Солдаты неба
Этот воздушный бой Иван Андреевич Кудрявцев до сих пор видит во сне
Под нами — Эльбрус!
…Самолет-разведчик Р-5 второй воздушной армии в январе 1943 года совершал полет в районе Минеральных вод на Кавказе. Немцы спешно отступали на Таманский полуостров, и командованию постоянно требовалась свежая информация, а собирали ее, в том числе, воздушные разведчики. Р-5 был старым самолетом-бипланом, фанера да авиационная древесина. Машина неплохая в 1920-е годы, но в войну пригодная лишь для вспомогательных целей. И когда разведчиков атаковал немецкий истребитель-охотник Мессершмидт-109 Г (их еще называли «густавами»), ситуация оказалась аховой. У нашего – 240 километров в час, у немца – 650! У стрелка Ивана Кудрявцева «дегтярев» на турели, у «густава» - три пушки и два скорострельных пулемета. Так что наш пилот – капитан Чувинец, который вел самолет, исполнял в воздухе все фигуры высшего пилотажа. Горка, мертвая петля, бочка, кабрирование на пределе возможности, а проклятый немец все норовил зайти со стороны солнца и то и дело дырявил то корпус, то крылья нашего самолета. Еще бы, ведь за сбитый «русс-фанер» сразу давали Железный крест. Иван расстрелял по врагу весь магазин без всякого результата, мессер оказывался в прицеле лишь на долю секунды, да и как целиться, если свой самолет за ту же секунду три раза переворачивается в воздухе. Вот мессер задымил, но наши знают, что ничего хорошего нет, охотник просто включил форсаж, набирая высоту для очередной атаки… и не дождешься, когда у гада кончится боекомплект – у них он был в два-три раза больше, чем у наших яков и лавочкиных. Только уйдя в сплошные облака, летчики перевели дух, здесь никто не рискнет догонять, слишком велика вероятность столкнуться.
Когда израненный биплан вернулся на свой аэродром, настало время удивляться еще сильнее. В своем комбинезоне изумленный Иван Кудрявцев насчитал 20 пулевых дырок, были прострелены рукава, воротник, бока. Капитан Чувинец тоже уцелел чудом, лишь одна пуля задела его сзади, и то поцарапала. И ни одна пуля, ни один снаряд не задели ни двигатель, ни бензобак.
- После этого случая чувство страха у меня пропало навсегда, - говорит ветеран Иван Кудрявцев.
Родился будущий военлет в деревне Карпово Ржевского района Калининской области в 1924 году. Никому тогда не могло прийти в голову, что места эти станут ареной самых, пожалуй, страшных боев Великой Отечественной войны – операции «Марс». Иван закончил школу и получил аттестат за 12 дней до начала Великой Отечественной. Мечтал поступить в Севастопольское инженерное морское училище и уже получил направление в военкомате. Но война внесла свои коррективы. Сначала его в составе сборной команды из мобилизованной молодежи отправили разгружать подземные военные склады, затем направили на строительство полевого аэродрома. Уже через три недели после начала войны всех мужчин в районе в возрасте до 50 лет призвали в ряды Красной Армии. Отправился на фронт и отец Ивана – Андрей Кудрявцев. Увы, к Кудрявцеву-старшему военная судьба оказалась суровой. Он погиб уже в августе 1941 года, во время обстрела мина попала прямо в него. Для семьи Кудрявцевых это была не первая потеря. Андрей Кудрявцев вырос в семье, где было 16 сыновей и дочь. Первая мировая и Гражданская войны унесли жизни 12 сыновей, после Великой Отечественной в живых не осталось никого. Но обо всем этом 17-летний Иван еще не знал. В июле 41-го он и семь его одноклассников стали курсантами Серпуховской объединенной военной школы авиационных механиков и пилотов. Поскольку училище находилось недалеко от Москвы, а враг стремительно приближался к ней, то 4000 курсантов помимо военной учебы занимались борьбой с вражескими парашютистами, которых немцы многократно забрасывали в наш тыл для разведки и диверсий. Курсант Кудрявцев в ноябре получил ручной пулемет, с которым участвовал в прочесывании окрестных лесов. Вчерашние мальчишки постоянно просились на передовую, но в конце года училище перевели в Кызылорду. Учеба продолжалась, и в мае 1942 года уже сержант Иван Кудрявцев отправился на первое место службы, в город Агдам в Азербайджане. Он стал механиком высотного истребителя МиГ-3. Хотя эта авиабаза считалась тыловой, местные бандиты и диверсанты часто нападали на часовых, и число убитых военных росло не по дням, а по ночам. В конце концов, авиаполк перевели под город Вазиани, что под Тбилиси.
