Резюме доклада Ж. В.Корминой
Мир живых и мир мёртвых: способы контактов
Одной из задач экспедиций Европейского университета 1998 года в Хвойненский район Новгородской и Сланцевский район Ленинградской области было изучение представлений о мире мёртвых и о способах контактов с ним. С этой целью фиксировались рассказы о приходящих покойниках, рассказы о снящихся покойниках и культурные практики, связанные с поминальной обрядностью.
Экспедиционные материалы свидетельствуют о том, что конфигурация способов коммуникации в указанных регионах определённо различается. Можно отметить как тенденцию различение в «организации» контактов между миром живых и миром мёртвых по принципу упорядоченности/стихийности: эти контакты строго регулируются, «вписаны» в календарь и покойники не опасны, они снятся, но не «ходят» (Сланцевский район); основная тяжесть поминных дней падает не на календарь, а отсчитывается от конкретной смерти (преобладание 40-го дня как основного поминного дня), покойники снятся только если чем-нибудь недовольны, актуальны истории о «приходящих» покойниках, которые оцениваются как крайне опасные (Хвойненский район). Итак, в одном случае – мирное сосуществование, обмен информацией, взаимные визиты в строго определенный дни, в другом – вражда, агрессия со стороны мира мёртвых и необходимость защищаться для живых.
Важно, что для выяснения особенностей структуры взаимоотношений мира мёртвых и мира живых в конкретной локальной практике необходимо учитывать как способы контактов с покойниками (через сон или в «реальности»), так и особенности поминальной обрядности, в том числе актуальность той или иной системы поминальных дней.
Обсуждение доклада.
Собравшиеся задавали конкретные вопросы по материалам. Комментарии касались некоторых материалов и их интерпретации.
Основные выводы обсуждения:
1. В описанной традиции контакт с покойником во сне является, по представлениям местных жителей, принципиально безопасным, что подтверждают как ответы на вопросы типа «Снятся ли покойники?», «Приходят ли?», так и записанные тексты. В других традициях встречаются представления, что контакт во сне небезопасен. Впрочем, в качестве некоторой потенции можно проследить представления об опасности таких снов и на исследованной территории, мотивы опасности покойника встречаются, но не было зафиксировано текстов, в которых бы они реализовались в виде рассказа о несчастии, случившемся с человеком. О многих мотивах мы можем судить лишь как-то интерпретировав имеющиеся материалы.
Представлены любопытные способы коммуникации с покойниками. Покойники не передают никаких вещей, им же передают их либо с умершим (в чужом гробу), либо подхоранивают на могиле.
2. Существуют как бы конкурирующие дискурсы в вопросе трактовки смерти, которые преподаются в школе, например. Они сосуществуют с традиционными представлениями и их безусловно нужно учитывать, так как они, в сущности, являются частью традиции. Квазинаучные объяснения, популярные среди некоторых информантов, именно квазинаучны и зачастую еще более мифологичны, чем традиционные мотивировки. Для собирателя являются одинаково интересными как тексты с традиционными мотивировками, так и тексты с квазинаучными мотивировками, так как и те и другие являются следствием традиционного способа мышления носителей традиции.
3. Существует корпус опубликованных нефольклорных снов. Известно множество сонников, публикация которых представляет собой отдельную традицию. Говорить о толковании снов как об отдельном жанре можно лишь с достаточной долей условности. Разумеется, можно говорить, что существуют культурные практики обсуждения снов, но насколько они отличаются в нашей традиции от разговоров на другие животрепещущие темы, сложно сказать. Что же касается символичности сна для восточнославянской традиции, то это как правило взаимодополняющие элементы: сон может либо сразу осознаваться как символ, либо может сначала быть построен как нарратив, причем, как нарратив при автокоммуникации, при припоминании сна, при его обсуждении, и в ходе этой культурной фильтрации он может редуцироваться. Нельзя просто говорить о снах как текстах, система их функционирования намного сложнее. Сводить традицию снотолкования к схеме сонника неправильно. Например, вещий сон в христианской традиции осознается в момент свершения того события, которому он посвящался. Существуют и более сложные механизмы снотолкования, которые встречались, в том числе, и в контексте полевых исследований. Для того чтобы получить максимально широкое представление о представлениях, связанных со сновидениями, следует задавать информантам вопросы типа: «Что вообще может сниться?», не ограничивая информанта определенными темами, как в случае, когда спрашивают, не снятся ли покойники, или не снятся ли вещие сны. С другой стороны, на вопрос «А приходят ли покойники?» могут рассказать о приходе покойника во сне. Все эти аспекты следует учитывать при опросе информантов.
Основные порталы (построено редакторами)