Художественная рецепция «Старшей Эдды» в творчестве
К. Д. Бальмонта и В. Я. Брюсова (краткая характеристика)
А., факультет гуманитарных наук, магистрант 2 курса
(Научн. рук. – докт. филол. наук, профессор О. Л.Мощанская;
канд. филолог. наук, доцент А.)
Рецепция – (от лат. receptio «принятие») – это восприятие деятелями культуры одной страны художественного наследия другой, его преобразование и переосмысление. Рецепция всегда подразумевает диалог. Ее изучение позволяет понять и углубить представление о культуре разных стран, понять участников диалога.
Мы поставили цель проанализировать художественное восприятие скандинавского эпоса «Старшая Эдда» поэтами-символистами К. Д. Бальмонтом (1867-1942) и В. Я. Брюсовым (1873-1924). Сопоставление проводится на примере разделов «Скандинавия» в цикле Бальмонта «Зовы древности. Гимны, песни, замыслы древних» (1908г) и Брюсова «Сны человечества» (1909-1913гг). Из поставленной цели вытекает комплекс задач исследования:
1. Выявить эстетические причины интереса поэтов-символистов к скандинавскому эпическому наследию;
2. Проанализировать восприятие песен «Старшей Эдды» в России в период Серебряного века в русле символистской эстетики;
3. Сопоставить рецепцию эддических песен К. Д. Бальмонтом и В. Я. Брюсовым.
В русском символизме существовали две тенденции. Первая была обозначена Д. С. Мережковским (1866-1941) в 1893 году в лекции «О причинах упадка и новых течениях в современной литературе». Автор декларирует мысль об упадке современного искусства, о необходимости обогатить его духовностью прошлых эпох. Он утверждает, что искусство основывается на вечном религиозном мистическом чувстве. Мережковский – сторонник идеалистической философии. Он считает, что возродить искусство может только устремление к трансцендентальному, называет и три главных элемента нового искусства: мистическое содержание, символы и расширение художественно впечатлительности. Последователем этого направления становится К. Д. Бальмонт.
К началу XX века во главе символистов становится В. Я. Брюсов. Его эстетические взгляды основывались на философии Канта и Шопенгауэра. Разделяя мысль о крушении позитивистской философии, он ставит во главу угла нового искусства личность художника. Свою эстетическую программу он обнародовал в 1904 году в статье «Ключи тайн», которая была опубликована в символистском журнале «Весы».
Философские и эстетические взгляды поэтов быстро обрели художественное воплощение. В 1908 году Бальмонт публикует сборник переводов «Зовы древности. Гимны, песни, замыслы древних». Сборник имеет подзаголовок, очевидно, позже подсказавший Брюсову структуру «Снов человечества»: «Египет – Мексика – Майя – Перу – Халдея – Ассирия – Индия – Иран – Китай – Япония – Скандинавия – Эллада – Бретань» [7]. Во вступительной статье «Костры мирового слова» Бальмонт объясняет цель сборника: он давно сроднился с замыслами древних космогоний» и хочет услышать «подземные голоса и зовы времен отошедших» [7]. Переосмысляя мифы, Бальмонт пытается найти ответы на онтологические вопросы, поэтизируя архаику в символистском ключе. «Мистическая тоска о Боге» в том же году обрела более четкую художественную форму в книге «Вертоград. Слова поцелуйные» [7].
В раздел «Скандинавия» входят четыре стихотворения: «Речи Высокого», «Советы Брюнхильды», «Слово о рунах» и «Песнь Гаральда Смелого (норвежская баллада)» [3]. Литературные истоки легко узнаваемы. «Речи Высокого» - это перевод избранных строф одноименной эддической песни, которая в оригинале носит название «Hávamál». «Советы Брюнхильды» и «Слово о рунах» восходят к «Речам Сигрдривы» («Sigrdrífumál») той же «Старшей Эдды».