Невидимый фронт
Причина, почему здесь была сосредоточена большая военная группировка, была проста. Турция официально не участвовала в войне, но весьма симпатизировала Германии. Войска Закавказского военного округа в августе 1941 года оккупировали половину Ирана, южную часть которого заняли наши союзники – англичане. Иранский шах Реза Пехлеви был большим поклонником Гитлера, недаром он переименовал Персию в Страну ариев – Иран. Потенциального союзника нацистов вежливо сместили с трона, но в Иране оставалась мощная разведывательная сеть Германии. Так что тылом Закавказье было весьма относительным. А уж когда летом 42-го вермахт прорвался к Сталинграду и дошел почти до Грозного, а бои начались на большом Кавказском хребте, война пришла и сюда. В это время Иван Кудрявцев служил наблюдателем-стрелком в разведывательной эскадрилье самолетов Р-5. устаревшие машины активно использовались как транспортные, для разведки и связи.
- Зимой 1942-43 годов нам довелось хлебнуть лиха, - рассказывает ветеран. – На нашем полевом аэродроме не было ничего, кроме взлетной полосы. Спали под самолетами, завернувшись в авиационные чехлы, иногда по целой неделе нам не могли подвезти продукты. Вот всю неделю растапливаешь снег и пьешь эту воду. В воздушные бои наши бипланы, конечно, не ввязывались – скорость и вооружение не те. Старались летать рядом с облаками, чтобы было, куда спрятаться. Над Минеральными водами мы и встретили охотника-мессера…
Неподалеку от аэродрома разведчиков базировались легкие ночные бомбардировщики У-2, еще более беззащитные в бою бипланы. Но полк Евдокии Бершанской был знаменит не только тем, что летчиками, стрелками и механиками в нем были исключительно женщины. Внезапные и точные ночные бомбовые удары легких У-2 наносили врагу немалый боевой и огромный психологический урон. Летчиц Бершанской гитлеровцы называли «ночные ведьмы».
Весной немцы отступили на Кубанский плацдарм, где пытались удержаться для нового броска на Кавказ. Особо ожесточенные бои шли в воздухе, это сражение в люфтваффе потом назовут «Кубанской мясорубкой». Здесь были сосредоточены лучшие полки Геринга – «Удет», «Мёльдерс», «Зеленое сердце» («Грюнхерц»). Но и наши летчики не отставали в мастерстве, и впервые на Восточном фронте господство в воздухе перешло к советской авиации. В мае 1943 года звено разведчиков, где летал Иван Кудрявцев, прикомандировали к Приморской армии Закавказского фронта. Новое место базирования оказалось на аэродроме в Адлере, возле Сочи. Оттуда разведчики вылетали на задания и передавали собранные сведения командованию сухопутных войск.
- Сядем на фронтовом аэродроме, летчик отправляется докладывать о результатах разведки в пункт сбора донесений, - рассказывает Иван Андреевич. – А пока он на докладе, мне нужно добыть масло и бензин для обратного полета.
Активные бои здесь продолжались до лета 1944 года, когда наши войска освободили Крым. В июле этого года Приморская армия была расформирована, а авиачасть Ивана Кудрявцева вернулась на Закавказский фронт. Здесь самолеты-бипланы исправно служили для связи с войсками в Иране. 9 мая Иван Кудрявцев встретил в Тбилиси. После окончания войны он со своими сослуживцами долго занимался сугубо мирным делом – строил пансионаты и пионерские лагеря.
Затем сержант-фронтовик окончил Харьковское высшее инженерно-авиационное училище и навсегда связал свою судьбу с армией. Во время службы в Ростовской области познакомился с девушкой Тамарой, которая стала его женой. Свою первую дочь Анну молодой офицер назвал в честь погибшей во время войны своей сестры. Сестру Аню и ее тезку, племянницу Аню, гитлеровцы расстреляли, заняв деревню Карпово. Вторая дочь Ивана Андреевича получила имя Надежда, а младшая Нелля. Продолжалась жизнь и служба, Иван Кудрявцев стал заместителем командира ракетного дивизиона в Уральском военном округе и завершил службу в звании майора Советской Армии. Интересно, что его военная судьба на этом не закончилась. Министерство обороны Казахстана присвоило ему сначала звание подполковника запаса, а потом и полковника.
проживает в Таразе, и хотя скоро ему исполнится 92 года, старый солдат сохраняет хорошую физическую форму и прекрасную память. На его парадном мундире ордена Красной Звезды и Отечественной войны II степени, медали «За оборону Кавказа», «За боевые заслуги», «За победу над Германией», «За безупречную службу». Самым дорогим подарком для ветерана является самовар, подаренный ему Нурсултаном Назарбаевым. Под новый, 2015 год получил от Нурсултана открытку-поздравление с юбилеем Победы.
Вспоминая войну, солдат Победы бережно хранит единственную память об отце – письмо, написанное простым карандашом. Память о тех, кто отдал свою жизнь, сражаясь за нашу великую Родину.
Ефимов Юрий
Жамбыл-Тараз. – 2015. – 6 мая (№19). – С.7.
