К нам в город иногда приезжает цирк слонов. Это индийские слоны, они красивее африканских и не столь агрессивны. Цирковые представления слонов всегда интересны. Кому довелось побывать в Тайланде и видеть чудеса дрессуры этих экзотических животных не на маленькой круглой арене, а на поле стадиона - вспоминают об этом с восторгом. Сегодня мы и расскажем о двух тайнах, связанных со слонами нашего зоопарка:
- 20 лет дружбы с бегемотом по имени Алмаз;
- живой подарок эфиопского монарха Сталину;
- длинная одиссея священного животного на Урал.
Начнем с лета 1970 года. В нашем зоопарке появился новосел. Многие еще помнят ту развалюху - деревянный павильон, напоминающий идущий ко дну Ноев ковчег, с сотнями представителей животного мира пяти континентов планеты. И вот кому-то пришло в дурную голову поселить сюда еще и слона. Точнее, слонишку 5 лет, плюшевую, еще молочного возраста. Имя ей дали Макси. Приплыла она к нам из Индии на корабле, потом ехала на поезде. Здесь, конечно, стала всеобщей любимицей. Изо всех особо выделяла свою вторую маму - ведущего научного сотрудника зоопарка Веру Арсеньевну Зацепину. И та, хотя минуло много лет, Максино детство помнит в подробностях, рассказывая, волнуется. Еще бы, все события, радостные и драматичные, развивались на ее глазах, с ее участием.
Со слоненком быстро нашли контакт, его расковали, что правилами техники безопасности для зоопарков не предусмотрено. Сотрудники пошли на риск: человек буквально ходил под ногами слона. Но Макси нрава была доброго, необыкновенно понятлива, слушалась команд. С ней гуляли, когда не было посетителей. На ноги ей надевали специальные пинетки с лечебным раствором (здоровые ноги и хобот у слона - это жизнь!). Ей устраивали банные процедуры: она позволяла себя намыливать, крепко жмурила глаза и потом, когда поливали из шланга, фыркала от удовольствия. Словом, это было уникальное животное.
Слониха быстро росла, ей пришлось спешно строить специальный вольер. По соседству поселили бегемота по кличке Алмаз, и они подружились. Макси заботливо его гладила, когда тот болел. Трубила, если его обижали. Не боялась положить хобот в его страшную пасть.
Трогательна была дружба между животными, такими, казалось бы, разными. Бегемот после гибели Макси долго искал подругу, не брал пищу. И сейчас у него одень грустные глаза. Приглядитесь, когда пойдете с детьми в зоопарк
Кто погубил слониху? Злоумышленников на месте не застали. А это на совести тех негодяев, которые не раз пытались забросить в вольер что-нибудь острое, колото-режущее. Однажды осторожная Макси все-таки серьез-но поранила ногу. Из положенных 60 лет прожила всего 25. Потеря та кой ум ной и доброй слонихи невосполнима.
В истории нашего зоопарка это был второй слон. О первом мало кто знает, поскольку то была еще и военная тайна, когда в Свердловск привезли великолепного красивого слона и поселили не где-нибудь, а в алтаре КрестоВоздвиженской церкви.
Одиссея его удивительна, она начинается с событии в одном из африканских государств, где в середине 30-х годов шла национально-освободительная война. СССР ее поддерживал силами Красного Креста. Вот тогда эфиопский монарх Хайли Силасий I решил отблагодарить Сталина. Он послал ему в подарок не просто слона, а самого любимого, единственного индийского из своего королевского стада. Кадры кинохроники запечатлели прибытие этого важного подарка в Москву, и вождь народов позволил себе лицезреть диковинное животное.
А теперь представьте осень 1941 года, положение на фронте было сложным. Наша армия отступала, терпела одно поражение за другим. На Урал спешно эвакуировали заводы, прибывали в огромном количестве люди. Из столицы уехало даже правительство. Слона тоже отправили на восток. По дороге поезд бомбили, но все обошлось. Но как слон попал в Свердловск? Из рассказа краеведа Марии Григорьевны Молчановои, а та в свою очередь узнала это от сотрудницы зоопарка Гликерии Никифоровны Садецкой, стало известно, что в эвакуационной неразберихе перепутали документы сопровождения и теплолюбивых животных вместо Ташкента выгрузили в Свердловске.
Та первая военная осень выдалась на редкость лютой. Мороз стоял 40 градусов. И важный слон, прижав уши, дрожа, пешком прошествовал несколько километров и с товарной станции железнодорожного вокзала до зоопарка. Только места ему тут не оказалось. Некуда было поместить. Тогда по соседству в бывшей церкви срочно разобрали стенку, крупное животное ввели в алтарь и снова заложили кирпичом.
Жившие по соседству дети тут же прознали про это, тайком пытались пробраться в здание. Так тот слон остался в воспоминаниях Василия Константиновича Некрасова, нашего краеведа. Дочь художницы Екатерины Владимировны Гилевой, Эмилия, ныне доктор биологических наук, вспомнила, что в алтаре тогда жил не только слон, еще азиатский бык и носорог. Их судьба тоже трагична. Подсчитано, что в годы войны в Свердловском зоопарке был страшный падеж, погибла треть животных своих, не считая прибывших из Киевского и Московского зоопарков.
А красавец слон, исхудавший донельзя, метался в холодном здании, кричал от тоски и голода. Люди думали, не дьявол ли поселился в церкви? Дело в том, что пол в алтаре был устлан не теплым деревом, а железными плитами, и слон быстро простудился. Да и здание не отапливалось. Мне довелось видеть берущие за душу кинокадры, и это еще один страшный документ военного времени.
Сталин вспомнил о своем слоне. Представьте, какой переполох это вызвало у нас в городе. Но крайнего, как водится, нашли. По одной версии, это был Егорка, божий человек, живший при церкви. Он слона любил, делился с ним последним куском хлеба. По другой, за слоном прислуживал человек с немецкой фамилией.
Так это или не так, но когда умер слон, бесследно сгинул и смотритель. Люди говорили, что отправили его к другому слону в Соловецкий лагерь особого назначения (СЛОН).
Но история на этом не закончилась. Хайли Силасий I уже в старости приезжал в Свердловск. Гостю показали многое: наши заводы, шахты, золотую руду, и никто не вспомнил о его подарке. А студенты Уральского государственного университета знают, что скелет сталинского слона сохранился, с военного времени он «живет» на кафедре зоологии.
История хоть чему-нибудь должна нас учить. Если и человек по своей прихоти заставляет жить животных в непривычных для них условиях, он как заповедь должен повторять слова Антуана де Сент-Экзюпери: «Мы в ответе за тех, кого приручили».