«Сны человечества» (1913 год) задумывались как «хрестоматия всемирной поэзии, которая могла бы русского читателя познакомить со всеми формами лирической поэзии» [1, с. 460]. История развития художественной формы – объект пристального внимания автора. Подобный поэтический эксперимент требует не только знания истории литературного процесса, но и способности к перевоплощению. Брюсов стремится «перенять самую манеру поэтов» [1, с. 459], воссоздать своеобразие определенной художественной формы средствами русского языка.
В своем цикле он сужает задачу, отказываясь от мистической восторженности своего единомышленника, и отдает предпочтение совершенству поэтической техники.
В раздел «Скандинавия» входит только одно стихотворение, названное «Пророчество о гибели азов». Оно датируется по первой публикации 1916 годом. Впервые напечатано в альманахе «Гюлистан», кн. 1, М., 1916г. [1, с. 472], и имеет подзаголовок «Из скандинавской саги». Это вольный перевод эддической песни «Прорицание вельвы» («Völuspá»).
Поэтов объединяет обращение к образам скандинавской мифологии, овеянное романтической эстетизацией прошлого. Однако восприятие эддического наследия обусловлено различиями в понимании эстетических установок в русле одного литературного направления.
Бальмонт соединяет идеализацию прошлого с представлением о художественном слове, хранящем древнюю мудрость, «зовы времен отошедших». Этот принцип лежит в основе выбора песен для перевода. Поэт стремится сохранить для потомков жизненную мудрость скандинавов и их отношение к слову. Он выбирает две эддические песни: «Речи Высокого» и «Речи Сигрдривы». Первая – это советы бога-аса, вторая – это рассказ валькирии о волшебных свойствах рун.
Первая строфа передает содержание 42 строфы подлинника, рассказывающей о верности в дружбе. Вторая строфа продолжает тему дружбы, передавая мысль 52 строфы: часто и маленький подарок помогает нам обрести друга. Следующая строфа рассказывает о том, как человек познается в речах: тема слова получит развитие в «Слове о рунах». Пятая строфа в яркой афористической форме говорит о пользе для человека огня и солнечного света, а также жизни без порока – всего, что является залогом телесного и душевного здоровья [3]. Последние строфы повествуют о бренности человеческого бытия и о том, что добрая слава среди людей бессмертна, доносят до нас ключевые идеи скандинавской культуры [3].
«Советы Брюнхильды» и «Слово о рунах» восходят к одному и тому же эпическому сюжету о валькирии Брюнхильде, которая учит мудрости воина Сигурда. Советы близки по смыслу поучениям Высокого в «Hávamál». Воинственная дева советует ему всегда держать свое слово, избегать разговоров с глупцами, не вступать в ссоры на пиру, не соблазнять девушек и замужних женщин, быть стойким в честном бою с достойным противником, остерегаться зла [3]. Она рассказывает ему о рунах, знаках древнескандинавского алфавита, которым приписывалась сакральная сила [3]. Слово «руна» здесь используется и в значении «заклятье», «универсальная словесная мудрость»: «руны победы», «руны речи», руны прибоя», «руны мысли», «целебные руны», «повивальные руны» и т. п.
«Песнь Гаральда Смелого» - это переведенная близко к тексту народная норвежская баллада о конунге Гаральде, посватавшемся к дочери русского князя Ярослава Мудрого Елизавете. Она была переведена еще Батюшковым в XIX веке [5], и позже – А. К. Толстым [4]. Оба перевода выдержаны в русле романтической эстетики с проникновенным и лиричным описанием чувства, экзотическим колоритом далеких земель. Плывя вокруг «Сицилийских берегов», Гаральд перечисляет земли, завоеванные им, рассказывает о своей доблести и ратных подвигах. Однако этого оказалось мало, чтобы покорить сердце гордой Эллисив, дочери «конунга Ярицлейва» из далекой Гардарикии. «Песнь» поэта-символиста следует давней литературной традиции, с добавлением характерных для его стиля авторских неологизмов: «чело тученосное», «даль шумит многотравно», «при пламенях первых рассвета» [3]. Фольклорную традицию вносит рефрен «Но Русская дева отвергла меня». Упоминаются реальные исторические факты: «Я бился в Дронтгейме с рядами врагов» [3]. Скандинавские реалии служат фоном для создания атмосферы героического прошлого.
