Звучит музыка.
Время героев, обычно ты кажешься прошлым:
Главные битвы приходят из книг и кино,
Главные даты отлиты в газетные строки,-
Главные судьбы историей стали давно.
Год за годом заря над землею вставала,
Поднималась Россия, забыв о былом,
И любовью мальчишек своих баловала,
Как могла, согревала на сердце своем…
Только вдруг 41 ударил огнем,
Подпоясал мальчишек солдатским ремнем…
Звучит песня «Священная война»
Мы знаем, что ныне лежит на весах
И что совершается ныне.
Час мужества пробил на наших часах,
И мужество нас не покинет.
Звучит музыка. На сцену выходят два солдата и присаживаются на пни..
1. Закурим, браток!
2. Да я не курю!
1. Что и никогда не курил?
2. Да нет!
1. Молодец! А я вот особенно перед боем обязательно должен покурить… Может и ты?
2. Да не курю я!
1. Ну и характер у тебя!
2. А что характер – нормальный характер!
1. Вот и я говорю – характер…
2. Знаешь, у меня есть друг – вот это характер! Настоящий русский характер!
1. А что за товарищ?
2. Дружка моего зовут Егор Дремов. Как он воюет рассказывать не буду, хотя он носит золотую звездочку и половина груди в орденах. Человек он простой, тихий, обыкновенный,- колхозник из приволжского села Саратовской области. Егор и до войны был строгого поведения, чрезвычайно уважал и любил мать, Марью Поликарповну, и отца своего, Егора Егоровича. Да и невеста у него из того же села на Волге.
Звучит песня «Бьется в тесной печурке огонь»
Да, вот только случилось с ним несчастье… во время Курского побоища его танк – на бугре, на пшеничном поле был подбит снарядом, двое из экипажа тут же убиты, от второго снаряда танк загорелся. Водитель Чувилев успел вытащить лейтенанта,- он был без сознания, комбинезон на нем горел. Едва Чувилев оттащил лейтенанта, танк взорвался с такой силой, что башню отшвырнуло метров на 50. Чувилев кидал пригоршнями рыхлую землю на лицо лейтенанта, на голову, на одежду, чтобы сбить огонь.
1. Дальше то что?
2. Выжил Егор, хотя лицо его было так обуглено, что местами виднелись кости. Восемь месяцев он пролежал в госпитале, ему делали одну пластическую операцию за другой, восстановили и нос и губы, и веки и уши.
На сцене медсестра снимает повязки с Егора.
Медсестра. Ну вот, родименький. Сейчас мы повязки снимем, и пойдешь ты на поправку быстро, быстро.
Егор. Сестричка, а зеркальце у тебя есть?
Медсестра. Конечно, есть. /Медсестра дала зеркальце и заплакала/.
Увидев свое отражение в зеркале, Егор вздрогнул и быстро вернул его медсестре.
Егор. Бывает хуже. С этим жить можно. Буду проситься на фронт, к своим.
Медсестра помогает Егору встать. Уходят.
3. Вот такая доля солдатская. Признали Егора годным к нестроевой службе. Но он пошел к генералу и стал просить вернуть его в полк. А генерал: «Вы же инвалид», на что Егор ответил: «Никак нет, я урод, но это делу не помешает. Боеспособность восстановлю полностью». Дали ему 20-дневный отпуск для полного восстановления здоровья, и поехал он домой к отцу и матери…
Звучит песня «Эх, дороги…»
В траве по колено леса
И стежки, родные для взора,
И чистые, словно слеза,
За желтым обрывом озера.
И, кажется, дремлют они
В суровые, трудные дни
С вечерней зари до рассвета…
По-новому смотришь на это.
О, юности вечный родник,
Тропа босоногого детства!
Посмотришь,- сливаются вмиг.
Удары орудий и сердца!
Егор. Шестая изба родительская. Колодезь, журавель скрипит. Вот и мама! «Ох, знать бы, - каждый бы день надо писать о себе. Хоть два словечка…» Мама!
Мать сидит возле стола.
Мать. Кто там?
Егор. Лейтенант Громов. /Лишь бы мать не узнала моего голоса…/
Мать. Батюшка, а чего тебе надо-то?
Егор. Марье Поликарповне привез поклон от сына, старшего лейтенанта Дремова. (Мать кинулась к нему и схватила за руки).
Мать. Жив, Егор-то мой? Здоров? Батюшка, да ты зайди в избу-то. Садись, расскажи мне о сыночке! Как он! Здоров?
Егор. Да молодец он, воюет хорошо, командир его хвалит, нужды ни в чем не терпит. Да и здоров он, весел. Воюет на танке, участвует в сражениях. А я вот после госпиталя домой еду, подлечиться и опять в строй!
