Газета «Ведомости» Законодательного Собрания Новосибирской области
Главная | Экономика | Время симулякров
Время симулякров
№66(1445) от 01.01.2001
Об экономическом кризисе, путях выхода из него и эффективном государственном управлении, без которого России не выжить, «Ведомостям» рассказал Александр КИСЕЛЬНИКОВ, руководитель Новосибирскстата, доктор экономических наук.
— Александр Андреевич, 25 лет назад в России отказались от плановой экономики и начали создавать рыночную. Что мы в итоге приобрели, а что потеряли?
— Из крупных достижений: исчез дефицит почти всего, кроме денег. Второе — можно достаточно свободно выехать за границу и посмотреть мир, опять же при наличии денег. До последнего времени такая приятная возможность была доступна 10—15 процентам населения, в зависимости от региона, сейчас в 2—3 раза меньше. Из неприятного: мы потеряли треть территории страны, причём самую лучшую — с тёплым климатом, пригодную для земледелия, с выходом к Балтике, тёплым морям и западной границе. Если взглянуть на территориальные изменения с исторической точки зрения, Россия отброшена примерно на 500 лет назад.
В течение 20 лет, с 1992-го по 2012 год, шёл процесс депопуляции. Превышение смертности над рождаемостью составило 13,5 миллиона человек. Вымирают в основном русские — государствообразующий этнос. После двухлетней передышки в 2013—2014 годах процесс депопуляции в России возобновился: в первом полугодии 2015 года смертность превысила рождаемость на 61 тысячу человек. К сожалению, на обозримую перспективу прогноз не утешителен. В детородный возраст вступает поколение, родившееся в ельцинский период —1990-е годы. Оно почти вдвое малочисленней, чем предыдущее поколение, родившееся в брежневский период — 1970—80-е годы.
С экономической точки зрения, страна резко деградировала — и количественно, и качественно. Теперь это не вторая экономическая сверхдержава в мире с диверсифицированной самодостаточной экономикой, а развивающаяся страна сырьевой ориентации с сильной внешней зависимостью по очень многим позициям.
С социально-демографической точки зрения, Россия сейчас очень старая и больная нация. Средний возраст жилет. Про страны с такими демографическими параметрами — мало молодёжи, много стариков и больных, высокий коэффициент нагрузки на трудоспособное население — говорят: «Больной человек Европы». Мы не одни такие, в Молдавии, на Украине и странах Балтии ситуация аналогичная. Но нам от этого не легче.
Что касается социальных болезней нашего общества, то ситуация ещё хуже. Вице-премьер правительства РФ Ольга Голодец, курирующая социальный блок, заявила, что ей неизвестно, чем занята половина трудоспособного населения страны. Добавим сюда безработных, бомжей, алкоголиков, наркоманов, преступников, профессиональных бездельников, рантье и прочие не занятые общественно полезным трудом слои населения — и получим удручающую картину.
— При интеграции нашей экономики в мировую нынешний кризис был неизбежен?
— Да, при таком революционном сценарии, который был реализован в России в 1991-м, это было неизбежно. После разрушения Берлинской стены и объединения Германии ФРГ более четверти века ежегодно вкладывает в восточные земли (бывшая ГДР) около 100 миллиардов евро. Это понизило уровень жизни в западных землях, но и восточные немцы, как показывают соцопросы, сейчас менее счастливы, чем были. Но ГДР — это 12 миллионов человек, а Россия — около 150 миллионов. И в нас не вкладывают ресурсы, а выкачивают все годы после распада Союза. СССР и зона его влияния — второй мир, примерно 40 процентов территории планеты — выступали в качестве «дойной коровы» для мировой капиталистической системы и продлили её агонию примерно на 30 лет.
В 2016 году исполняется 100 лет со дня выхода работы «Империализм как высшая стадия капитализма». Мы наблюдаем финиш этой «пьесы», написанной классиком. Складывается впечатление, что сейчас глубина и масштаб мирового кризиса капитализма намного сильнее, чем в 1930-е годы, что привело ко второй мировой войне.
— Выступая перед законодателями на публичных слушаниях по закону об областном бюджете на 2016—2018 годы, вы выделили 2013 год. Что в нём особенного?
— В 2013 году созданная в России модель экономики — симбиоз сырьевой и потребительской — достигла высших после распада СССР параметров и остановилась. Это называется стагнацией. Дальше начался спад основных социально-экономических показателей, который продолжается два года. С точки зрения экономической динамики, 2013 год похож на 1913-й и 1988-й. 1913-й — высшая точка развития Российской империи, дальше пошло втягивание страны в первую мировую войну, затем революция 1917 года… 1988 год — высшая точка, достигнутая в рамках советской цивилизации, дальше спад, и через два года Советского Союза не стало.
