Переход из Норфолка в Хьюстон
Часть Двадцать Восьмая.
Мексиканский Залив. Последние Шесть Часов
Ночью они идут как огромные плавучие города. Навигационные огни не видны в массе электрического ореола. Ореол как на картинке у ангелов над головой. Но то же ангелы, а здесь сплошные грешники и столько света им. Кошмар, для навигационной безопасности лучше бы притемнились...
Это было ночью и о круизных лайнерах. Их грешников встречать в морской пустыне нам представляется как Явление Христа Народу. Народ – это они, а мы – те, что перед народом. Мы по сравнению с ними истинные Пустынники, но это по сравнению. В принципе мы тоже не безгрешники.
И вот настало утро 5 мая. Шесть часов, чуть больше, несет хорошо. До Галвестона осталось сорок с небольшим миль по прямой, а по кривой будет их побольше. Ветер более 20 узлов, волнение более трех метров, Девятый Вал еще больше. Не могу утверждать это Девятый или Десятый, но когда попадаешь на подошву вала горизонта не видно. И ничего вокруг не видно кроме водяных гор. Волна кажется высотой до половины мачты. Зато когда взберешься на вершину вот где обзор окрестностей открывается. Только смотреть не на что, нет ничего. И не успеваешь, ведь снова проваливаешься в эту впадину.
Странно что береговая братия часто стремится к таким «бросить все и стать морским цыганом». Мой зять (или тесть? ) –не знаю это правильное название для отца моей жены? Так вот мой зять (или тесть?) уходил в Африку на шесть и более месяцев на различных судах пароходства. А я, береговая крыса, все это удивлялся по его возвращении – как это он не расскажет о романтике дальнего плавания, о чудесах заграничных. О приключениях. Только приляжет на диван после выпивки и твердит: «Мальчишки, девчонки, а дома то как хорошо!»
И вот сейчас будучи на расстоянии ста миль от моего дома мне тоже захотелось произнести то же «а дома то как хорошо».
Наш лог уже перекрутил две тысячи миль и усердно работает далее. Нас трясет, бросает, возможно по причине того, что волны приходят с большой глубины на относительное мелководье. Почему-то в этом месте меня всегда встречает такая трясучая обстановка. Лодка держится молодцом. Вот что значит Дюфур. Не уверен, что современные широкозадые плоские кормы дали бы такое качество плавания при этом коротком и крутом волнении.
Вокруг все еще пусто. Так же пусто как было в Атлантике. Там единственное зрелище, которое стоит упомянуть, это ночное фосфоресцирование воды. Не сразу поймешь что это. В воде идут быстрые следы как исчезающие светящиеся полосы.
Одна, две, много друг за другом. Красота среди темени ночи, это дельфины обгоняют лодку. Не знаю что их привлекает к нам, изменение давления воды от движения или излучения эхолота. Затем они исчезают и снова пустота. Освещение компаса не работает, учусь вести лодку по звездам. Приходит понимание как древние ими пользовались при ночных переходах. В Мексиканском Заливе тоже довольно хорошо чуствуется присутствие отсутствия всякой живности. Использую оборот «присутствие отсутствия» чтобы показать что лить отсутствие здесь присутствует. В Мексиканском Заливе на это отсутствие влияет огромная «мертвая зона» - Dead zone. Кто интересуется что это такое смотрите в Гугле, он это вам четко представит. А я лишь скажу, что это почти 8000 кв. миль залива от Миссиссиппи до берега Техаса загрязненных сбросами вод реки насыщенных удобрениями и дерьмом скота. Этот сброс отбирает растворенный кислород воды и убивает морскую живность. Вокруг водная пустыня.
В полдень вышли точно к волноломам Галвестона, отсюда уже все знакомо. Спокойно проходим по восточной части Залива Галвестон, пересекаем судоходный каналу маркера 61. Дальше виден мост у Кима. Проходим яхтенным каналом до Вотергейт Марины и швартуемся в 14:15 у своего причала. Там уже меня встречает моя надежная русская жена. Встреча почти как в первый раз много лет тому назад. Оказывается она видела нашу лодку переезжая мост, мы проходили в это время рядом.
Слегка прикрыли паруса, закрыли двери и люки. Домой, домой, домой. Хороший обед с ПЕЛЬМЕНЯМИ! Мистер Симмонс их очень любит со времен своей работы в Коми. Все. Отдых. Разговоры. Пару дней не показываться в марине. Это мысль первая, а думаете, я это выдержал?
