Воспоминания ветеранов
Особая партизанская война
 22 июля 1942 года Юрий Попов вместе со своей группой с боем пересекли линию фронта. Ноч-ная тьма хорошо укрывала партизан, и противник вел обстрел наугад. Сверкая, как ночные мотыльки, наугад летели над головой трассирующие пули. Слегка пригнувшись, партизаны быстро шли вперед. И все же без потерь не обошлось: шальная пуля сразила одного из бойцов.
Партизанский край, в который пришла группа, к тому времени насчитывал 310 сел и деревень, в которых повсеместно действовала советская власть. Здесь хорошо налаженная жизнь шла своим чередом: работали школы, колхозы, а среди партизанских отрядов шло негласное соревнование, кто больше пустит под откос немецких эшелонов.
- Я хорошо помню свой первый бой, - рассказывает Юрий Семенович. – Вместе с тремя своими товарищами я находился на чердаке дома. Случайно посмотрев в окошко, я увидел приближавшихся к нам немцев. Выбив стекло, открыл стрельбу по врагу. Винтовка с бесшумным выстрелом на время ввела противника в замешательство. Немцы никак не могли понять, почему вдруг ни с того, ни с сего падают некоторые их сослуживцы. Меня же охватил азарт. И уже не прячась, я продолжал стрелять. Мое местоположение было обнаружено, и, преодолев замешательство, немцы бросились на штурм дома. К счастью, к нам на помощь приспели остальные, и штурм был успешно отбит.
После боя ко мне, еще пребывавшему в состоянии куража, подошел старший по званию това-рищ и строго отчитал: «Я вижу, ты парень смелый, но больше подставлять голову под пули не сметь!». Еще совсем молодой и не обстрелянный, я не подумал о своей безопасности. В этом бою меня, действительно, могли убить, и лишь по счастью этого не произошло. Это внушение пошло мне на пользу.
Группу Юрия Попова включили во 2-ю бригаду под командованием Н. Г.Васильева. После того, как узнали про бесшумную винтовку Попова, он без дела не оставался. По-снайперски выбивал, в ча-стности, гитлеровскую охрану на железной дороге.
- Как-то возвращаясь с очередного задания в отряд, мы напоролись на группу карателей, - вспо-минает ветеран. - Пришлось с боем отходить. Я прикрывал отход. Бегу к спасительному леску. Вокруг рвутся мины, пули свистят над головой. И вдруг меня будто палкой по ноге сильно ударило. Бежать становилось с каждым шагом все труднее, но, собрав последние силы, я добрался до леса и скатился там в овраг. Чувствую, что не могу пошевелить ногой. На мое счастье меня увидел началь-ник нашего особого отдела, он, наскоро перевязав ногу, и помог мне доковылять до отряда.
Оказалось, что разрывная пуля прошла навылет в каких-то миллиметрах от кости... Около 25 дней Юрия партизаны, передвигаясь с места на место, носили с собой на носилках. Он сдружился с еще одним раненым. Тот очень красиво пел песню «Здравствуй, мать, прими письмо от сына». В де-ревнях старушки слушали его со слезами на глазах, в благодарность кормили двух друзей, чем могли вкуснее.
Вскоре Попов был отправлен в госпиталь в районе озера Селигер, близ города Осташково. По выздоровлении вернулся в строй и был назначен командиром спецгруппы.
В конце мая отряд в три группы был сброшен на парашютах в тыл к немцам под станцией Челово. На третье утро все три группы соединились в лесу у Мшинского болота. Однако немцы заметили высадку десанта и организовали крупную карательную группу для его уничтожения. В августе отряд был окружен, но бойцам с боем удалось прорвать кольцо. Выйдя из окружения, отряд оказался недалеко от деревни Чаща. Вместе с комиссаром и еще двумя партизанами Попов отправился на разведку к станции Новинка.
- Не доходя до станции метров триста, комиссар остановился и начал смотреть на деревню в бинокль, - вспоминает Юрий Семенович. – Смотрел долго, а потом сказал: «Видишь, за третьим домом подвода стоит?» Я начал всматриваться и увидел ее. Немного погодя к ней приблизился возница. Мы направились к нему навстречу. Поравнявшись, комиссар сказал вознице: «Ну, здравствуй, Михайлов. Узнаешь?» Тот побледнел, весь сжался и выдавил: «Узнаю». Так лицом к лицу встретились два человека, имевшие давние счеты. Оказывается, в сорок первом от действий Михайлова зависела жизнь комиссара и вверенной ему группы спортсменов-лесгафтовцев, направлявшейся на боевое задание от ленинградского штаба партизанского движения. В зимние морозы, оснащенные полной боевой выкладкой, они на лыжах уходили от преследовавшей их немецкой группы. У одного из партизан сломалась лыжа. Что делать? Рискуя всей группой, комиссар обратился к Михайлову – старосте находившейся под немцами деревни - за помощью. Михайлов лыжу дал, но выдал немцам группу. И вот в течение нескольких недель партизаны из последних сил уходили от преследовавших их врагов. Спасла их разыгравшаяся под вечер метель, в пелене которой партизаны сумели бесследно скрыться.
