Российско-китайское местное партнерство
и приграничное сотрудничество
Акихиро ИВАСИТА
Введение
Уже довольно долго говориться о «стратегическом партнерстве» России и Китая. Сам термин «стратегическое партнерство» применяется главным образом в международных отношениях и часто подразумевает сотрудничество Росси и Китая в противостоянии «однополюсному миру» США. Однако среди определяющих китайско-российские отношения условий «стратегическое партнерство» в международных отношениях является далеко не самым главным. Определяющим фактором, на мой взгляд, являются взаимоотношения в приграничных районах. Эти взаимоотношения испытали и 300-летнее противостояние, и теперь еще испытываются на прочность как сложностями в торговых отношениях, так и проблемами переселенцев. Перспективы российско-китайских отношений в 21-м веке, иными словами, перспективы развития «стратегического партнерства» зависят от того, как в приграничных районах будут развиваться отношения доверия, сотрудничества и взаимопомощи, как глубоко проникнет осознание необходимости долговременного сосуществования.
Можно сказать, что китайско-российское сотрудничество в приграничных районах с ноября 1997 года вступило в новый этап. Это символически выразилось в двух событиях, произошедших во время тогдашнего визита Ельцина в Китай. Первое событие – объявление о завершении демаркации 4200-километрового восточного участка российско-китайской границы. Таким образом, территориальный вопрос, бывший основным препятствием в развитии китайско-российских отношений с 1993 года, оказался практически решенным. Особенно следует отметить, что этим была устранена основная причина роста анти-китайских настроений в Приморском крае. Второе событие – подписание китайско-российского межправительственного Соглашения о развитии межрегионального сотрудничества в приграничных районах. Таким образом, провинции Хэйлунцзян и Цзилинь, Внутренняя Монголия, Читинская область, Амурская область, Хабаровский край, Приморский край получили на правительственном уровне поддержку в самостоятельном развитии китайско-российских контактов на региональном уровне.
Иными словами, китайско-российские отношения после 1998 года обрели новую составляющую – выстраивание «стратегического партнерства на уровне краев и областей» на основе решения большей части территориального вопроса.
Три типа отношений (“мосты”) пригранично-местных правительств между Россией и Китаем
Как местные власти отвечают на новый вызов времени? Попробуем проанализировать основные тенденции в отношениях российских местных администраций с китайской стороной. Взаимоотношения приграничных районов России и Китая с российской стороны можно разделить на три типа. Первый – отношения Читинской области и автономного района Внутренней Монголии (“Начальный мост”), второй тип – отношения Амурской области, Хабаровского края и Еврейской автономной области с провинции Хэйлунцзян (“Средний мост”), третий тип – отношения Приморского края с провинции Хэйлунцзян и Цзилинь (“Последний мост”). Рассмотрим эти отношения, начиная с третьего типа, в котором до 1997 года российско-китайские отношения были наихудшими.
“Последний мост”: пробный камень
Приморский край в сфере российско-китайских отношений известен тем, что именно отсюда начиналась политическая кампания по раздуванию «китайской угрозы», основным материалом которой служил территориальный вопрос и особенно – Хасанский район. Обычно эту кампанию относят на счет политических амбиций губернатора. Но нельзя упускать из виду тот факт, что в основе все же лежали исторические, географические и экономические причины. Жители Приморского края – наиболее поздно присоединенной к России «китайской территории» – еще помнят инцидент у о-ва Даманский, кроме того, им некуда отступать – территория выходит к морю, и это усиливает чувство настороженности по отношению к Китаю. С другой стороны, выход к морю обеспечивает Приморскому краю возможность развития торговых и иных отношений с другими – кроме Китая – странами, в частности, с Японией и Южной Кореей. Наиболее прочно недоверие к Китаю укрепилось в Дальнем Востоке и Забайкалье.
С подписанием в 1997 году соглашения о демаркации границы территориальный вопрос в Приморском крае юридически был решен. Здесь, так же как и в Хабаровском крае и в Амурской области, «проблема китайских переселенцев» продолжает оставаться больным местом во взаимоотношениях двух стран, но, тем не менее, завершение территориального размежевания явилось для приморского края переломным моментом в развитии отношений с Китаем. Конечно, остается еще много сомнений по поводу реального развития экономического сотрудничества с Китаем, но, по крайней мере, администрация Приморского края активно пропагандирует теснейшее экономическое взаимодействие с Китаем и гордится наличием наибольшего количества пограничных пропускных пунктов. Разумеется, нельзя сказать, что среди простых жителей Приморского края разом исчезли чувства угрозы и недоверия по отношению к Китаю, однако также можно утверждать, что именно поэтому китайская сторона рассматривает Приморский край в качестве ключевого звена в «партнерстве» с Россией. И визит в сентябре 2000 года председателя Всекитайского собрания народный представителей Ли Пэна – первый визит в Приморский край китайского руководителя высшего ранга – это подтвердил символизировал. Начиная с 1998 года именно Приморский край – по крайней мере внешне на взгляд стороннего наблюдателя – наиболее активно стремится улучшить отношения с Китаем под лозунгом «межрегионального стратегического партнерства».
В городе Уссурийск Приморского края есть большой и хорошо известный китайский рынок. И от того, смогут ли российские граждане воспринимать этот рынок и постоянное присутствие рядом китайцев как нечто само собой разумеющееся, от того, удастся ли выстроить между русскими и китайцами стабильные, взаимоувязанные, основанные на терпимости повседневные отношения в решающей степени зависит будущее «стратегического партнерства на межрегиональном уровне». Я думаю, что именно благодаря наличию большого количества самых разных проблем Приморский край стал барометром, который позволяет заглянуть в будущее российско-китайских отношений в приграничных регионах.
“Средний мост”: задача партнерства
“Средний мостом” я назвал Хабаровский край, Амурскую область и другие. В отношениях с Китаем у этих регионов много общего. И прежде всего то, что, несмотря на наличие спорных островов на Амуре и в устье реки Уссури, территориальный вопрос и до 1997 года не превращался в большую политическую проблему. (Однако находящиеся в Хабаровском крае Большой Уссурийский остров и остров Тарабарова – исключения. Эти территории являются спорными уже на протяжении многих лет, и они были исключены и из Соглашения о восточной границе 1991 года, и из Декларации о завершении территориального размежевания 1997 года. Вопрос о принадлежности этих островов не решен и по сей день и часто становится препятствием в развитии отношений Хабаровского края с Китаем).
Можно отметить, что у Хабаровского края (за исключением Большого Уссурийского острова и его окрестностей) соприкасающаяся с Китаем территория относительно невелика, а у Амурской области сзади есть гигантские пространства Сибири. Что касается экономических отношений, то Хабаровский край связывает с Китаем, помимо прочего, и торговля оружием. Степень зависимости экономики края от торговли с Китаем год от года меняется, но в любом случае
несравненно выше, чем у Приморского края. Для экономики Амурской области торговля с Китаем также жизненно необходима.
Тем не менее, у жителей Хабаровского края и Амурской области недоверие к китайцам тоже очень глубоко, хотя подобные настроения и не находят столь громкого политического выражения, как в Приморском крае. В этом регионе основное внимание уделялось не территориальном вопросу, а «проблеме китайских переселенцев». И в этом вопросе даже после 1998 года никаких изменений не наблюдается. Китайские рынки в Хабаровском крае и в Амурской области связаны строгими ограничениями. В отдаленном от транссибирской магистрали Благовещенске Амурской области население особенно бедно, и нередки случаи, когда русские вынуждены наниматься к китайцам подсобными рабочими. Легко себе представить, какие чувства испытывает местное русское население глядя на богатеющих день ото дня китайцев. Видимо, эта проблема не будет решена, пока не вырастет уровень жизни местного русского населения. Но вряд ли это произойдет скоро. В Хабаровском крае настороженность к Китаю выражается в опасениях, что Большой Уссурийский остров, в конце концов, отойдет к Китаю.
Эта ситуация, похоже, не изменилась до сегодняшнего дня. Конечно, местные администрации выдвинули несколько планов развития «стратегического партнерства» с китайскими регионами, но насколько это будет способствовать реальному развитию отношений взаимного доверия?
“Начальный мост”: модель партнерства
Отношения областей начального моста - Читы с Внутренней Монголией - отличаются от среднего. Здесь, так же как и на Дальнем Востоке, есть территориальная проблема и проблема переселенцев. В Читинской области до сих пор не решен вопрос о принадлежности острова Абагайтуй (Большой) в верхнем течении реки Аргунь. Однако местная газета «Забайкальский рабочий» территориального вопроса практически не касается.
Кроме того, в этом регионе также находится долгое время бывший спорным - Менкесель. Его принадлежность была определена в 1997 году, при этом в качестве условия было выдвинуто совместное использование этих земель местными жителями России и Китая. Здесь важно отметить, что формула «совместного использования» была предложена администрацией и военными властями Читинской области. Иными словами, до 1997 года, когда российско-китайские отношения из-за территориального вопроса находились в тупике, именно в Забайкалье была предложена взаимоприемлемая форма компромисса. Я думаю, не будет преувеличением сказать, что это проложило путь для заявления о завершении территориального размежевания.
Как же в этом регионе обращаются с китайскими переселенцами? Как и в других районах, здесь тоже в первой половине 90-х годов приток китайцев рассматривался, как серьезная проблема и были предприняты попытки избавиться от иностранцев-китайцев. Но сейчас в Чите и в забайкальских деревнях можно увидеть много китайцев. И стоит спросить местных жителей, что они думают о своих китайских соседях. Все они ответят, что никакой «китайской угрозы» нет. Забайкальцы убеждены, что китайцы приехали в Россию торговать, а если даже с китайцами и возникают мелкие ссоры, то это не имеет ничего общего с «китайской экспансией». Причем так говорят не только журналисты и работники читинской администрации, но и простые граждане. Видимо, экономическая деятельность китайцев тут ограничена не слишком строго. Даже в центре города можно обнаружить много китайских рынков. Такая благоприятная атмосфера способствует развитию экономического сотрудничества. Как, например, это реально происходит, хоть и в относительно небольших масштабах, в свободной экономической зоне Манчжурия – Забайкальск. Успешно окончило строительство нефтепровода между Забайкальском и Манчжурией. Летом 2000 года вице-мэр Манчжурии активно участвовал в праздновании столетия открытия Забайкальской железной дороги.
Урок забайкальского региона состоит в том, что здесь и до 1997 года активно развивалось российско-китайское пограничное сотрудничество, и после 1998 года есть много примеров развития «межрегионального стратегического партнерства». В основе конструктивных российско-китайских отношений в Забайкалье лежит исторический опыт. Еще в середине 17-го века здесь определились сферы влияния России и Китая, другими словами, русские и китайцы на протяжении долгих лет тут сосуществовали и приучились к терпимости по отношению друг к другу.
С другой стороны, на Дальнем Востоке история российско-китайских контактов пока еще очень недолгая, и база взаимоотношений очень непрочная. Сейчас и для российской, и для китайской сторон важно не преследовать мелкие сиюминутные интересы, а строить стабильные отношения доверия на долгую перспективу. Для этого необходимо изучать культуру и историю друг друга, пытаться понять друг друга и активно развивать человеческие контакты. Необходимо четко осознавать разницу в мышлении и мировосприятии. Знание и понимание особенностей и отличий партнера – первый шаг на пути преодоления взаимного недоверия.
