван Иваныч? Почему ты грязный стал?
- Я из бани. Больше ночью я бы мыться не желал.
Интересное замечание о девушках:
«Много я видел кичливых /немецких фрейлин в узкополых манто,
Но убедился, что лучше советских девушек/ в мире не знает никто».
Летом – осенью появляется сразу несколько стихотворений, посвященных фронтовым подругам: «Девушка в солдатских сапогах» (05.07.1945) и «Подруга боевая» (20.12.1945)
С винтовкой – подругой по бою/ навстречу ты смерти пошла,
Ни отдыха, сна, ни покоя не знала,/ но шла все и шла.
Дошла ты до стен Кенигсберга/ со знаменем славы в руках,
Фашистское племя померкло,/ а имя твое на устах.
Вероятно, это стихотворение было написано уже по дороге домой. Николай Павлович счастлив. Понимал ли он, что бывшего военнопленного ожидала непростая доля?
3.3. Жить! Полной грудью жить!
Освобожденный из плена бывший политрук Сумарев вернулся на родной завод в должности инспектора по соцсоревнованию и стахановским методов труда (!) с испытательным сроком, но в 1949 году с этой должности был переведен в помощники литейщика, затем – в бригадиры обработочного отдела. Почему бывшего военнопленного назначили на должность инспектора по соцсоревнованию? Предположу, потому что прадед - бывший партработник с безупречной репутацией, потому что прошел проверку СМЕРШем, потому что на заводе Николая Павловича знали и за него поручились товарищи (имеются справки-рекомендации, см. приложение). Однако характеристики с места работы ежегодно за подписью директора отправлялись в «органы».
В 1946 году Николай Павлович еще продолжает вести дневник. Его волнуют несколько тем: любимый сын, тема справедливости, смысла жизни:
«Совсем недавно я не чаял / с тобою встретится, мой сын
А нынче за столом, за чаем, я говорю: / «Мой сын, ты не один, ты не один!»
Будучи человеком честным и порядочным, Николай Павлович несколько раз пишет стихи о взяточниках и мздоимцах, вероятно, эти случаи имели место на Кольчугинском заводе МЦМ в послевоенное время. «Уличенный мздоимец»:
Одиннадцать рублей и 33 копейки – /Вот месячный оклад Степана Фомича
На что же к Рождеству он шьет жене шубейку/ А к Пасхе делает четыре кулича?
«Поборнику взяток»:
Патриотом слывешь ты, надменный/ Но Отчизну ты хвалишь, губя
О, с каким аппетитом, презренный,/ По зубам бы я съездил тебе!
Статус бывшего военнопленного сказался на отношении общества к прадеду. Всю жизнь душа его болела по одной причине: «Не увидит взор мой та страна, / в которой я рожден, /терпеть мученья без вины / навек я осужден».
Все меньше в его стихах жизнерадостности, да и стихов собственного сочинения все меньше: «Уходят дни за днями на ряд пустых забот… редеет круг друзей… и так вся жизнь пройдет, как тысяча других, едва оконченных и в тот же миг забытых».
Мне показалось, что прадед чувствовал приближающуюся смерть, хоть и был относительно молодым человеком: «Жить! Полной жизнью жить!/ Пусть завтра оборвется /последняя строчка в груди моей больной!»
И – как лозунг, команда самому себе: «Вперед!»
Вперед! Забудь свои страданья, / не отступай перед грозой
Борись за дальнее сиянье / зари, блеснувшей в тьме ночной...
...Пускай клеймят тебя презреньем,/ пускай бессмысленный укор
В тебя бросает с озлобленьем / толпы поспешный приговор...
...Буди уснувших в мгле глубокой / уставшим руку подавай
И слово истины высокой / в толпу, как луч живой, бросай!
Из сведений, полученных в отделе ЗАГС, я выяснил, что закончил свою трудовую деятельность Николай Павлович бригадиром цеха №1 (в трудовой книжке этой записи нет), причина смерти – острая сердечная недостаточность. Сердце его остановилось 7 марта 1953 года - через два дня после смерти Сталина. Бабушка говорит, что он всю жизнь был «сталинистом», свято верил в гений этого человека и не смог перенести его смерть. Несмотря на то, что прадед действительно почитал Сталина – даже сыну завещал собрание сочинений вождя с собственноручными пометками на полях, подкосила этого человека война и тяжелое бремя военнопленного. Ему было всего 39 лет.
3.3. Заметки на полях
Но не менее интересными, чем автобиографические стихи, являются для меня и прочие записи в дневнике – крылатые фразы, мысли мудрых людей, пометки на полях, которые могут немало рассказать о человеке: что читает, какие фразы выписывает. Первый вывод, который напрашивается: прадедушка был очень начитанным человеком! По рассказам моей бабушки, Сумаревой Веры Ивановны, в доме прадедушки была огромная библиотека, которая всегда пополнялась, несмотря на сопротивление прабабушки, так как на книги уходила немалая часть семейного бюджета. Судите сами: в дневнике цитаты А. Пушкина, Н. Чернышевского, А. Герцена, В. Шекспира, Н. Добролюбова, Данте, Гоббса, Стендаля. И я думаю, написаны они по памяти, потому что по хронологии относятся к 1943-45 годам. Интересна рубрика «Для любопытства». В ней, например, записано: «Николай Коперник – основатель истинной системы солнечного мира. Шоколад привезен в Европу в 1520 году испанцами из Мексики. Христофор Колумб из Генуи нашел в 1492 году четвертую часть мира, названную по имени Америго Веспуччи». На одной из страниц имеются даже химические формулы солей и кислот.
