Легенда о Маровском монастыре

Легенда о Маровском монастыре

Два столетия минуло со време­ни ликвидации Крестомаровского мужского монастыря. Однако и сейчас в Прудищах, Саблукове, Вазьянке и некоторых других селениях от религиозных людей можно услышать легенду о раз­граблении этого монастыря и мученической смерти его обита­телей.

Известное влияние на живу­честь этой легенды имело то, что в книге «Исторический очерк Васильсурского уезда», написан­ной помещиком Н. Демидовым в 1884 году, сообщается: «Маровская пустынь была разграб­лена и сожжена мятежною шай­кой Пугачева.., а местное преда­ние… говорит, что монастырь был разграблен разбойниками, настоятель сожжен на костре, равно, как и другие монахи...».

Впоследствии на месте разру­шенной мужской обители, в 1891 - 1893 гг. был основан Маровский женский монастырь (закрыт в 1922 году). Монахини не только взяли на «вооруже­ние» легенду о «соженных муче­никах», но и придумали новые сказки о «чудесных исцелениях», якобы совершающихся в «святых» местах. Это способствовало воз­величению их монастыря и росту его доходов.

В действительности же никто Маровскую пустынь не разрушал и ее монахов не сжигал, а «свя­тость» монастырских мест по­добна любому другому «свято­му» месту.

Ни в одном официальном историческом документе о пре­бывании Пугачева в нашей ок­руге ничего не говорится о таком важном событии, как разрушение крупного монастыря. В докумен­тах о действиях пугачевцев в Курмышском уезде приводятся факты «наглости, злодейства и богохуления». Они заключались в выкидывании и уничтожении из 8 храмов предметов богослу­жения и убийстве отдельных служителей церкви. Однако все это происходило в селах с ново­крещеным населением. Это вполне понятно, ибо крещение чуваш и других народностей осуществ­лялось властями и духовенством путем жестоких насилий. Но и в Курмышском уезде не было ни одного случая разрушения или поджега церковных зданий.

Упадок и ликвидация Маров­ской пустыни обусловлены эко­номическими причинами. Осно­ванный в конце первой полови­ны XVII века, монастырь пользо­вался доходами от эксплуатации земель и крестьян, приписанных к нему селений, в том числе села Ватрас, владел рыбными ловля­ми на Суре и Курмышке, зе­мельными угодьями в районе Прудищ и Саблукова, имел 3 водяных мельницы, фруктовый сад, пчельник, рабочий и про­дуктивный скот.

Хорошим источником доходов являлась ярмарка, возникшая, как и при многих других обите­лях, при основания монастыря. Проводилась она с 10 по 15 сен­тября, в период престольного праздника «Воздвижение креста господня». Ее посещали купцы и ремесленники не только местной округи, но и из Нижнего, Каза­ни, Алатыря, Арзамаса, Богородска, Павлова, Семенова и дру­гих городов и сел.

Помимо оплаты за торговые помещения монастырь хорошо зарабатывал от различных бого­служений, заказываемых бого­мольцами и участниками ярмар­ки, делавших также денежные вклады на «вечное» поминове­ние и т. п. Часть монахов по­стоянно находилась в разъездах по городам для сбора пожертво­ваний и «заказов» на различного рода молебствования.

Все это способствовало быс­трому развитию монастыря, поз­волило 80 монахам жить в до­статке и не обременять себя трудом, ибо находились люди, бравшие на себя «обет» порабо­тать в обители «для бога», по году и более, бесплатно.

В XVIII столетии положение монастыря стало ухудшаться. В период 1701—1715 гг. царь Петр I запретил без разрешения властей пострижение в монахи, а большинство монастырских служителей, не имевших мона­шеского чина, призвал в армию. Значительная часть монастыр­ских капиталов и колоколов бы­ла изъята на военные нужды. Количество приписанных к мона­стырям селений, земельных и других угодий сократилось, впредь им запрещалось прини­мать в дар земли и деревни.

В результате этого Маровская пустынь лишилась основной час­ти своих капиталов, права эксплуатации приписных кресть­ян, земельных, рыболовных и других угодий. Экономика мо­настыря была подорвана. К 1720 году у него осталось 9 де­сятин пашни, 1 мельница и небольшие сенокосы, число мона­хов сократилось до 26. Кроме того около 1722 года обитель лишилась самостоятельности — она была приписана в подчине­ние к Оранскому монастырю. Из Маров в Оранки в 1723 году было переведено 9 престарелых монахов, а позднее еще несколь­ко человек.

Все это обусловило дальней­ший упадок Маровской пустыни и проводившаяся при ней ярмарка в середине XVIII столетия была переведена в село Чернуху Макарьевского уезда.

В вышеупомянутом очерке Демидов указывает, что Маров­ский монастырь постепенно па­дал и наконец он был упразднен около 1780 года. На самом де­ле Маровскяя обитель была за­крыта в 1764 году, когда Екате­рина II реквизировала в госу­дарственное владение все засе­ленные крестьянами церковные земли и из 881 монастыря за­крыла 496. Архимандрит Макарий в книге «История Нижегород­ской епархии» сообщает: «Упраздненных, в 1764 году, в Ни­жегородской епархии монастырей... было 17. Именно:... Крестомаровская пустынь (совсем упразднена)...» Это на 16 лет ра­нее против указанного Демидовым года упразднения монасты­ря и за 10 лет ранее появления Пугачева в нашей округе.

Поэтому можно сделать вы­вод, что Демидов умышленно отнес упразднение Маровской пустыни к 1780 году для обосно­вания проводимого им в очерке сообщения о разграблении и сожжении монастыря «шайкою Пугачева» и легенды о «мучени­ческой» смерти монахов.

Цель подобного извращения исторических дат — опорочить восставшие за справедливое де­ло крстьянские массы, показать их в роли грабителей и извергов и этим подтвердить легенду о «мучениках» и «святых» местах.

На самом деле к периоду пре­бывания Пугачева в нашей ок­руге Маровская обитель была уже упразднена, никаких ценно­стей и монахов там не было, а большая часть строения разру­шилась. Ранее в обители имелось 3 храма, несколько жилых зда­ний, кладовые и другие хозяйст­венные службы, ограда — все из кирпича.

В описи же состояния упраздненных монастырей за 1780 год указывается: «Крестовоздвиженская Маровская пустынь совсем упразднена. Церковь каменная во имя «Воздвижения честного креста» почти вся развалилась, при ней колокольна каменная, прочего никакого строения не имеется: строенче оное казен­ное». Это свидетельствует о том, что постепенное разрушение храмов и других строений началось еше до официального упраздне­ния Маровского монастыря.

К концу XVIII столетия на месте обители образовался по­крытый грудами кирпичных об­ломков и заросший кустарником пустырь, над которым высились несколько могучих сосен — безмолвных свидетелей былого ве­личия и разрушения, воздвигнутой за счет эксплуатации народ­ных масс Маровской Крестовоздвиженской пустыни.

П. МИХАЛЕВ.

Знамя коммунизма. – 1969. – 9 января. – С. 4.