Апелляционное определение

Судья

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

гр. д.7

12 июля 2017 г. Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего ,

судей , ,

при секретаре ,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи ,

дело по апелляционной жалобе представителя истца Ш. Г.В. Е. В.В. на решение Гагаринского районного суда г. Москвы от 28 октября 2016 года, которым постановлено: в удовлетворении исковых требований Ш. Г.В. к Г. А.Б., Г. С.А. об установлении факта родственных отношений, признании договора недействительным, включении квартиры в наследственную массу, истребовании имущества из чужого незаконного владения, признании права собственности на квартиру отказать.

Отменить меры по обеспечению иска в виде наложения ареста на квартиру, расположенную по адресу: *****************, принятые на основании определения Гагаринского районного суда г. Москвы от 18 августа 2015 года,

у с т а н о в и л а:

Ш. Г.В. обратились в суд с иском к Г. А.Б., Г. С.А. об установлении факта родственных отношений, признании договора недействительным, включении квартиры в наследственную массу, истребовании имущества из чужого незаконного владения, признании права собственности на квартиру.

В обоснование истец указала, что является двоюродной сестрой К. В.Н., *** года рождения, умершей ***** года, которая на момент смерти являлась собственником квартиры по адресу: *******************и приходилась ей двоюродной сестрой: они имеют общих бабушку и деда Ш. А.Ф. и А. В., их родители Ш. В.А. (отец истца) и Ш. А.А. (мать ФАМИЛИЯ) являются родными братом и сестрой. Документы, подтверждающие родственные отношения не сохранились, в архиве данные документы отсутствуют, в связи с чем, истец просит установить факт родственных отношений с наследодателем, исходя из представленных в материалы дела доказательств.

Также истец указывает, что, обратившись к нотариусу г. И. с целью принятия наследства в установленном законом порядке, узнала, что при жизни К. В.Н. 29 декабря 2012 года заключила с ответчиком Г. С. А. договор пожизненной ренты, согласно которому спорная квартира перешла в собственность Г. С.А, которая впоследствии продала спорную квартиру Г. три месяца после заключения договора ренты – 26 марта 2013 года К. В.Н. получила тяжелые телесные повреждения в результате падения с пятого этажа, 21 апреля 2013 года скончалась. Истец полагает, что в момент заключения договора ренты К. В.Н. страдала шизофренией, не была способна понимать значение своих действий и руководить ими в силу имеющихся у нее заболеваний.

Уточнив требования, истец просит суд установить факт родственных отношений с умершей, признать недействительным договор пожизненной ренты от 29 декабря 2012 года, заключенный между К. В.Н. и ответчиком Г. С.А., включить квартиру по адресу: ******************в наследственную массу после смерти К. В.Н., истребовать спорную квартиру из чужого незаконного владения Г. А.Б., признать за истцом право собственности на эту квартиру.

Истец и ее представитель в судебное заседание явились, исковые требования поддержали.

А. и ее представитель в судебное заседание явились, возражали против удовлетворения исковых требований.

Представитель ответчика Г. А.Б. в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований.

Представитель третьего лица ДГИ г. Москвы в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом.

Судом постановлено указанное выше решение, об отмене которого просит представитель истца Ш. Г.В. Е. В.В. по доводам апелляционной жалобы.

Проверив материалы дела, выслушав представителя истца Ш. Г.В. Е. В.В., ответчика Г. С.А., ее представителя М. С.И., представителя ответчика Г. А.Б. Е. О.В., обсудив вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает оснований к отмене обжалуемого решения.

Судом установлено, что 21 апреля 2013 г. умерла К. В.Н.

18 декабря 2007 года К. В.Н. составила завещание, которым все свое имущество, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, завещала Р. Н.В. (т.1 л. д.29). Данное завещание К. В.Н. не отменялось и не изменялось.

29 декабря 2012 года К. В.Н. составлено завещание, которым она все свое имущество, в том числе спорное жилое помещение, завещала Г. С.А.

29 декабря 2012 года между К. В.Н. и Г. С.А. заключен договор ренты в отношении квартиры по адресу:******************. По условиям договора получатель ренты К. В. Н. передает в собственность плательщика Г. С.А. квартиру, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде денежной суммы в размере 13 000 рублей. Квартира передается за единовременную денежную сумму 1 000 000 рублей, которую плательщик ренты полностью выплатил получателю ренты до заключения настоящего договора.

Решением Люблинского районного суда г. Москвы от ДАТА года, вступившим в законную силу 30 апреля 2015 года, признано недействительным завещание К. В.Н. в пользу Г. С.А. от 01.01.01 года, а также признано недействительным свидетельство о праве на наследство по завещанию, выданное нотариусом г. И. Г. С.А. на имущество К. В.Н.

После смерти К. В.Н. к нотариусу К. А.И. с заявлением о принятии наследства также обратилась истец Ш. Г.В. В выдаче свидетельства о праве на наследство по закону на денежные вклады ей отказано ввиду отсутствия документов, надлежаще подтверждающих родство.