Никого из официальных лиц такая аналогия не встревожила. Продолжали натужно готовиться к Олимпиаде в Сочи, выгребая на это и подобные мероприятия ресурсы, которые могли быть использованы на развитие. В том же году были внесены некоторые изменения в налоговое законодательство. В результате крупные сырьевые компании и вертикально-интегрированные холдинги резко сократили платежи в местные бюджеты. Все субъекты Федерации Сибирского федерального округа получили глубоко дефицитные бюджеты и вынуждены были прибегнуть к заимствованиям в коммерческих банках.
Всё это произошло до падения мировых цен на нефть, украинского кризиса и санкций Запада, явилось следствием накопленных внутрироссийских проблем.
— Сегодня существует мнение, что мы достигли дна кризиса, и в 2018 году начнётся рост экономики. Вы с ним согласны?
— Никаких объективных оснований у подобного прогноза нет. Для обеспечения в стране экономического роста на один процент необходим рост инвестиций на два процента, а они у нас падают, особенно в реальный сектор и инфраструктуру. В большинство объектов и отраслей уже десятилетиями ничего не вкладывается. Например, крупнейший инвестиционный проект в СФО последнего десятилетия — Ванкорское месторождение нефти. Но это в районе Туруханска, где люди не живут. В самом же Красноярске никаких заметных капиталовложений нет. Вот пришло указание из центра — законсервировать строительство метро в Красноярске, Омске и Челябинске. А ведь финансировались эти проекты из федерального бюджета в течение почти 30 лет. В Омске даже метромост через Иртыш построили и дату пуска в эксплуатацию первой очереди объявили. А теперь губернатор говорит, что эта «игрушка» им не по карману.
— Насколько оправдываются надежды на частные инвестиции?
— Частный капитал вкладывает инвестиции в расчёте на прибыль. Напомню знаменитое заключение Маркса: «Капитал не терпит маленькой прибыли, как природа не терпит пустоты… Но при 300 процентах прибыли нет такого преступления, на которое он бы не пошёл даже под страхом виселицы».
Американский делец Джеффри Сакс, бывший в 90-е годы главным советником Ельцина и Гайдара по рыночной экономике, в недавнем интервью вновь напомнил о себе. Говорит, всю голову изломал, пытаясь найти ответ на вопрос: что же конкурентоспособного может предложить азиатская часть СНГ мировому рынку? И сам же отвечает: «Только нефть и наркотики, больше ничего».
В 2014 году «чистый отток» капитала из России составил 151 миллиард долларов, это больше, чем в кризисном 2009-м — 135 миллиардов. При отсутствии запрета на трансграничное перемещение капитала это закономерно. Инфляция в стране 15 процентов, а ставки за кредит выше 20. Для сравнения: в США и странах ЕС инфляция около нуля, а ставки за кредит два-три процента.
Население в России, а в Новосибирской области особенно, исчерпало свои возможности выступать в качестве инвестора. Оно сильно «закредитовано». Поэтому бум в жилищном строительстве прекратился. По европейским меркам основная часть населения у нас бедная, а в последнее время явно прослеживаются тенденции обнищания. Для сравнения: в «несчастной» Греции минимальная зарплата — 680 евро, а у нас около 100.
— Некоторые аналитики считают, что усиливается вторжение государства в экономику и это плохо, это отход от рынка.
— Рынок в классическом понимании — времён Адама Смита — давно умер, он убит монополиями. В 1998 году цена на нефть составляла 12 долларов за баррель, в 2007-м — 145, в 2015 — 45. Сейчас объём реального предложения нефти на мировых рынках всего на 1,2 % превышает потребление, а цена упала в 2,5 раза. О каком рыночном регулировании может идти речь?
В России сегодня доминируют частные предприятия — около 90 %, если считать в единицах, а не в объёме выпускаемой продукции. Они друг друга душат на радость врагам России и «пятой колонне»: монополисты — потребителей, сырьевики — переработчиков, крупные — мелких. В общем, социал-дарвинизм — сильный ест слабого. И давно бы задушили, если бы не госрегулирование. Но государство не может нести ответственность за дела «эффективных менеджеров», которые под вывеской государства действуют в России последние четверть века. Есть такое слово «симулякр» — копия того, чего в реальности нет.
Без чёткого и компетентного госуправления России не выжить. Это предполагает такой уровень профессионализма и ответственности, что желающих занять государственные должности: министров, депутатов, губернаторов — будет очень мало, силой будут назначать. Пока этот момент не наступил.
Зоя ЛАВРОВА
Фото Валерия ПАНОВА
« По европейским меркам основная часть населения у нас бедная, а в последнее время явно прослеживаются тенденции обнищания. Для сравнения: в “несчастной” Греции минимальная зарплата — 680 евро, а у нас около 100».
