НАСМЕРТЬ СТОЯЛИ
Из воспоминаний участника Великой Отечественной войны, кавалера ордена Славы III степеней A. M. Лискина
, полный кавалер ордена Славы (12.06.1944; 30.09.1944; 15.05.1946). Родился в русской крестьянской семье. До войны работал в колхозе «Россия» Инсарского района. Участник Великой Отечественной войны с октября 1942, сапер-разведчик.
... Зима сорюк второго года. В эти суровые дни я получил первое боевое крещение. Это было под Тулой. Шли жестокие бои. Мы окопались, отражая натиск врага. Вскоре наши танкисты с десантом автоматчиков перешли в контратаку. Жаркий бой завязался в районе совхозного поселка. Немцы обрушили на наших смельчаков сильный минометный и пулеметный огонь.
Более двух часов длилась ожесточенная схватка. Вражеские минометы и несколько пулеметов смолкли от снарядов, посланных нашими танкистами, и меткого огня автоматчиков. Были потери и у наших. И все же гитлеровцев мы отбросили.
На следующий день 57-ю мотострелковую бригаду, в которой я служил, подняли по тревоге. Марш-бросок в район станции Поны-ри. Усталые, но сильные духом, советские воины заняли оборону в районе железнодорожного полотна. Не успели наши бойцы окопаться, как впереди зачернели гитлеровские танки и бронемашины. Метким огнем артиллеристы и танкисты сорвали наступление фашистов. Не раз еще переходил враг в атаку, но каждый раз с потерями откатывался назад.
Озлобленные неудачами, гитлеровцы ранним утром снова бросились в бой. На позиции, занятые нашими подразделениями, двигалось более десятка тяжелых танков с пехотой. На ближней дистанции фашистские автоматчики спрыгнули с машин и цепью продвигались вперед. Подпустив их совсем близко, мы с товарищами открыли мощный пулеметный и автоматный огонь по гитлеровцам. И те не выдержали, залегли.
А танки с черной свастикой все шли и шли, сея смерть из орудий и пулеметов. Лязг гусениц и шум моторов заглушали все остальные звуки.
Наши артиллеристы вступили в жестокий бой с танками.
Вот уже всего полтора десятка метров отделяют меня от вражеской стальной громады. Машина идет прямо на меня.
— Не пройдешь! —кричу и швыряю под гусеницу связку гранат. Взрыв! Вслед за этим танком огнем «катюш» было подбито еще несколько. Остальные повернули назад. Отпрянули и вражеские автоматчики, оставив на поле десятки убитых и раненых.
Советские солдаты, обескровив врага, перешли в наступление. За участие в этом бою меня наградили орденом Славы 3-й степени. Много еще было боев. Вспоминается, как пришлось отбивать «психические атаки» фашистов на юге.
После уничтожения остатков гитлеровцев в Краматорске, бойцы нашего батальона, среди которых был и я, заняли оборону на окраине города. Грунт был твердый, поддавался с трудом, но все же вырыли неглубокий окоп. Проходят одни сутки, вторые, третьи...
Девятая ночь близилась к концу. Стояла глубокая тишина. Но тревожна и обманчива тишина на войне. Это хорошо знали наши бойцы. И предчувствие не обмануло солдат.
На востоке загорелась тоненькая кромка неба. Первый выстрел расколол безмолвие. Затем второй, третий... Вот покатилась лавина грохота. Около часа продолжалась фашистская артподготовка.
Едва стих гул артиллерии, как на наши позиции двинулась цепь гитлеровцев. Фашисты шли в полный рост, в двух-трех метрах друг-от друга. Вслед за первой, двигалась вторая цепь немцев.
—Больше выдержки, друзья! Подпустим ближе, чтобы бить наверняка,—обратился я к товарищам.
Руки бойцов твердо и уверенно сжимали оружие. И когда до фашистов осталось буквально пятнадцать-двадцать метров, лавина огня обрушилась на врага. Раскалился ствол моего ручного пулемета. Первая цепь гитлеровцев метким огнем была уничтожена целиком. Фашисты не примирились с потерями. За первой цепью продолжала двигаться вторая. Многие стали уже передвигаться перебежками, стремясь быстрее подойти к речке— занять недосягаемое для пуль пространство. Несколько фашистов достигли берега реки, где позиции наших бойцов. Но здесь врага уничтожили в рукопашной схватке. Остальные повернули назад. Атака немцев захлебнулась.
Не один десяток фашистов истребил я в боях по уничтожению Корсунь-Шевченков-ской группировки неприятеля. За это меня наградили орденом Славы 2-й степени.
А вот еще один эпизод из боевой жизни. Это было на территории Польши, недалеко от Варшавы. Наш батальон выдвинулся далеко в глубь обороны противника. Фашисты, встревоженные этим, держали подразделение под постоянным обстрелом.
Командование приняло решение—пробиться. В противном случае грозит уничтожение. И прежде всего надо было доставить знамя части в безопасное место.
Кого же послать?
Выбор пал на меня и еще двух бойцов.
Наш танк быстро оторвался от колонны и пропал в клубах пыли.
«Пройдут или не пройдут?»—думал о нас командир батальона.
Там, где по данным нашей разведки должна была находиться засада противника, водитель увеличил скорость. А когда фашисты открыли артиллерийский, пулеметный и автоматный огонь ло машине, мы стали отстреливаться. Танк благополучно миновал опасную зону. Экипаж выполнил поручение командования. За участие в этой операции я был удостоен золотого ордена Славы.
Немало за годы войны было опасных и трудных дней. Всех и не перечтешь! Были и радости, и горести, смерть не раз подстерегала, вырывала из строя друзей. Так в огне сражений отстаивали советские люди свободу и независимость Родины.