Согласно выводам комиссии экспертов ФГБУ «ФМИЦПН им. » Минздрава России, изложенным в заключении от 13 сентября 2016 года К. В.Н. в юридически значимый период оформления договора ренты от 01.01.01 года страдала хроническим психическим расстройством в форме шизофрении параноидной, эпизодический тип течения, в то же время, на фоне проводимого лечения с 1991 года отмечалось улучшение и относительная стабилизация психического состояния К. В.Н., ее состояние в период 1991-2012 гг. характеризовалось наличием преимущественно неврозоподобных нарушений в виде актуальной астено-депрессивной симптоматики и сенесто-ипохондрических расстройств, связанных в том числе и с выявленным у нее в 2003 году ревматологическим заболеванием, и сопровождалось ее полноценной социальной и трудовой адаптацией, отсутствием психотических расстройств, выраженных эмоционально-волевых расстройств, нарушений мышления и критических способностей, во время заключения договора ренты 29 декабря 2012 года К. В.Н. могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался ст. ст. 264, 265 ГПК РФ, ч. 2 ст. 218, ст. 1111, 1141, 1118, 1119, 1120, 166, 167, 177 ГК РФ, дал оценку представленным по настоящему делу доказательствам и пришел к выводу, о том, что в юридически значимый период заключения договора ренты от 01.01.01 года могла понимать значение своих действий и руководить ими, а потому основания для признания этого договора недействительным отсутствуют.

Суд также учел, что на момент рассмотрения дела спорная квартира перешла в собственность г. Москвы в связи со сносом ************ в г. Москве и заключением с собственником Г. А.Б. 31 августа 2015 года договора мены жилых помещений.

Выводы суда основаны на законе, обстоятельствах дела и представленных доказательствах.

В апелляционной жалобе истец указывает на то, что имеется вступившее в законную силу решение Люблинского районного суда г. Москвы о признании недействительным завещания К. В.Н. на имя Г. С.А., составленного 29.12.2012 года, поскольку установлено, что на дату его удостоверения К. В.Н. не отдавала отчет своим действиям и не могла ими руководить. Из изложенного следует, что К. В.Н. также не могла понимать значение своих действий и руководить ими и при подписании в тот же день – 29.12.2012 г. оспариваемого договора ренты. Полагает, что заключение экспертов ФГБУ «ФМИЦПН им. », данное в рамках настоящего дела недостоверно, ходатайствовала о проведении по делу повторной экспертизы.

Оснований для проведения повторной экспертизы судебная коллегия не усмотрела.

Согласно ч. ч. 2 и 3 ст. 87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

В определении суда о назначении дополнительной или повторной экспертизы должны быть изложены мотивы несогласия суда с ранее данным заключением эксперта или экспертов.

 Между тем, в рамках данного дела не имеется двух противоречащих друг другу заключений экспертов. Ссылка на экспертное заключение, данное в рамках другого гражданского дела и по иной сделке, как основание для назначения повторной экспертизы, не основана на законе.

Проверяя доводы апелляционной жалобы о недостоверности экспертного заключения, судебная коллеги допросила эксперта ФГБУ «ФМИЦПН им. » ФИО, которая поддержала данное комиссией заключение, пояснила, что выводы основаны на медицинской документации, учтено то обстоятельство, что до заключения договора К. В.Н. осматривалась врачом-психиатром, не выявившим у нее состояния, препятствующего совершению сделки, принято во внимание, что договор ренты заключался к выгоде К. В.Н., получившей денежные средства за квартиру и впоследствии до даты своей смерти получавшей ежемесячные платежи. Пояснила, что не вправе оценивать заключение экспертов ПБ № 1 им. , данное по другому делу с позиции его обоснованности, однако настаивает на своих выводах о том, что К. В.Н. в дату заключения договора ренты понимала значение своих действий и могла ими руководить (т. 3 л. д. 66).

В соответствии с ч. 3 ст. 67 ГПК РФ право оценки достоверности, допустимости, достаточности и взаимной связи доказательств принадлежит суду.

Совокупность доказательств оцениваются судом по каждому делу самостоятельно. Экспертное заключение, данное по другому делу и по другой сделке не могло бы быть положено в основу решения по настоящему делу. Судом обоснованно назначена самостоятельная экспертиза по самостоятельной сделке и дана оценка доказательствам по правилам ст. 67 ГПК РФ применительно к этой сделке. Объем собранных доказательств суд счел достаточным для разрешения спора. Основания сомневаться в обоснованности заключения ФГБУ «ФМИЦПН им. » у суда отсутствовали.

То обстоятельство, что дом, в котором находилась спорная квартира № по адресу: ************** снесен, такой квартиры не существует исключает возможность ее включения в наследственную массу и признания права собственности на нее.

Выводы суда доводами апелляционной жалобы, направленными на иную оценку доказательств, чем приведенная судом в решении, не опровергаются.

Иных доводов апелляционная жалоба не содержит.

Нарушения норм материального или процессуального права судом при рассмотрении дела не допущено, решение законно, обоснованно и отмене не подлежит.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Гагаринского районного суда г. Москвы от 01.01.01 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя истца Ш. Г.В. Е. В.В. – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи