Моя Байкальская кругосветка (стр. 4 )

…Ровно год назад в Хибинах (Кольский п-ов), когда я проходила мимо соседнего лагеря, пожилой турист сыграл мне на гитаре песню Визбора про Хамар-Дабан. Уже тогда я давно мечтала о Байкале и восприняла это, как своего рода знак. С детства неспортивная, с ослабленным сердцем, одышкой и нарушенной координацией движений, но с безумной любовью к горам, равно как и к озёрам, я решила, что эта песня должна сбыться в моей жизни, и пусть это будет достойным завершающим аккордом в моём походном досье. Только одно не сбылось: Визбор пел про туманы и сплошные дожди, а у нас дождливым был только первый день, когда мы поднимались от Слюдянки вверх по лесной каменистой тропе, где пока ещё ничего не было видно. Потом дождь нас ловил, но не поймал; а когда мы через неделю вернулись на нашу первую стоянку, там не было воды: горная река Слюдянка частично пересохла.

Турклуб «Походник», завлекающий недорогими ценами, я нашла ещё зимой в интернете, списалась
с организатором Ксенией Зулиной из Иркутска: честно призналась, что в горах сильно отстаю от группы, и удивилась, что меня согласны взять. Однако с инструктором, Андреем Таничевым, Ксения это не обсудила. Пофигизмус вульгарис: ничего, что я по-латыни? В результате Андрей и вся группа пытались убедить меня остаться на три дня на горной метеостанции, а потом пойти с ними в радиалку на пик Черского и водопады (путь к которым и без них тут каждая собака знает) и спокойно спуститься обратно в Слюдянку. Но это поход коммерческий, где все вопросы решаются деньгами, ребята же хотели убедить меня уйти безвозмездно, признав саму себя виновной и ответственной за своё «недопустимое» участие в походе, а потом три дня плевать в потолок на Богом забытой метеостанции из любви к ближним. Интересно, что, по иронии судьбы,
я не только не помешала группе уложиться в график похода, но и была единственной, кто поднялся на два двухтысячника. Им, выносливым и спортивным, достаточно было просто посмотреть на эти вершины.
В конце похода я поблагодарила народ за то, что говорили мне жёсткую правду, не подавали руки, как
в предыдущих походах, не несли рюкзак; за то, что я шла не налегке, как иногда в Хибинах, а несла модули (продукты) наравне со всеми. Одним словом, у меня больше поводов гордиться этим походом, чем любым другим. По поводу цен: на самом деле походы в «Походнике» не дешёвые, просто менее полноценное питание. Судите сами: поход на 10 дней по Хибинам с турклубом «КП» (Клуб приключений) стоил 7000 рублей, а на 9 дней (16—24 июля) по Хамар-Дабану — 5700 (могло быть и меньше, но не добрали группу). Разница небольшая, но в Хибинах у нас были полноценные и разнообразные перекусы (изюм, курага, орехи, чернослив, цукаты, шоколадные батончики, крекеры), а тут одни конфеты (шоколадные, карамельки, сосательные), которые всем порядком надоели, а в радиалку на пик Босан мы ходили вообще без еды, хотя и надолго. В Хибины тоже как бы брали всех желающих, но при этом без дальнейших упрёков; там была рация для связи с отстающими, к которым был приставлен сопровождающий, каждый день разный, была гитара, на которой чудесно играла инструктор Ольга Кодес, и даже флейта. Справедливости ради, скажу, что Андрей Таничев — тоже очень опытный инструктор и интересный человек, и поход по Хамар-Дабану Вам обязательно понравится, если будет хорошая погода и видимость в горах, но погода там очень «склонна
к измене». Андрей говорил, что предыдущая его группа 5 дней шла в тумане. Если пойдёте с «Походником», возьмите с собой что-нибудь путное на перекус и посоветуйте это сделать всей команде, а ещё лучше — обсудите этот вопрос с Ксенией или другим организатором.

Многие туристы проходят часть нашего маршрута сами. Это не так и сложно: от вокзала в Слюдянке, перейдя через пути, нужно идти по улице вверх, потом направо, дальше вверх вдоль реки Слюдянка, которую время от времени пересекают деревянные «волонтёрские» мосты (построенные волонтёрами; до этого туристы переходили реку вброд). Тут одна каменистая лесная тропа, так что всё время идёте потихоньку вверх. Где
с правой стороны видны белые меловые горы, там, говорят, живёт 2-летний мишка, но в это время года он вроде бы не голоден; проходя мимо, я изо всех сил стучала лыжной палкой по камням, чтобы отбить у него охоту высовываться (впрочем, я не знаток медвежьей психологии). Важные вехи на подъёме — кафе и, значительно дальше, метеостанция, после которой остаётся последний, минут на 40, серпантин — и дальше до вечера крутого подъёма не будет; здесь уже видны первые вершины. Чтобы добраться сюда, нам понадобилось чуть больше суток: накануне мы приехали в Слюдянку только в час дня.

