Тема: Субъективная условия он сторона преступления что и ее значение субъект при квалификации возможности при преступлений (стр. 9 )

Осознание общественно опасного характера совершаемого деяния и предвидение его общественно опасных последствий характеризуют процессы, протекающие в сфере сознания, и поэтому образуют интеллектуальный элемент прямого умысла, а желание наступления указанных последствий относится к волевой сфере психической деятельности и составляет волевой элемент прямого умысла.

В соответствии с законом (ч. 2 ст. 25 УК) прямой умысел характеризуется предвидением возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий. Лицо, намеренное причинить определенные последствия, убеждено в реальном осуществлении своих намерений, оно опережающим сознанием отражает общественно опасные последствия в идеальной форме, т. е. как уже наступившие, и, как правило, представляет их себе как неизбежные.

Волевой элемент прямого умысла, характеризующий направленность воли субъекта, определяется в законе как желание наступления общественно опасных последствий.

Желание - это воля, мобилизованная на достижение цели, это стремление к определенному результату. Оно может иметь различные психологические оттенки. Как признак прямого умысла желание заключается в стремлении к определенным последствиям, которые могут выступать для виновного в качестве: конечной цели, промежуточного этапа — убийство с целью облегчить совершение другого преступления, либо средства достижения цели — убийство с целью получения наследства.

Основное различие между прямым и косвенным умыслом коренится в волевом элементе. Для прямого умысла характерно желание, а для косвенного — сознательное допущение преступных последствий. Действуя с косвенным умыслом, лицо сознательно допускает преступное последствие, но это последствие — не цель, не средство ее достижения, не этап на пути достижения цели. Виновный в этом случае занимает пассивную позицию по отношению к последствиям, поэтому преступления с косвенным умыслом (при прочих равных условиях) принято считать менее опасными, чем преступления, совершаемые с прямым умыслом. Преступное последствие в преступлениях, совершаемых с косвенным умыслом, не обусловлено мотивом. Напротив, оно может быть контр-мотивом (слабой психологической силой, которая не останавливает лицо и не заставляет его отказаться от преступных действий). Чаще всего лицо относится к возможным последствиям отрицательно, оно не желает их наступления, поэтому эти последствия и превращаются в контрмотивы. Совершая преступление с косвенным умыслом, лицо может надеяться, что последствия почему-либо не наступят (надежда "на авось"), может надеяться на какие-то обстоятельства, позволяющие рассчитывать на предотвращение преступных последствий.

В юридической литературе отмечается, что "надеяться на авось" — значит ни на что не надеяться, а поэтому в этих случаях лицо сознательно допускает наступление преступного результата.

При косвенном умысле виновный может безразлично или отрицательно относиться к преступным последствиям, активно желать их ненаступления, может надеяться, что они не наступят,— все это разновидности отношения к преступным последствиям, которое характерно для косвенного умысла. При этом необходимо установить, что лицо предвидело эти последствия и рассчитывало их предотвратить.

Так, М. сопровождал автобусы, погруженные на платформу поезда. В пути следования при подъезде к станции, вблизи от полотна железной дороги, М. заметил группу подростков, игравших в мяч. При приближении платформы с автобусами некоторые из них начали бросать в автобусы камни. М., чтобы воспрепятствовать порче автобусов, стал кидать в подростков подвернувшиеся под руку предметы. Металлической деталью значительного веса, брошенной М., подростку Б. был причинен тяжкий вред здоровью.

В этом случае М. преследовал цель предотвратить порчу автобусов, но ради достижения этой цели (благородной) он внутренне соглашался с возможностью причинения преступных последствий. М. предвидел возможность наступления причиненных последствий, не желал их, но сознательно допускал их наступление (косвенный умысел).

Сознательное допущение как волевой момент косвенного умысла в литературе чаще всего связывают с безразличным отношением виновного к преступным последствиям.

Итак, косвенный умысел в соответствии с законом (ч. 3 ст. 25 УК) имеет место, если лицо, совершившее преступление, осознавало общественную опасность своего действия (или бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий и, хотя и не желало, но сознательно допускало их либо относилось к ним безразлично.

Осознание общественно опасного характера деяния при косвенном умысле по существу не отличается от соответствующего элемента прямого умысла. Но характер предвидения общественно опасных последствий неодинаков при прямом и при косвенном умысле.

Предвидение лишь возможности наступления общественно опасных последствий - единственно возможный вариант содержания данного признака косвенного умысла. При этом субъект предвидит возможность наступления таких последствий как реальную, считает их закономерным результатом развития причинной связи именно в данном конкретном случае.

