№ | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | Δ |
1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 |
2 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 2 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 1 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 9 |
3 | 1 | 2 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 1 | 1 | 0 | 0 | 0 | 2 | 0 | 0 | 1 | 0 | 2 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 24 |
4 | 1 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 1 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 1 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 13 |
5 | 0 | 2 | 1 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 1 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 19 |
6 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 2 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 5 |
7 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 17 |
8 | 1 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 17 |
9 | 1 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 15 |
10 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 9 |
11 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 5 |
12 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 1 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | 3 |
Мы видим наличие одношаговых мутаций кузенов Рюриковичей в различных 32 маркерах (из 67 маркеров). Таким образом, практически половина маркеров в мужской Y-хромосоме кузенов подвержена мутациям. Построим диаграмму соотношения суммы одношаговых мутаций всех кузенов в зависимости от значения маркеров. Наиболее подвержены мутациям 21 и 36 маркеры, при этом 21, 36. 46 и 55 маркеры Вадбольского сами мутировали от нормальных значений остальных кузенов, поэтому мы наблюдаем в этих маркерах локальные максимумы мутаций.

Изучение диаграммы и значений Таблицы № 1 говорит о том, что мутациям подвержены любые маркеры в той или иной степени. Встречаются одношаговые мутации обоих знаков – как плюс, так и минус. Получается, что никакой закономерности в мутациях ДНК у кузенов не наблюдается, она носит случайный характер.
Отметим, что мы анализируем генетические дистанции у кузенов, берущих свое начало от детей Владимира Мономаха, жившего в XI-XII веках (900 лет назад). У него было 8 сыновей, которые родились в конце XI века – в 1076-1100 годах. Кроме того, почти все исследуемые нами титулованные князья Рюриковичи Российской Империи являются потомками Всеволода Большое Гнездо – десятого сына Юрия Долгорукого, ветвью Московских князей. У Всеволода было восемь детей, большая часть которых дала начало Стародубским князьям. Поэтому князья Вадбольский, Гагарин, Кропоткин, Мышецкий, Ржевский и Хилков, довольно близкие родственники, прародители которых завели детей в начале XIII века (800 лет назад). Генеалогия князя Пузына пока точно не известна.
Необходимо понимать, что от XI века к нашему времени генеалогические древа каждого из 8 сыновей Мономаха дали обширные генеалогические ветви, которые многократно расширялись. Некоторые из них были обрублены либо естественными причинами, либо насильственным путем – опричниной Ивана Грозного и казнями времен революции 1917 года. В каждой из ветвей древа происходили самостоятельные случайные мутации, не связанные с мутациями остальных кузенов.
Сравним попарно генетические дистанции между двенадцатью кузенами в Таблице № 3. В отдельную Таблицу № 4 сведем генетические дистанции между известными князьями, имеющими титулы в Российской империи (Вадбольский, Гагарин, Кропоткин, Мышецкий, Пузына, Ржевский и Хилков).
Таблица № 3. Генетические дистанции кузенов Рюриковичей.
Дистанция | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 |
Вадбольский | 0 | 10 | 22 | 13 | 20 | 17 | 18 | 14 | 13 | 11 | 7 | 4 |
Гагарин | 10 | 0 | 23 | 17 | 20 | 9 | 16 | 16 | 17 | 15 | 7 | 7 |
Зайцев | 22 | 23 | 0 | 17 | 16 | 27 | 14 | 20 | 16 | 32 | 24 | 24 |
Карцев | 13 | 17 | 17 | 0 | 18 | 18 | 15 | 15 | 12 | 22 | 16 | 16 |
Кравжик | 20 | 20 | 16 | 18 | 0 | 23 | 7 | 15 | 17 | 27 | 17 | 19 |
Кропоткин | 7 | 9 | 27 | 18 | 23 | 0 | 21 | 20 | 18 | 10 | 6 | 3 |
Кубарев | 18 | 16 | 14 | 15 | 7 | 21 | 0 | 12 | 13 | 25 | 16 | 17 |
Мышецкий | 14 | 17 | 20 | 15 | 15 | 20 | 12 | 0 | 14 | 24 | 16 | 16 |
Подольский | 13 | 17 | 16 | 12 | 17 | 18 | 13 | 14 | 0 | 22 | 14 | 14 |
Пузына | 11 | 15 | 32 | 22 | 27 | 10 | 25 | 24 | 22 | 0 | 12 | 8 |
Ржевский | 7 | 7 | 24 | 16 | 17 | 6 | 16 | 16 | 14 | 12 | 0 | 4 |
Хилков | 4 | 7 | 24 | 16 | 19 | 3 | 17 | 16 | 14 | 8 | 4 | 0 |
Мы видим, что генетические дистанции кузенов Рюриковичей изменяются от минимальных значений 3-4 мутаций (пары Хилков-Ржевский, Хилков-Кропоткин) и 6-7 мутаций (пары Гагарин-Ржевский, Кропоткин-Ржевский), до максимальных значений 276 мутаций (пара Кравжик-Пузына), 27 мутаций (пара Зайцев-Кропоткин) и 32 мутаций (пара Зайцев-Пузына). Большие мутации настораживают, но сильнее удивляют малые мутации в 3-4 шага, что не вяжется с достоверностью ДНК-тестов или общей генеалогией этих родов.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 |