Таким образом, Бальмонта привлекает древность, как славян, так и скандинавов; житейская мудрость, накопленная ими, их отношение к слову. Риторические фигуры древнеисландской поэзии он переосмысляет как символы старины, несущие осколки мудрости древних. Он склонен к романтическому переосмыслению отечественной истории, идеализации исторических личностей. Гаральд Суровый изображен им не только как предводитель дружины наемников, служивших Ярославу, но и влюбленный, безутешно страдающий от жестокосердия любимой.
«Пророчество о гибели азов» В. Я. Брюсова представляет собой краткое и достаточно вольное подражание эддической песне «Völuspá», насыщенное фольклорными стилизациями. Троекратные повторы отсылают к жанру плача: «Один! Один! Один! Горе! Горе! Горе!» [1, c. 342]. Лирическое «я» автора искусно прячется за образом вельвы, пророчицы: «Я пою про ужас, я пою про горе, я пою, что будет в роковые годы» [1, c. 342]. Канва искусно сплетенных мифологических образов рисует мироощущение русской интеллигенции рубежа веков. Образы хтонических чудовищ, разрушающих мир, являются символическим отражением современной поэту исторической обстановки. При этом их четкость, яркость и рельефность не меркнут, несмотря на огромный временной промежуток, отделяющий «Völuspá» от начала XX века. Брюсов, читая «Прорицание вёльвы», с присущим ему символическим способом мышления вполне мог увидеть за революционным буйством черные крылья дракона Нидхёгга, уносящего мертвых, слепой разгул хтонических сил. Все его стилизационное мастерство в этом тексте направлено на изображение сути жестокого, беспощадного времени, в которое поэту довелось жить. В этом и заключается центральная идея «Пророчества». Именно параллели с современностью придают особую красочность и остроту стихотворению, объясняют и смысл заглавия. Если эддическая песнь – это прорицание мудрой женщины, знающей историю мира, то подражание Брюсова – это пророчество грядущей гибели мира.
Таким образом, в отличие от бальмонтовской поэтизацииия вселенной, целый пласт образов, с ним связанных, оказывается неактуальным прошлого, в брюсовском тексте образы скандинавской мифологии в символической форме описывают трагичное настоящее – не поддающиеся контролю и осмыслению социальные процессы предреволюционной России.
Образность скандинавской мифологии, переосмысленная в духе народной фольклорной традиции, является богатейшим материалом для выражения идеи автора.
Список литературы
1. Собрание сочинений: В 7-ми томах / Под общ. ред. П. Г. Антокольского и др. - Т. 2. Стихотворения 1909-1917. Подготовка текстов и примеч. А. А. Козловского. - М.,«Худож. лит.»,1973.
2. Скандинавский эпос: Старшая Эдда. Младшая Эдда. Исландские саги: [сб.] / пер. с древнеисландского М. И. Стеблин-Каменского, О. А. Смирницкой.- М.: АСТ: Астрель, 2010.
3. http://az. lib. ru/b/balxmont_k_d/text_0880.shtml
4. http://www. inp. /~mishnev/Harald. htm
5. https://ru. m.wikisource. org/wiki/Песнь_Гаральда_Смелого_%28Батюшков%29
6. http://ulfdalir. narod. ru/literature/Jackson_T_4Konung/p4_marriage. htm
7. http://www. vantit. ru/narodnaja-kultura-4/564-transformatsija. html
Основные порталы (построено редакторами)