Муниципальное образовательное учреждение
«Средняя общеобразовательная школа №74»
Реферат на тему:
«Роль Урала в создании и развитии Российского военно-морского флота».
Номинация:
«Историческое исследование, исторический реферат»
Выполнила:
Ученица 5в класса
Руководитель:
2017 год
Введение
Школа юнг ВМФ была создана в 1942 г. на основании приказа Народного комиссара ВМФ в целях подготовки кадров специалистов флота высокой квалификации (Ф.3915. Оп.1. Д.1.). За три военных года в стенах Соловецкой школы юнг было подготовлено более 4000 выпускников, триста из них были представителями Прикамья.
После войны был создан Совет ветеранов-юнг. Он занимался выяснением обстоятельств гибели юнг (Ф. 3915. Оп.1. Д.6), увековечением их памяти, участвовал в открытии мемориальных досок, памятников, создании экспозиций при музеях (Там же. Д.11). По инициативе ветеранов в профессиональном училище № 16 (г. Пермь) и в Калининской средней школе (Кунгурский район) были созданы музеи юнг (Там же. Д.3).
Большой вклад в организацию работы Пермской группы совета ветеранов-юнг внесли председатели (умер в 1989 г.) и (умер в 1997 г.).
Документы Совета были переданы в архив в 1998 г. бывшим юнгой после смерти .
На хранении находятся документы с 1942 по 1997 гг., они сгруппированы по 5 разделам:
1) документы, связанные с основанием школы юнг;
2) документальные материалы о деятельности Совета ветеранов-юнг ВМФ;
3) переписка;
4) печатные материалы о юнгах;
5) изобразительные материалы.
Приказ наркома ВМФ о создании школы юнг, выписка из протокола бюро ЦК ВЛКСМ о наборе комсомольцев в школу юнг ВМФ (маш. копии).
Справочные материалы о Соловецкой школе юнг.
Документальные материалы о деятельности совета ветеранов-юнг ВМФ, план работы Пермского совета ветеранов-юнг, списки экспонатов, переданных в музеи, тексты лекций, выступлений председателей совета ветеранов-юнг ВМФ, листовки бюро Пермской группы ветеранов-юнг.
Биографические анкеты бывших юнг, состоящих на учете в Пермском совете ветеранов-юнг ВМФ, запросы, архивные справки из центрального архива ВМФ.
Переписка с Чусовским ГК ВЛКСМ об увековечении памяти погибших юнг, с председателем Президиума совета ветеранов Соловецкой школы юнг по основным вопросам деятельности совета ветеранов, с советом ветеранов-юнг ВМФ г. Алма-Аты.
Вырезки из газет "Пермские новости", "Искра" (г. Кунгур), "Северный комсомолец" (г. Архангельск), "Автотранспортник" (г. Ульяновск), "Камские зори" (г. Добрянка), "На смену" (г. Свердловск), "Коммунист" (г. Энгельс), "Полярная звезда" (орган печати Северного флота), "Молодая гвардия", со статьями, стихами ветеранов-юнг, статьями о юнгах.
Брошюра "Юнги Прикамья", книга памяти юнг Прикамья.
Фотографии ветеранов-юнг: индивидуальные и групповые портреты; портрет начальника школы юнг. , комиссара школы юнг ; юнги, героя Советского Союза, вице-адмирала юнги, героя Советского Союза ; фотография памятника погибшим юнгам на Соловецком острове. Мотовилиха, ведущая свою историю с середины XVIII века.
Пушечный завод в Перми
В 1736 году по предписанию «Ее Императорского Величества Анны Иоанновны» на реке Мотовилиха в Уральском горном округе был заложен медеплавильный завод.
Позднее рядом появились еще два завода – сталепушечный и чугунно-пушечный. Спустя 140 лет они были объединены в одно предприятие – «Пермские пушечные заводы», где уже в 1876 году была запущена пНа Урале и в Сибири издавна расположены ключевые центры металлургии и металлообработки в России. Один из таких – Мотовилихинские заводы, расположенные в Перми, знаменитая ервая на Урале мартеновская печь. Вообще, Мотовилихинские заводы славились рекордами. Именно здесь была отлита Пермская Царь-пушка.
Пермская Царь-пушка
В отличие от московской, она была реальным орудием. Ее отлили в 1869 году по заказу Морского министерства. Считается, что идею 20-дюймовой пушки русские моряки подсмотрели у американцев. У них такие орудия стояли уже на нескольких кораблях. Крупный калибр позволял наносить максимальный урон даже бронированным судам, а потому идею признали превосходной. Заказ был сделан Пермскому чугунно-пушечному заводу. Всего должны были изготовить 8 стволов и 500 снарядов к ним (каждый весом в 500 килограммов).
Испытания чудо-орудия проходили на берегу Камы. Всего было сделано 314 выстрелов, прежде чем пушку признали годной. Газета «Пермские губернские ведомости» так описывала это событие: «В субботу, начиная с полудня, можно было заметить многих пешеходов и ехавших в экипажах, которые спешили в Мотовилиху. Все, казалось, желали прибыть туда к какому-то урочному часу, чтобы увидеть что-то необыкновенное. И действительно, в 2 часа дня назначено начало проб пушки огромных размеров, отлитой на чугунолитейном заводе. Близ Мотовилихинского завода, на некотором расстоянии от берега Камы, устроено особое здание – просторное помещение, одна стена которого, обращенная к Каме, открыта, а другие три и потолок из прочных толстых бревен, схваченных металлическими скобами, снаружи обсыпаны землей. Таким образом, все здание представляется снаружи огромным земляным курганом. В середине этого громоздкого здания, в массивном станке, покоящемся на прочном помосте, возвышается пушка-гигант. Она находилась в отделке 4 месяца и стоит теперь с расходами на устройство всех приспособлений около 23 000 рублей. Но последующие за ней пушки будут гораздо дешевле – около 7000 рублей. Эта пушка, равно как и подобные ей, предполагается для флота, для мониторов, по две на каждый. Производимыми опытами пока еще только определяется настоящий заряд. В субботу стреляли зарядом 3 пуда и получили такой результат: скорость ядра – около 1100 футов, давление газов – около 1900 атмосфер. Нужно видеть, как вздымает ядро противоположный берег Камы, чтобы понять и быстроту полета, и силу удара!».
Но к моменту окончания испытаний выяснилось, что сама технология производства этой пушки устарела. Для кораблей решили заказать новые орудия, но и от изготовленного образца не стали отказываться. Пушку планировалось использовать для защиты Петербурга. В Кронштадте для нее даже подготовили специальный лафет, позволяющий вести круговую оборону. Но уже на пути к месту «службы» выяснилось, что и там она не пригодится. наладил в Санкт-Петербурге производство более легких стальных нарезных орудий, которые заряжались с казенной части. А потому, так и не приняв на вооружение, пушку отправили обратно.
Так и не послужив отечеству, «царь-пушка» по решению императора Александра II стала исторической реликвией. А ее модель в натуральную величину была выставлена перед павильоном России на Всемирной выставке в Вене в 1873 году.
До 1989 года пермская «Царь-пушка» простояла около проходных завода имени Ленина (так в советское время называлась Мотовилиха). А потом ее переместили в музей Мотовилихинских заводов. И там она стоит до сих пор среди других достижений российских оружейников. И хотя этот музей за глаза зовется «мавзолеем холодной войны» (за счет размещенных ракет), именно с Пермской Царь-пушки открывается его экспозиция, и каждый может прикоснуться к этой странице российской истории.
