Хайминова Татьяна, учащаяся 7 класса
МБОУ «Средняя общеобразовательная
школа № 15»,
г. Губкин
(рук. , учитель истории )
«Раевский, веры сын, герой!..»
(историческая реконструкция)
«Он был в Смоленске щит, в Париже - меч России». Эти слова на могиле генерала от кавалерии Николая Николаевича Раевского - прекрасная характеристика, о которой мог бы мечтать любой полководец. Николай Николаевич Раевский (1771-1829 гг.) - русский полководец, герой Отечественной войны 1812 года, генерал от кавалерии. За тридцать лет безупречной службы участвовал во многих крупнейших сражениях эпохи. Был близко знаком со многими декабристами. Дружбой с Раевским гордился , который писал о своём друге: «…памятник 12-го года; … с сильным характером и чувствительный…».
Раевские - старинный дворянский род польского происхождения, представители которого служили русским государям со времён Василия III. Отец, Николай Семёнович, погиб во время русско - турецкой войны в апреле 1771 года, несколько месяцев не дожив до рождения второго сына Николая. Николай Николаевич появился на свет 14 (25) сентября 1771 года в Санкт-Петербурге. Гибель мужа тяжело отразилась на состоянии Екатерины Николаевны, что в свою очередь сказалось и на здоровье ребёнка: маленький Николушка был болезненным мальчиком. Николай рос преимущественно в семье деда по матери Николая Борисовича Самойлова, где получил домашнее воспитание и образование, владел одинаково хорошо русским и французским языками. По обычаю того времени, Николая рано, в три года, зачислили на военную службу в лейб-гвардии Преображенский полк. А действительную службу он начал в 1786 году, в 14 лет. Юный гвардейский прапорщик был определён в армию генерал-фельдмаршала Григория Александровича Потёмкина - своего двоюродного деда по материнской линии. Военная деятельность Раевского началась во время второй турецкой войны, продолжалась в Польше и на Кавказе.
Николай Николаевич Раевский женился в 1794 году на Софье Алексеевне Константиновой (1769-1844 гг.), внучке . Николай Николаевич и Софья Алексеевна любили друг друга и, несмотря на случавшиеся размолвки, оставались верными супругами до конца жизни. Неудивительно, что Раевский так представлял себе окончание войны: «Вы приедете ко мне с нашими дорогими детьми, я выеду вам навстречу и буду докучать вам описанием своих подвигов, как это обычно делают старые воины». У Николая Николаевича и Софьи Алексеевны родились двое сыновей и пять дочерей.
Николай Николаевич Раевский - гордость русской армии. Человек высокой чести, беззаветной преданности долгу, одаренный военачальник. Его ценили даже противники. Наполеон сказал о нем: «Этот генерал сделан из того материала, из которого делаются маршалы». При отступлении армии Багратиона в 1812 году под натиском войск Наполеона от границы впереди войск шел корпус Раевского - семнадцать тысяч воинов. У белорусской деревни Салтановки корпус Раевского встретился с французскими войсками, которых было в два раза больше. Генерал Раевский мог уклониться от боя, но он знал, что в этот день войска Багратиона переправляются через Днепр и на переправе их можно легко уничтожить. Долг и честь Николая Николаевича Раевского не позволили уклониться от схватки с неприятелем. «Многие офицеры и нижние чины, получив по две раны и перевязав их, возвращались в сражение, как на пир... Все были герои», - писал в своем донесении Николай Николаевич. Утром 23 июля 1812 года у деревни Салтановка начался ожесточённый бой. Корпус Раевского в течение десяти часов сражался с пятью дивизиями корпуса Даву. В критический момент боя Раевский лично повёл в атаку Смоленский полк со словами: «Солдаты! Я и мои дети откроем вам путь к славе! Вперед за царя и отечество!» Сам Раевский был ранен картечью в грудь, но его героическое поведение вывело солдат из замешательства, и они, бросившись вперёд, обратили противника в бегство. По легенде, рядом с Николаем Николаевичем в этот момент шли сыновья: 17-летний Александр и 11-летний Николай. Силы были неравные: полк сдерживал атаки целой армии. Возник момент, когда гибель корпуса казалась неминуемой. В середине русского строя стала образовываться брешь. Где взять новые силы? Как помочь своим солдатам? И тогда Раевский взял своих сыновей, младший, Александр, держался за руку отца, по другую сторону был старший, Николай, со знаменем Смоленского полка. Втроем они побежали навстречу противнику, шедшему в штыки. С удвоенной силой солдаты бросились спасать своего командира и его сыновей и штыковым ударом заставили французов отступить. Однако сам Раевский позднее возражал, что хотя сыновья и были с ним в то утро, но в атаку не ходили.