После серпантина будьте внимательны, дорога расстраивается: влево и вверх уходит тропа на пик Черского, вправо и вниз — на водопады реки Подкомарной; но нам нужно прямо и вниз, перейти через речушку и пойти по Старомонгольской дороге, мокрой и окружённой лужами даже в сухую погоду; справа от дороги шумит речка Каменка, приток Подкомарной. Примерно через полчаса по правой стороне Вы увидите Чёртово озеро (фото 4); слева от дороги, перед поворотом вокруг озера, можно разбить лагерь. Кстати, вода здесь тёплая, и вечером в ней красиво отражаются вершины окрестных гор (фото 5—6). Незаметная тропинка через кустарник к месту купания начинается чуть не доходя до озера: сверните направо со Старомонгольской дороги. В тот день, ещё возле развилки, я впервые потерялась в горах: был долгий привал после серпантина, и решила выйти раньше других, чтобы сократить своё отставание. Андрей в это время прикрыл глаза и не увидел моего ухода, а я, не заметив развилки, долго шла к пику Черского, радуясь, что меня никто не смог догнать, и удивляясь, почему наш инструктор сказал, что подъём окончен. Слава Богу, я знала, где мы должны были ночевать, а на Старомонгольскую дорогу меня вывел инструктор из стоявшего внизу лагеря волонтёров, который услышал мои крики и, когда понял, что это не шутка, вскарабкался ко мне по гребню скалы.

Утром мы покинули Чёртово озеро, чтобы вернуться сюда через 3 дня; сверху, с перевала Чёртовы ворота, оно напоминало подкову на счастье (см. предпоследнее фото выше). Нам предстоял переход 18 км в сторону пика Босан, куда без проводника попасть невозможно. В траве цвели ярко-жёлтые жаркú, или огоньки (по-научному — купальница азиатская, фото 3 выше), синий водосбор (фото 2 выше) с большими вислоухими лепестками, розовые лепестки шиповника и светло-сиреневый бадан, чьи листья наш инструктор кидал в чай, бежевые соцветия рододендрона. Кое-где в горах лежал снег (см. ниже фото 1). Часть пути шли по болотистой тундре, по мягкому мху, в котором утопали ноги; было очень неудобно. Остановились снова
у озера, на сей раз безымянного; назовём его озеро Босан (см. последнее фото выше). Наутро пошли
в радиалку на пик Босан (2275 м). По пути был крутой оползневый спуск, который проходили по одному; дошедшие вниз прятались под скалой от сыпавшихся сверху камней. Мне повезло, я слезла третьей, поэтому даже со своими черепашьими темпами успела забраться на пик Босан и, преодолев страх, по лестнице на самую вершину (фото 2 ниже); кроме меня, сюда взошёл ещё один парень из группы, остальные ограничились созерцанием пика. А к вечеру следующего дня мы тем же путём вернулись на Чёртово озеро. Наш схрон продуктов, подвешенный в пакете к дереву, украли: инструктор сказал, что в его походной практике это впервые. Там были крупы, всё самое простое; тушёнку закопали под деревом, её воры не нашли. Считается, что плохие люди в горы не ходят, но всё-таки…

Потом была радиалка на целый день: сначала по окрестным горам к подножию пика Черского (2090 м, его вершина видна слева на последнем фото выше), где мы любовались расположенным внизу, в котловине, лазурным озером Сердце (см. фото 3 выше). Народ опять удовлетворился лицезрением пика, никто, кроме меня, не хотел лезть на вершину, и мне пришлось вместе со всеми спуститься и пойти на водопады реки Подкомарная. Было воскресенье, уйма народу. На одном из водопадов, на счастье безлюдном, мы купались и загорали; вернулись по Старомонгольской дороге. Я пожалела, что не рискнула оторваться от коллектива и подняться на пик Черского; спускаться с гор, не покорив знаменитый двухтысячник, не хотелось.

Утром я сообщила инструктору, что ухожу из похода и буду спускаться в Слюдянку одна. После кражи схрона продуктов у нас было мало, и мне смогли дать в дорогу только немного конфет. Ещё Андрей выдал мне 100 рублей на еду на два дня: это была как раз восьмая часть оставшихся у него денег на наши продукты (своими кровными он, разумеется, поступаться не хотел, даже после кражи продуктов, хотя решение о схроне принимал именно он; я промолчала только потому, что была на особом положении в походе и доставляла инструктору много неудобств; но судите сами на этом примере о «дешевизне» турклуба «Походник»). В тот день меня подкармливали встречные туристы, дай Бог им здоровья. Припрятав рюкзак под ёлкой на склоне,
я пошла на пик Черского, который находится слева от озера Сердце. Погода была гораздо хуже вчерашней: небо затянуто тучами, горы покрыты дымкой; я снова пожалела о своей ошибке. Перед началом подъёма есть скальный жандарм — беспочвенный крутой каменный склон; для облегчения прохода вдоль склона натянуты верёвки. Тут я почувствовала себя почти альпинистом. Сам подъём небольшой и несложный,
а вершина представляет из себя большое плато, откуда, говорят, в хорошую погоду даже виден Байкал. Конечно, там стоит традиционный триангулятор, а на деревянном кресте текст молитвы «Отче наш». По пути с пика видела полосатого бурундучка: непоседливый, как белка, байкальский сородич Чипа и Дейла отнюдь не желал позировать и всё время убегал из кадра. Рюкзак был цел и невредим, и я поспешила вниз, срезая серпантины более крутыми прямыми спусками; в какой-то момент я решила, что заблудилась, но оказалось, что мне каким-то образом удалось в обход метеостанции выйти на тропу, по которой мы поднимались в горы. Всего в этот день я прошла вниз километров 20, не считая подъёма на пик Черского; около 11 вечера я догнала наших, стоявших лагерем возле одного из мостов на пересохшей реке Слюдянка, и утром 23 июля вместе
с ними спустилась в посёлок (о нём я уже рассказывала Вам перед началом похода). Продолжением дня стал марш-бросок в Култук, вечерняя прогулка по КБЖД в Старую Ангасолку и обратно в Култук, где я ещё днём нашла ночлег у хороших людей; но об этом я подробно рассказывала выше, в конце рассказа о Кругобайкалке.