Завод Мотовилихи
Судьба Мотовилихи неразрывно связана с производством и конструированием пушек. Хотя первоначально, в 1736 г., был заложен крайне неудобно. Так, например, 100 рублей медными деньгами весили более 6 пудов (пуд – 16 кг). Часть «штыковой» меди шла на изготовление пушек, которые участвовали во многих войнах, в том числе и в Отечественной войне 1812 г. Со временем значение меди для государства стало уменьшаться. В 1769 г. Екатерина II начала выпуск бумажных денег, а для изготовления пушек больше стали употреблять специальный высококачественный чугун. Мотовилихинский завод долгое время выплавлял «штыковую» медь – так тогда называли медь высокого качества, которая шла на изготовление денег и колоколов. В то время деньги были только медные и серебряные, что при крупных финансовых операциях. В 1863 г. Мотовилихинский медеплавильный завод был закрыт. Но, на его месте в том же году состоялась закладка двух специализированных военных заводов: Чугуннопушечного и Сталепушечного. Строительству военных заводов способствовало поражение в Крымской войне (1853-1855 гг.). В ходе Крымской войны противники России – англичане и французы применили новые военные разработки: нарезное стальное оружие (пушки и винтовки) и броненосные корабли. На крепостях Севастополя, Кронштадта стояли пушки чугунные. Эти пушки вполне справлялись с деревянным неприятельским флотом и, хотя на море преобладали соединенные англо-французские силы, русские береговые пушки не давали им подойти к берегу. 5 октября 1855 г. к русскому крепости-форту Кинбурн, закрывавшему вход в Днепр, подошли 3 не обычных французских корабля и в упор расстреляли крепость. В ответ береговые батареи открыли огонь, каждый французский корабль получил более 60 прямых попаданий. Но, ядра отскакивали от брони кораблей, не нанося никакого ощутимого урона. Кинбурн капитулировал, оставшись без пушек и артиллеристов. Этот бой дал толчок для развития крупнокалиберной береговой и корабельной артиллерии. Англичане в 1864 г. приняли на вооружение 234 и 267 мм пушки, Морское ведомство России – 381 мм пушку. Но самую большую в мире (на тот момент – 1868 г.) пушку отлили мотовилихинские умельцы. Эту 20-ти дюймовую (508 мм) пушку можно и сейчас увидеть в Музее истории Мотовилихинских заводов. Первоначально эти пушки планировалось поставить на броненосный фрегат «Минин», строящийся в Петербурге, потом – на береговые батареи Кронштадта. Но, уже началась эра стального нарезного оружия и большим спросом пользовалась продукция мотовихинского сталепушечного завода. Тем не менее, мотовилихинская «царь-пушка» прошла все заводские испытания, в том числе из нее было сделано 314 выстрелов почти 500 кг ядрами. Дальность стрельбы из этой пушки была 1,5 км, стреляли с территории завода через Каму. От выстрелов в близлежащих деревнях выбивало стекла и распахивались двери. «Пермские губернские ведомости» писали: «В субботу, начиная с полудня, можно было заметить многих пешеходов и ехавших в экипажах, которые спешили в Мотовилиху. Все, казалось, желали прибыть туда к какому-то урочному часу, чтобы увидеть что-то необыкновенное. И действительно, в 2 часа дня назначено начало проб пушки огромных размеров, отлитой на чугунолитейном заводе». Для организации производства стальных пушек в Мотовилиху прибыл из Златоуста горный инженер . В Златоусте уже имелся успешный опыт изготовления стали и стальных пушек. Воронцов так сумел организовать строительство нового завода, что уже через год – в сентябре 1864 г. уже прошли испытания первых стальных орудий 12 фунтового калибра (в то время калибр часто определялся массой ядра, т. е. первые мотовилихинские стальные пушки могли стрелять 12 фунтовыми ядрами (примерно 6 кг.). Пушки выдержали испытания в 4000 выстрелов и были отправлены в Санкт-Петербург. В Петербурге пушки были еще раз испытаны и признаны хорошими. Артиллерийское управление заказало Мотовилихинскому заводу изготовление 76 4-х фунтовых пушек. Стальные пушки заряжались уже с казенной части, а не с дула, как чугунные. В 1860-е годы отношения между Россией и Германией носили дружественный характер, скрепленный родственными связями (матерью императора Александра II (1818-1881 гг.) была дочь короля Пруссии. Первый император Германской империи Вильгельм I приходился родным дядей русскому императору). Благодаря этой дружбе основные поставки артиллерии для российской армии прорубахи, т. е. готовились к смерти. В итоге крупный заказ – на 350 пушек – был отдан германским производителямизводились из Германии, от известного на весь мир производителя стали и пушек – Круппа. Так, например, в конце 1863 г. Крупп передал безвозмездно российской армии 