«Раевский, слава наших дней,
Хвала! Перед рядами
Он первый грудь против мечей
С отважными сынами!» ()
В Смоленске корпусу Раевского опять выпала доля задерживать противника, чтобы он не успел захватить дорогу, по которой отступали две русские армии. У Раевского было 15 тысяч солдат, а Наполеон подвел к Смоленску 185 тысяч. Раевскому говорили: «Вы идете на верную гибель». Генерал отвечал: «В Смоленске я защищаю всю русскую армию, а может быть и Россию». Он уже рассчитал, что Смоленск можно оборонять малыми силами. Город был прикрыт толстой каменной стеной в 5 верст длиной. Ее высокие башни позволяли хорошо видеть и обстреливать атакующего противника. На помощь солдатам подошли 6000 ополченцев, ратников из ближайших городов и деревень. Губернатор Смоленска барон Аш бежал, а жители готовились к защите, углубляли рвы, строили завалы у крепостных ворот. Французы собрали все главные силы под руководством маршала Нея. В 9 часов утра 16 августа к войскам подъехал сам Наполеон. По его приказу открыли огонь 150 пушек, в атаку двинулись три корпуса. Их встретили 70 пушек, но французы прорвались через губительный огонь и достигли рва у городских стен. Им навстречу бросились русские пехотинцы, завязался рукопашный бой. Солдаты Наполеона не выдержали и отступили. Гремели пушки, били барабаны, начались пожары. Наполеон бросал на город все новые и новые дивизии. Из последних сил, истекая кровью, держалась русская пехота. К Раевскому на взмыленном коне примчался офицер-гонец с запиской от Багратиона. «Друг мой! - писал Багратион. - Я не иду, а бегу. Желал бы иметь крылья, чтобы скорей соединиться с тобой. Держись. Бог тебе помощник». И корпус Раевского держался. Весь жаркий августовский день, отражая атаки французской армии. Ночью к Смоленску подоспела сначала армия Багратиона, затем и Барклая. Обескровленный корпус Раевского был сменен корпусом генерала Дохтурова.
Необыкновенный героизм проявил генерал Раевский в Бородинской битве. В самом центре русских позиций господствовала высота, называемая Курганной. Именно здесь развернулись события, ставшие эпицентром всего сражения. «Видя по положению места, что неприятель поведёт атаку на фланг наш и что сия моя батарея будет ключом всей позиции, укрепил я оный Курган», - писал позднее в рапорте Раевский. На высоте были установлены 18 артиллерийских орудий. Вокруг них насыпали бруствер высотой до двух с половиной метров, прорыли ров почти двух метров глубиной, а впереди на расстоянии ста саженей нарыли ловушек, так называемых «волчьих ям». Батарея была создана за одну ночь.
Оборонял высоту пехотный корпус генерала Раевского. Описать в подробностях всё происходившее здесь в день сражения в двух словах невозможно. Французы атаковали, но встретив огонь наших пушек, отступили. Наполеон считал, что для победы ему непременно нужно захватить батарею: погиб один генерал со своим отрядом, потом другой, трое ранены друг за другом. В наших войсках тоже потери: убит молодой генерал граф , даже тело его не удалось найти. Раевский контужен. Курган устлан погибшими телами русских, французов. Французам удалось с очень большими потерями взойти на курган, но дальше их не пустила русская кавалерия. На батарее Раевского было много героев. Когда к концу дня Раевский подсчитал потери своего 7-го корпуса, то отметил, что он «убитыми и ранеными приведён был в совершенное ничтожество». В рапорте он напишет: «Описывать деяния всякого генерала и офицера я не в силах, а отличная их храбрость доказана тем, что почти все истреблены на месте». Корпус Раевского фактически перестал существовать. На следующий день для подкрепления на батарею пришли части дивизии генерала Лихачёва. Оборона продолжилась. Но высоту французы всё-таки взяли, окрестив её «редутом смерти». А в историю это место боя вошло под названием «Курганной батареи», «Батареи Раевского». За оборону этой высоты Раевский был представлен к награде орденом Александра Невского. Кто знает, что могло бы произойти, если бы не стойкость защитников батареи, если бы французы прорвались и сражение пошло бы по другому сценарию? Однако пример защитников только одной высоты и только одной войны говорит о том, что порой небольшая горстка героев способна повернуть ход истории, спасти судьбу Отечества, написать страницу славы в истории страны.
В ходе трехдневного сражения в ноябре под Красным Наполеон потерял около трети своей армии. В этом бою корпус Раевского фактически добил остатки корпуса маршала Нея. Вскоре после этого Раевский вынужден был оставить армию - сказались постоянное перенапряжение сил, а также многочисленные контузии и ранения.
После Отечественной войны 1812 года Раевский жил в Киеве, где был расквартирован вверенный ему 4-й пехотный корпус. Осенью 1824 года Раевский по собственному прошению был уволен в отпуск «до излечения болезни». 1825 год стал самым печальным в жизни генерала. Сначала умерла нежно любимая мать - Екатерина Николаевна, а в декабре, после восстания на Сенатской площади, были арестованы сразу трое близких ему людей: брат Василий Львович и мужья дочерей: Екатерины - и Марии - . Все они были высланы из столицы. К следствию по делу декабристов были привлечены и сыновья Раевского - Александр и Николай. Однако с них подозрения были сняты. В конце следующего года Николай Николаевич навсегда простился с любимой дочерью Марией, уехавшей в Сибирь к своему сосланному мужу. Раевский очень переживал разлуку с дочерью, которую назвали «самой удивительной женой». Умер генерал Раевский в 1829 году.
Николай Николаевич Раевский достоин славы, как и все, кто сражался за свое Отечество, он достоин самой высокой награды - благодарной памяти потомков.
«Мал русских сонм — но вера с ними!
Опять с полками стал своими
Раевский, веры сын, герой!..» ()