Итак, интеллектуальный элемент косвенного умысла характеризуется осознанием общественной опасности совершаемого деяния и предвидением реальной возможности наступления общественно опасных последствий.

Волевой элемент косвенного умысла характеризуется в законе как отсутствие желания, но сознательное допущение общественно опасных последствий либо безразличное к ним отношение (ч. 3 ст. 25 УК)..Сравнивая косвенный умысел с прямым, следует иметь в виду, что при косвенном умысле общественно опасное последствие - это побочный продукт преступных действий виновного, направленных к достижению иной цели, находящейся за рамками данного состава преступления.

Косвенный умысел фиксируется в законодательстве и встречается в реальной жизни значительно реже, чем прямой. Он невозможен при совершении преступлений с формальным составом, в преступлениях, состав которых включает специальную цель деяния, при покушении на преступление и приготовлении к преступлению, при сознании неизбежности наступления общественно опасных последствий, а также в действиях организатора, подстрекателя и пособника.

Установление вида умысла очень важно для правильной квалификации преступления, что подтверждается многими примерами.

Строгое разграничение обоих видов умысла необходимо для правильного применения ряда уголовно-правовых институтов (приготовление, покушение, соучастие и др.), для квалификации преступлений, законодательное описание которых предполагает только прямой умысел, для определения степени вины, степени общественной опасности деяния и личности виновного, а также для индивидуализации уголовной ответственности и наказания.

В теории уголовного права прямой и косвенный умысел в зависимости от содержания интеллектуального и волевого элементов делят на определенный, неопределенный и альтернативный, в зависимости от момента формирования выделяют умысел, заранее обдуманный (предумысел) и внезапно возникший. Эти виды умысла не являются самостоятельными и не образуют каких-либо новых форм вины, они дают возможность в большей степени раскрыть содержание прямого и косвенного умысла.

В зависимости от момента формирования в отечественной литературе до октябрьского переворота 1917 г. выделяли три вида умысла: 1) заранее обдуманный (предумышление), 2) внезапно возникший и хладнокровно реализованный и 3) аффектированный.

Внезапно возникшим (простым) называется такой умысел, при котором намерение совершить преступление возникло у виновного сиюминутно и сразу же приводится в исполнение. Нередко скоротечному формированию умысла способствует обстановка, провоцирующая совершение преступления (увидел — украл). Такой умысел может возникнуть вследствие сильного душевного волнения, вызванного неправомерными действиями потерпевшего (ранее умысел, возникший в состоянии сильного душевного волнения, называли аффектированным). Данное обстоятельство законодатель относит к смягчающим ответственность. Если же лицо совершает преступление с внезапно возникшим умыслом под влиянием других обстоятельств (не противоправного поведения виновного), то такая разновидность умысла, как правило, законодателем не учитывается при решении вопроса об уголовной ответственности. Внезапно возникший умысел может быть простым или аффектированным.

Простым внезапно возникшим умыслом называется такой умысел, при котором намерение совершить преступление возникло у виновного в нормальном психическом состоянии и было реализовано сразу же или через незначительный промежуток времени после возникновения.

Аффектированный умысел характеризует не столько момент, сколько психологический механизм возникновения намерения совершить преступление. Поводом к его возникновению являются неправомерные или аморальные действия потерпевшего в отношении виновного или его близких. Они внезапно или под влиянием длительной психотравмирующей ситуации вызывают у субъекта сильное эмоциональное волнение, существенно затрудняющее сознательный контроль над волевыми процессами.

Особенностью же заранее обдуманного умысла принято считать предварительную психическую деятельность лиц до момента начала преступления (возникновение побуждения, выработка цели и т. д.). В этих случаях возникновение умысла отделено от совершения преступления промежутком времени, в течение которого субъект укрепляется в решимости совершить преступление. Этот вид умысла обычно свидетельствует о стойкости антисоциальных наклонностей личности. Именно данное обстоятельство дает основание континентальной системе уголовного права рассматривать заранее обдуманный умысел как более опасный по сравнению с внезапно возникшим.