Мать. Ты скажи, страшно на войне-то?
Егор. Да, конечно, страшно, мамаша, однако привычка.
/Заходит в избу отец/.
Егор. Ну, вот я и говорю, воюем потихоньку.
Отец. Ну что ж, давайте ужинать. Мать, собери чего-нибудь для гостя. Не знай, какая будет весна? Справимся ли с севом?
Мать. Да в деревне одни старики, вся тяжесть на женские и детские плечи легла.
Отец. Этим летом надо ждать конца войны!
Егор. А почему вы Егор Егорович так думаете, что этим летом надо ждать конца войны?
Отец. Народ осерчал, через смерть перешли, теперь его не остановишь, немцу - капут!
Мать. Вы не сказали, когда же Егорушке дадут отпуск, - к нам съездить на побывку? Три года его не видала, чай взрослый стал, с усами ходит… Эдак – каждый день около смерти, чай, и голос у него стал грубый?
Егор. Да вот приедет – может, и не узнаете.
1. Неужто так и не признала мать сына?..
Звучит музыка.
Егор. Скажите, у вас в селе проживает Катя Малышева, Андрея Степановича Малышева дочь?
Мать. Да она в прошлом году курсы окончила, у нас учительницей. А тебе ее повидать надо?
Егор. Сынок ваш просил непременно ей поклон передать.
Мать. Да сейчас, соседскую девчонку за ней пошлю.
Мать уходит. Звучит тревожная музыка. Вбегает девушка. Егор стоит к ней спиной..
Катя. Вы привезли поклон от Егора? А я уж его жду день и ночь, так ему и скажите…
/Подходит ближе. Егор поворачивается и ее как будто кто-то бьет в грудь. Испуг на лице Кати…/
звучит третий куплет песни «Эх, дороги»
Эх, дороги…
Пыль да туман,
Холода, тревоги
Да степной бурьян.
Край сосновый.
Солнце встает.
У крыльца родного
Мать сыночка ждет.
И бескрайними путями – степями, полями-
Все глядят во след за нами
Родные глаза.
Егор. Закрыв лицо руками. Как же быть-то теперь? Как быть?
1. Ну и ну! Так и не признали родители сына?
2. Нет. Вернулся Егор в часть. Решил так, - пускай мать подольше не знает о его несчастье. Что же касается Кати, - эту занозу он вырвет из сердца.
1. Вот это характер! Вот это история!
2. Да это еще не конец!
1. Рассказывай, рассказывай!
2. Представляешь, недели через 2 пришло Егору письмо от матери:
Мать. Здравствуй, сынок мой ненаглядный. Боюсь тебе и писать, не знаю, что и думать. Был у нас один человек от тебя, - человек очень хороший, только лицом дурной. Хотел пожить, да сразу собрался и уехал. С тех пор, сынок, не сплю ночи, - кажется мне, что приезжал ты Егор Егорович бранит меня за это, - был бы он наш сын – разве бы он не открылся… чего ему скрываться, если это был бы он, - таким лицом, как у этого, кто к нам приезжал, гордиться нужно. Уговорит меня Егор Егорович, а материнское сердце – все свое: он это, он был у нас!..
Человек этот спал на печи, я шинель его вынесла на двор – почистить, да припаду к ней, да заплачу, - он это, его это!..
Егорушка, напиши мне, Христа ради, надоумь ты меня, - что было? Или уж вправду – с ума я свихнулась…
2. Это письмо Егор Дремов показал мне и, рассказал эту историю. Я ему: «Вот, говорю, характеры столкнулись! Дурень ты, дурень, пиши скорее матери, проси у нее прощения, не своди ее с ума… очень ей нужен твой образ! Таким-то она тебя еще больше станет любить».
1. Вот и я говорю! Конечно, надо скорее письмо писать. Ведь мать же… ну, дальше-то что? Дальше?
2. Написал он письмо домой, мол, дорогие мои родители, Мария Поликарповна и Егор Егорович, простите меня за невежество, действительно у вас бал я, сын ваш…
/Солдат вытирает слезы./
1. Эх, доля солдатская…
На сцену выходит мать.
Егор. Подходит. Мама, здравствуй, это я!..
На сцену выходит Катя.
Егор. Оторвал от себя мать. Подходит к девушке. Катя, зачем вы приехали? Вы того обещали ждать, а не этого…
Катя. Егор, я с вами собралась жить навек. Я вас буду любить верно, очень буду любить… Не отсылайте меня…
Да, вот они русские характеры! Кажется, прост человек, а придет суровая беда, в большом или малом, и поднимается в нем великая сила – Человеческая красота!
Человек есть то, что он помнит.
Господи, не лиши нас памяти.
Память, не оставь нас!
Музыка.