Среди записей 1946 года – полюбившиеся стихи и отрывки из прозаических произведений: «Анна Снегина» и «Гой ты, Русь!» С. Есенина, из «Фауста» Гёте, Л. Толстого «Война и мир» и другие. Крылатые фразы и мысли мудрых людей: «Я предпочитаю быть головой мухи, чем хвостом льва», «Всякий дом, в котором происходят несогласия, погибнет», «Путь свободного обмена мнений – единственный, который может привести к открытию истины».
А вот последние записи совсем не свойственны Николаю Павловичу, который всегда был патриотом своей страны. «Без названья» Мамин-Сибиряк: «Тощее поле, тощая лошадь, тощий мужик – одним словом, тощая Русь, какая существовала еще при московских царях. И вместе вы чувствуете страшную силу вот именно в этом убожестве». Что это – понравившаяся цитата или начавшаяся переоценка ценностей? И еще одно, на этот раз свое высказывание о Родине: «Родина и свобода – нечто вроде моего плаща, который мне полезен, который, я, конечно, должен купить, если я не получил его в наследство от моего отца. Если Родина и свобода не нужны мне, если они для меня то же, что плащ в августе, то к чему покупать их, причем такой чудовищной ценой? О какой чудовищной цене говорит Николай Павлович незадолго до смерти? Может быть, о той, что он так и остался изгоем в обществе или о той, которую заплатили мы во время Великой Отечественной войны, потеряв миллионы людей не только на полях сражений, особенно в первые месяцы войны, но и невинных жертв в лагерях. Вернемся к началу дневника. Слева, на корке, я читаю:
1. «Александр Иванов, пулеметчик, старшина. Погиб. 1-120 на мосту отбил атаку. Сказал: «Друг, жарко было, а устоял»
2. Кондратьев Александр Сергеевич, ст. политрук. 3 года водил батальоны в атаку. Погиб. 34 раны, 18 пуль в живот …
3. Дмитриев – лейтенант – танкист. Погиб. Храбрый, резвый, молодой.
4. Хейфец – замполит. Еврей. Честный. Храбрый. Умер.
5. Волков Петр Иванович – политрук. За … кампанию получил Орден Красного Знамени. Средний рост. С твердым характером. Погиб.
Кто эти люди? Записи на полях словно зарисовки, чтоб запомнить этих людей: честных, храбрых, молодых, с твердым характером.
IV. Заключение
Итак, дневник прочитан. Какую жизнь прожил мой прадедушка? Недлинную, нелегкую: много испытаний выпало на его долю. Он был одним из миллионов, кому довелось жить в то непростое время. Значительный период нашей послевоенной истории для миллионов бывших пленных, а также проживавших на временно оккупированной территории, был омрачен репрессиями, ссылками, несвободой выбора места жительства, недоверием и ограничениями при приеме на работу. Но я уверен: несмотря ни на что, мой прадед всю жизнь оставался человеком чести. Сохранить, находясь в плену, здравый рассудок, силу воли и любовь к Родине – не меньший подвиг, чем воевать на полях сражений. Я горжусь своим прадедом. Жаль, что не дожил Николай Павлович до объявления его реабилитации, возможно, оно продлило бы жизнь этого человека.
Работа над биографией Николая Павловича Сумарева сплотила всю нашу семью, о своем удивительном прадеде я рассказал на школьной краеведческой конференции. И теперь мой долг – добиться записи имени Николая Павловича в Книге памяти в военном комиссариате по Кольчугинскому району среди имен других земляков – кольчугинцев, участников Великой Отечественной войны. Дело в том, что в архивной справке ГУВО «ГАВО» говорится о том, что Сумарев Николай Павлович был призван в Красную Армию 1 января 1940 года Кольчугинским райвоенкоматом, но по учетным данным офицерского и рядового состава участников Великой Отечественной войны он в военном комиссариате Кольчугинского района не значится. Внесение имени Николая Павловича в Книгу памяти было бы справедливым решением и значимым для меня, особенно в канун 65-летия Победы.
А закончить работу я хочу словами из дневника Николая Павловича Сумарева: «Все будет хорошо – Россия будет великой».
Библиография
1. «Кольчугино на рубеже веков» В. Княжевский г. Кольчугино 2001
2. «Наши корни» В. Ребров Кольчугино, 1994 г.
3. «История Владимирского края» под ред. Д. И. Копылова Владимир, 2004 г.
4. Я помню. Герои Великой Отечественной войны. Участники Вов. Книга памяти, М. 2006 г.
5. Школьная энциклопедия «Новейшая история. ХХ век». – М.: Олма-Пресс Образование, 2003
6. http://kovelyaka. ru/ukr/history/istoriya_zag/index. html).
7. (http://kovelyaka. ru/ukr/history/vijna/index. html)
8. http://wikipedia. org
П р и л о ж е н и е
Основные порталы (построено редакторами)