Безусловно, заранее обдуманный умысел может свидетельствовать о большей тяжести преступления. Однако данное положение нельзя рассматривать в качестве универсальной оценки содеянного. В отдельных случаях внезапно возникший умысел может свидетельствовать о большей тяжести содеянного и, напротив, заранее обдуманный умысел — о меньшей тяжести. Так, хулиган, который, неадекватно реагируя на правильно сделанное замечание, хватает камень и убивает обидчика (не подумав о том, что он делает), должен нести повышенную ответственность. В то время как лицо, несправедливо обиженное, из чувства жалости отказавшееся от мщения, но потом все же убившее обидчика, должно быть наказано менее сурово (при прочих равных обстоятельствах). В этом случае заранее обдуманный умысел свидетельствует о тяжелой внутренней борьбе мотивов, предшествовавшей решению совершить преступление, о том, что принятое решение совершить преступление представляло для виновного определенные трудности, значительно большие, чем для лица, действовавшего с внезапно возникшим умыслом.

В зависимости от степени конкретизации виновным преступных последствий совершаемых деяний умысел делится на определенный (конкретизированный), неопределенный (неконкретизированный) и альтернативный. Критерий данной классификации — степень определенности представлений субъекта.

Определенный (конкретизированный) умысел характеризуется наличием у лица представления о характере и объеме возможного вреда. Например, нанося потерпевшему сильные удары по голове или ножом в грудь, виновный предвидит возможность причинения смерти и сознает величину этого вреда. В данном случае умысел виновного был направлен на причинение смерти.

При неопределенном умысле наступившие последствия хотя охватывались сознанием виновного, но индивидуально они не были определены, не была конкретизирована величина причиненного ущерба. Так, нанося сильные удары потерпевшему, виновный предвидит, что в результате будет причинен вред здоровью потерпевшего, но он не знает, какой степени тяжести.

Преступления, совершенные с неопределенным умыслом, надо квалифицировать в зависимости от фактически наступивших последствий.

В случаях, когда лицо предвидит возможность наступления нескольких конкретно определенных последствий и воля его направлена на достижение не одного из этих последствий, а в равной степени любого из них, необходимо говорить об альтернативном умысле. Этот вид умысла некоторые ученые-криминалисты рассматривают в качестве разновидности определенного. При альтернативном умысле, например, виновный предвидит, что в результате его действий или может наступить смерть потерпевшего, или будет причинен тяжкий вред здоровью. Если в результате содеянного реально был причинен тяжкий вред здоровью, то виновный должен отвечать за покушение на убийство.

При определенном умысле вопросы квалификации содеянного должны решаться аналогично, и в этом проявляется близость альтернативного и определенного умыслов.

Исходя из всего вышесказанного, установление вида умысла очень важно для правильной квалификации преступления, что подтверждается многими примерами.

Строгое разграничение обоих видов умысла необходимо для правильного применения ряда уголовно-правовых институтов (приготовление, покушение, соучастие и др.), для квалификации преступлений, законодательное описание которых предполагает только прямой умысел, для определения степени вины, степени общественной опасности деяния и личности виновного, а также для индивидуализации уголовной ответственности и наказания.

2.3 Неосторожная форма вины и её виды

Судебная практика в большей степени имеет дело с умышленными преступлениями в силу их значительной по сравнению с неосторожными преступлениями распространенностью. Однако следует отметить, что на сегодняшний день число преступлений, совершаемых по неосторожности, постоянно возрастает. Кроме того, в условиях научно-технического прогресса значительно повышается опасность этих преступлений, особенно связанных с нарушением специальных правил в сфере использования техники, а также экологических преступлений. В связи с этим проблема уголовной ответственности за неосторожные преступления приобретает все более важное особое значение. Неосторожность и ее виды представлены в приложении 4.

В соответствии с ч. 2 ст. 24 УК «деяния, совершенные только по неосторожности, признаются преступлением лишь в случае, когда это специально предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ». Это значит, что законодатель допускает совершение некоторых преступлений с любой формой вины: если при описании преступления форма вины не указана и с очевидностью не вытекает из способов законодательного описания этого преступления, то оно может быть совершено как умышленно, так и по

[1] Боткин аффект как условие невменяемости. Вступительная лекция в курсе судебной психопатологии. М., 1983., С. 11

[2] Дагель , форма и сущность вины в советском уголовном праве // Правоведение. 1969. № 1. С. 78

[3] Демидов ценность и оценки в уголовном праве. М., «Юридическая литература», 1975. - С. 84.

[4] Злобин вменение в историческом аспекте // Уголовное право в борьбе с преступностью. М., 1981. С. 23.

[5]  С. Природа умысла // Сборник правоведения и общественных знаний. — М., 1898. — С. 2.

[6] Сергеевский право. Часть Общая. Изд. 2-е. СПб., 1915. С. 260.