100 4-х фунтовых пушек собственной конструкции. Конечно же, эта «безвозмездность» предполагала дальнейшее сотрудничество и, вероятно, монополию на поставку оружия. Пушки Круппа оказались сделаны из отличной стали, но с несовершенной зарядной частью – замком. Тогда Артиллерийское управление и заказало 76 пушек Мотовилихинскому сталепушечному заводу. У мотовилихинских пушек оказалась некачественная сталь – пушки взрывались на испытаниях. Мотовилихинские фейерверкеры-артиллеристы, идя на испытания пушек, заходили в церковь, исповедовались, надевали чистые. Благодаря горному инженеру Воронцову была найдена причина, из-за которой мотовилихинская сталь разрывалась. Дело оказалась в особенностях стальных болванок, присылаемых из Серебрянского завода, в них было слишком много серы. Новый контракт на поставку воткинской стали решил проблему. Но, основные поставки пушек для русской армии уже были отданы заводам Круппа. Сложилась парадоксальная ситуация – русские инженеры мотовилихинского, Обуховского (Санкт-Петербург) заводов разрабатывали новые модели пушек, снарядов, а Государственное артиллерийское управление передавало чертежи заводу Круппа для массового производства. Так, например, усовершенствованная Маневским 4-х фунтовая пушка, была изготовлена в Мотовилихе и отлично прошла все испытания, оказавшись лучше крупповских. Но заказ на массовое изготовление этой пушки был отдан Круппу. Ряд исследователей считает, что дело не обошлось без традиционной российской коррупции. Что мог дать чиновнику, распределяющему заказы, директор государственного (или как тогда говорили – казенного) завода Воронцов? А миллионер Крупп? В итоге мотовилихинский завод был на грани закрытия, а санкт-петербургские чиновники еще присылали удивленные депеши – почему это опытный образец мотовилихинской пушки стоит дороже, чем массовое производство этой же пушки у Круппа? Проигранная русско-японская война (1904-1905 гг.) показала слабость военных сил России. Во время войны потребовались сотни пушек и тысячи снарядов. Государственный завод в Мотовилихе составил смету в 1.3 млн. рублей для увеличения мощности завода, но правительство дало чуть больше половины необходимых средств. Тем не менее, эта война показала необходимость развития собственной военно-промышленной базы. Мотовилиха начала получать крупные заказы на изготовление артиллерии и снарядов. В начале XX века Мотовилихинский пушечный завод выпускал ежегодно до 200 орудий и до 300 черновых орудий, предназначенных для отделки на других заводах. Перед первой мировой войной на заводе выпускалось до 150 тысяч различных снарядов. Начавшаяся война, называемая в народе Германской, естественно разорвала всякие связи с немецким производителем пушек Круппом, все военные заказы стали оставаться внутри страны. Для модернизации и увеличения мощностей завода правительство выделило значительные суммы денег. Уже в 1914 г. ежемесячно в Мотоволихе выпускалось 50 трехдюймовых орудий, несколько десятков 152 мм полевых гаубиц и до 10 тысяч снарядов. В итоге более 30% трехдюймовых пушек и около 70% шестидюймовых гаубиц для российской армии производилось в Мотовилихе. Эти же пушки стреляли по русским-белым и русским-красным в ходе Гражданской войны. В первые годы советской власти завод в основном выпускал мирную продукцию (драги, оборудование для гидроэлектростанций и др.). Но, пушки все же производились. В общественно-политическом архиве Пермской области сохранился документ 1929 г. – докладная начальника Пермского окружного ОГПУ начальнику судоходного участка. Из докладной становится ясно, что на заводском полигоне постоянно проходили испытания новых пушек, которые достреливали «до гор, что за речкой Гайвой», т. е. до современного микрорайона Гайва. Иногда снаряды так далеко не улетали и падали в Каму или в проплывающие корабли. В середине 1920-х годов правительство страны стало все больше склоняться к новой – изоляционной стратегии развития государства. Если до середины 1920-х годов в умах лидеров государства господствовала теория мировой революции, когда пролетариат промышленно развитых стран поддержит первое социалистическое государство и совершит революции в своих странах. Экономическое и политическое развитие мировых держав показало иллюзорность этой теории. Новая стратегия развития государства предполагала строительство социализма и в последующем коммунизма в одной, отдельно взятой стране. Этот тезис в свою очередь предполагал возможность военной конфронтации с окружающими принципиально враждебными капиталистическими государствами. Сталин говорил: «Война неизбежна, – это не подлежит сомнению». Страна начала готовиться к этой «неизбежной» войне. Строились новые военные заводы, уже существующие заводы получали заказы на изготовление вооружения. Проводились специальные «недели обороны», в которые увеличивался выпуск вооружений, а все рабочие тренировались отражать атаки. Секретарь Пермского окружкома писал в 1930 г. Сталину о необходимости превращения Мотовилихи в «советский Крупп» и создании «гигантского военного комплекса во главе с Мотовилихой». Секретарь предлагал сделать мотовилихинский завод основной базой по производству пушек и танков. По плану первой пятилетки завод должен был произвести 1700 орудий и 350 танков, пермское начальство предлагало увеличить производство до 3500 пушек и 1000 танков. Для этого необходимо было увеличение капитальных вложений до 80 млн. рублей и создание собственного конструкторского бюро. В 1920-е годы завод выпускал образцы пушек, разработанных конструкторским бюро Военно-арсенального треста (Москва) – например, 76,2 мм полковая пушка образца 1927 г. Неизвестно что ответил Сталин на записку секретаря Пермского окружкома, но в 1931 г. в Мотовилиху был направлен талантливый военный инженер . С 1934 г. он стал старшим конструктором бюро литерных чертежей, а с 1938 г. начальником опытного конструкторского бюро. Под руководством Петрова в 1937 г. была разработана 152 мм гаубица-пушка МЛ-20 (индекс М или МЛ значил – «Мотовилиха»), которая прекрасно показала себя в годы Великой Отечественной войны, и именно из такой пушки был произведен первый выстрел по территории Германии в августе 1944 г. О напряженности работы над МЛ-20 говорит тот факт, что в журнале КБ, регистрирующем вносимые изменения в проект, к августу 1937 г. значилось 897 записей. На счету лагерной «шарашки» ОКБ-172 - разработка пехотной противотанковой пушки М-42 («Аннушки»), модернизация гаубицы-пушки 152-мм МЛ-20 (позже использовалась в самоходке ИСУ-152), разработка 122-мм самоходки повышенной мощности М-22, 76-мм дивизионной пушки БЛ-14, 85-мм противотанковой пушки БЛ-19 и других. За годы войны Мотовилихинским заводом было выпущено 48,6 тысяч пушек, т. е. каждая четвертая, произведенная в стране. Многие из них были разработаны заключенными инженерами. по ходатайству наркома вооружения Д. Устинова в 1943 г. был досрочно освобожден, другие конструкторы остались в заключении. Причем, Цирульников был только освобожден, но не реабилитирован, поэтому возвращаться в Ленинград ему было запрещено. С этого времени судьба Михаила Юрьевича Цирульникова была связана с нашим городом – сначала он стал главным конструктором завода № 000 им. Молотова, затем участвовал в разработке маршевого ракетного разработки – танки «Тигр» и «Пантера». Выстрел из СУ-152 срывал башни с «Королевских Тигров» и «Пантер».двигателя для межконтинентальной баллистической ракеты РТ-2 (НПО «Искра»), преподавал в политехническом институте. Заводское КБ за годы войны также разработало несколько артсистем, в том числе самоходную артустановку СУ-152 на базе в очередной раз модернизированной МЛ-20. Эти самоходки впервые приняли участие в боях на Курской дуге, где немцы также применили свои новые танки. В послевоенное время конструкторское бюро завода разработало целый ряд новых артсистем, например, 130 мм пушку М-46, ставшую самой массовой пушкой советской армии. Осваивал завод и разработки других КБ, например, системы залпового огня – в 1965 г. БМ-21 «Град», в 1975 г. «Ураган». До сего времени военная продукция завода пользуется огромным спросом и имеет важное значение для обороноспособности страны. Мотовилихинские пушки участвовали во всех войнах XIX и XX века, показав себя с наилучшей стороны. Конструкторское бюро завода приложило немало усилий для создания новых артсистем и их успешного внедрения в массовое производство. Конечно же, страшно представить, сколько убито людей мотовилихинскими пушками и снарядами, но пока в мыслях политиков имеются агрессивные замыслы, без оружия не обойтись – как говорили древние римляне - «хочешь мира, готовься к войне»
Историческая справка
родился 17 июля 1918 г. в г. Чердыни Чердынского уезда Пермской губернии в семье священника. В 1936 г. окончил среднюю школу в г. Соликамске и поступил в Уральский индустриальный институт им. в г. Свердловске. После окончания института в июне 1941 г. уехал на металлургический завод в р. п. Нижние Серги Свердловской области, где два месяца работал помощником мастера мартеновского цеха.
В середине августа 1941 г. был призван на военную службу в РККА. Сначала он служил в 268-м отдельном инженерно-саперном батальоне, в составе которого участвовал в боях на Ленинградском фронте. В начале 1942 г. был направлен на инженерные курсы младших лейтенантов в г. Ленинград.
После окончания курсов и получения звания младшего лейтенанта в августе 1942 г. два месяца служил в специальном обозе, который занимался доставкой саперных лодок из г. Ленинграда на берег р. Невы и их маскировкой для последующей переправы и прорыва блокады. В октябре 1942 г. Владимир Александрович был направлен во фронтовой офицерский полк, в котором находился до января 1943 г., после чего он был назначен командиром саперного взвода в 189-й отдельный саперный батальон 125-й стрелковой дивизии. Эта дивизия сражалась на Ленинградском фронте, а с января 1945 г. входила в состав войск 1-го Украинского фронта. участвовал в прорыве блокады Ленинграда, освобождении Прибалтики, разгроме германских войск на Одере, в Силезии и в Чехословакии.
После окончания Великой Отечественной войны Владимир Александрович был откомандирован в главное инженерное управление РККА в г. Москву, а оттуда в Забайкальский военный округ. Здесь был назначен на должность начальника инженерной службы 313-го гвардейского стрелкового полка 110-й гвардейской стрелковой дивизии, дислоцировавшейся на территории Монгольской народной республики в г. Чойбалсан. Когда началась война Советского Союза с Японией, и 313-й гвардейский стрелковый полк перешел границу между Монголией и Китаем, с группой саперов был включен в состав конного разведывательного отряда. 20 сентября 1945 г. он вернулся в г. Чойбалсан, где вновь занял пост начальника инженерной службы 313-го гвардейского стрелкового полка.
В декабре 1945 г. Владимир Александрович был уволен в запас из рядов РККА и прибыл в г. Молотов, где устроился работать начальником смены в мартеновском цехе №22 завода им. Молотова. Через несколько лет его перевели на должность начальника технического бюро мартеновского цеха №22.
В 1951 г. был вновь призван на военную службуСначала он служил в г. Владивостоке в должности командира роты строительного батальона Тихоокеанского флота. В сентябре 1952 г. был назначен представителем Главного управления кораблестроения Военно-Морских сил СССР на Магнитогорском металлургическом заводе. Он служил здесь три месяца, затем был направлен в г. Сталинск представителем Главного управления кораблестроения Военно-Морских сил СССР на Кузнецком металлургическом комбинате им. . В январе 1955 г. стал военным представителем на заводе им. в г. Ворошиловске Луганской области.
В ходе сокращения Вооруженных Сил СССР в 1955 г. был уволен в запас. Он вернулся в г. Молотов и был принят на работу на завод им. технологом мартеновского цеха № 21. В 1959 г. стал заместителем начальника этого цеха.
В марте 1959 г. Владимир Александрович был командирован руководством завода в Китайскую Народную Республику для помощи в налаживании металлургического производства в этой стране. В ходе командировки большую часть времени провел на Втором машиностроительном заводе Внутренней Монголии в г. Баотоу, консультируя китайских специалистов. Работа в г. Баотоу была отмечена благодарностью правительства КНР.
После возвращения из КНР в конце 1960 г. еще почти четыре года работал заместителем начальника мартеновского цеха №21 машиностроительного завода им. . В июле 1964 г. Владимир Александрович стал заместителем главного металлурга завода, а в апреле 1967 г. он занял должность главного металлурга завода. На этом посту работал до самого выхода на пенсию в июле 1979 г. (Ф.1141. Оп.1. Д.9,11).
За годы работы на машиностроительном заводе им. Владимир Александрович активно участвовал в изобретательской деятельности и рационализаторской работе. Он являлся автором 58 изобретений и десятков рационализаторских предложений, от внедрения которых был получен экономический эффект в сумме 2680000 рублей. На актуальные для металлургической отрасли темы опубликовал 20 научных работ (Ф1141. Оп.1. Д.12, 15-20).
Владимир Александрович был награжден двумя орденами Трудового Красного Знамени, двумя орденами Отечественной войны I степени, орденом Отечественной войны II степени, орденом Красной Звезды, многими медалями СССР и медалью КНР «Китайско-советская дружба». Военную службу окончил в звании инженер-майора, в 2000 г. ему было присвоено воинское звание «подполковник» (Ф.1141. Оп.1. Д.10).
28 ноября 2004 г. умер.
Приложение
