Ошурковское месторождение апатитов было открыто в 1962 году. Спустя восемнадцать лет началось его освоение. Не посмотрели даже на то, что месторождение-то достаточно бедное. Просто в Сибири и на Дальнем Востоке другой базы для производства фосфорных удобрений не было И потом – рядом город, железная дорога, река, автотрасса. Дмитрий Царев, профессор, доктор геолого-минералогических наук:"Экономически очень выгодно, выгодней не придумаешь" Добычу начали открытым способом, т. е. с применением взрывных работ. Полученную руду возили за 35 километров в п. Тапхар, где уже был построен обогатительный комбинат. Совсем скоро выяснилось, что предприятие работать не может. Возникли серьезные трудности экологического характера. Ученым Бурятского научного центра пришлось сделать пятнадцать экспертиз. И все они подтвердили опасность апатитового производства. Владимир Белоголовов, в 1980-е годы сотрудник социально-экономического отдела Бурятского научного центра: "Загрязнение атмосферы в 2-3 раза, потеря нерестилищ байкальского омуля…дно водоема оказалось протекаемым…» Дело в том, что для отделения апатита от других минералов применили метод так называемой флотации. Самое страшное, что флотационные воды не очищаются и очень активны. Для их хранения приспособили естественные котлованы, дно которых выложили специальной пленкой. Но в какой-то момент, флотационных вод оказалось слишком много, песчаная насыпь не выдержала, дамбу прорвало, и отходы обогатительного комбината ушли на посевные поля учхоза «Байкал». В течение семи лет на них ничего не росло. Борис Тодорхоев, директор учхоза «Байкал»: "Если 70 гектаров пахотной земли выведены из производства, то это экологическая катастрофа» Не исключено, что другая часть вредных отходов через подземные воды попала в Селенгу, а оттуда в Байкал. По этой и другим причинам добычу и переработку апатита в те годы решили прекратить. Но 10 февраля 2007 года состоялся аукцион, где единственным лотом стало Ошурковское месторождение. Лицензию на разработку купила московская компания «Дакси ЛТД». Владимир Бахтин, руководитель территориального агентства по недропользованию по Бурятии: "Было три участника, фирма прошла экспертизу. Кто больше дал, тот и победил…» Известно, что для полноценного освоения месторождения необходимо вложить не менее 50 миллионов долларов. Известно также, что компания вместо традиционных фосфорных удобрений планирует выпускать и нетрадиционные. Для этого рядом с месторождением будет построена обогатительная фабрика. Но из столь скудной информации люди так и не узнали о том, чего им следует опасаться, и чем чревато для их здоровья такое незавидное соседство. Ольга Колбик, жительница с. Ошурково: "Мы не хотим, вдруг деревню уберут?...» Любовь Посельская, жительница с. Ошурково: "А дети как? а внуки? а правнуки?…» Виктор Алексеев, житель с. Ошурково: "От нас не зависит, как есть, так и есть…» В российском законодательстве существует презумпция экологической опасности. А это значит, что прежде, чем начать разработку месторождения ЛТД» должно доказать, что проект безопасен для окружающей среды. Сергей Шапхаев, директор общественной организации БРО по Байкалу"По той информации, что у нас есть, проект опасен…» В территориальном агентстве по недропользованию нас уверили, что без экологической экспертизы компания не имеет права приступить к разработке месторождения. По этому вопросу агентство готово даже объявить общественные слушания. Но каким способом планирует компания-победитель вести добычу апатитов, неизвестно. То, что старый, открытый метод опасен, сомнений нет. Пылевая завеса над городом, потеря нерестилища омуля, вредные отходы производства, рискующие попасть в Байкал – катастрофичны для экологии всего региона, и никакие экономические выгоды оправданием служить не могут. Татьяна Мигоцкая, Геннадий Тараскин "Вести-Бурятия. События недели". 2008 г.