И теперь Михайлову не удалось уйти от возмездия: по постановлению собрания всего отряда он был приговорен к смерти….
А партизаны продолжили свой рейд по немецкому тылу: пускали эшелоны под откос, взрывали мосты и линии связи немцев. Выполнив очередную операцию, остановились в деревушке Муравеено. Там была семья цыган.
- Они нас хорошо встретили, затопили баню, - продолжает Юрий Семенович. – Тут подходит к нам цыганенок, на вид лет четырнадцати, и говорит, что в трех километрах отсюда в селе Красные Горки расположился немецкий батальон. Мальчишка обрисовал местонахождение части, его вооружение и предложил: «Там на отшибе у реки стоит немецкий магазин, а к нему ведет глубокая балка. Может, сходите туда? Я провожу». Уж больно цыганенок смышленый был, он даже знал точное время смены караульных.
Под покровом ночи несколько человек из отряда, включая и Попова, отправились к магазину. Затаившись на берегу Луги, партизаны проследили за сменой часовых. Выждав еще некоторое время, переплыли на другой берег и, бесшумно сняв охранника, поставили на его место своего. Проникнуть в магазин решили, сделав подкоп. В него пролез самый щуплый из ребят, остальные нетерпеливо интересовались снаружи:
- Ну что там?
- Да не видно ничего. Темно. Ящики какие-то.
- Время поджимает, - торопит цыганенок. – Скоро сменяться придут.
Решили вытащить ящики наружу, не проверяя, что в них. Взяв столько, сколько по силам было унести, поспешили к реке. Едва успели перебраться на другой берег, как немцы забили тревогу.
- Но гнаться за нами они не стали, видимо, побоялись. Вернувшись в деревню, мы первым де-лом пошли в баню. Для нас, давно не мывшихся, это был настоящий рай. А после баньки ожидало пиршество: в ящиках оказались шнапс и консервы!
В деревне отряд задержался на три дня, а потом вновь приступил к своим основным обязанно-стям. Вскоре разведка доложила, что в данном районе появились группы, грабящие население и назы-вающие себя партизанами. Как оказалось, этими псевдопартизанами были власовцы. Разуверившиеся в гитлеровцах, они начали уходить от них. Из штаба поступил приказ: привлекать их на свою сто-рону. И уже через некоторое время четыре их группы были приняты в отряд партизан.
- Пришлось мне однажды ходить с власовцем на задание, - рассказывает Юрий Семенович. - В ноябре сорок третьего поступила радиограмма о необходимости взять «языка». Мы решили устроить засаду на немецкую колонну между двумя населенными пунктами - Сорочкино и Большая Ящера Лужского района. Организовали три группы. Группу захвата из семнадцати человек возглавил коман-дир отряда Хоев. Их задача – установить на дороге автоколонны фугас. Прикрывать их огнем в случае чего должны были две группы по три человека в каждой. Одну из них, залегшую со стороны деревни Большая Ящера, возглавил я. Условным сигналом к началу действий был взрыв фугаса. Разместившись метрах в двухстах от дороги, мы начали ждать колонну. Вот появились сначала несколько немецких мотоциклистов, а за ними три легковые машины, шедшие на небольшом расстоянии друг от друга. Раздался взрыв фугаса, и мы открыли огонь по последней машине. Она загорелась, съехала в кювет. Из нее доносятся истошные крики немцев. И тут вдруг обнаруживаю, что молчит наш пулемет, из которого должен вести огонь бывший власовец. Где же он? Оборачиваюсь, а он, испуганный, обхватил голову руками и прижался к земле. Подползаю к нему, а он весь дрожит и в глазах у него животный страх. Я зло двинул его слегка прикладом в челюсть. Он пришел себя и, вернувшись к пулемету, открыл огонь по немцам.
Успешно выполнив задание, группа Попова без потерь вернулась в расположение отряда. Это была последняя крупная операция партизан в подходившем к концу сорок третьем году….
Людмила Шереметьева
|
Основные порталы (построено редакторами)