Научно-практическое наследие доктора юридических наук, профессора Петра Васильевича Логинова.
Безусловно, имя Логинова Петра Васильевича не вызывает никаких вопросов и хорошо известно юридическому сообществу более старшего поколения. Однако, к огромному сожалению, юристы молодого поколения, включая представителей правовой науки, юридической практики и студенчества, не только не знакомы с научными трудами процессуалиста, педагога, профессора, доктора юридических наук , но и мало что знают о личности Уважаемого ученого.
Петр Васильевич Логинов родился 04 июня 1922 года в д. Шуклино Ярцевского района Смоленской области. Научно-педагогическая деятельность связана с двумя высшими учебными заведениями. В 1950 г. он окончил Московский юридический институт, поступил в аспирантуру. В 1953г. защитил кандидатскую диссертацию на тему: «Свидетельские показания в советском гражданском процессе». С 21 января 1954г. он становится преподавателем кафедры гражданского процесса Московского юридического института. После слияния данного института и юридического факультета МГУ им. в сентябре 1954 г. занимал последовательно должности старшего преподавателя, доцента кафедры гражданского процесса.
Ученая степень доктора юридических наук была присвоена в 1973г. за докторскую диссертацию, которая посвящена проблемам государственного арбитража,– «Сущность государственного арбитража и принципы применения его органами норм советского права при разрешении хозяйственных споров». С 1975г. он становится профессором кафедры гражданского процесса юридического факультета МГУ им. .
Перечисленные факты рассказывают нам об этапах профессионального пути . Однако до начала своей научной и педагогической деятельности Петру Васильевичу Логинову пришлось преодолевать иной, более тяжкий путь военной жизни. Он стал участником Великой Отечественной Войны в возрасте 20 лет. Молодой лейтенант Красной Армии практически сразу же после призыва становится командиром огневого взвода 6 батареи 569 истребительно-противотанкового артиллерийского полка РГК. В октябре 1943 года был дважды ранен, однако, несмотря на ранения, продолжил командовать своим взводом[1]. «Под ураганным огнем противника уничтожил два пулемёта…За умелое руководство, достигнутые боевые успехи и проявленное мужество»[2] в ноябре 1943 года был представлен к награде ордена Отечественной Войны II степени. Награжден орденом Красной звезды и орденом Отечественной Войны I степени.
Учитывая столь неординарные факты из жизни ученого, особенно любопытно проследить за кругом его научных интересов.
С научными взглядами можно ознакомиться в его работах: монографиях, научных статьях, учебниках, учебных пособиях, рецензиях. Всего было опубликовано более 60 научных работ профессора. Он был соавтором ряда учебников и учебных пособий: «Нотариат в СССР»; «Советский гражданский процесс»; «Сборник задач по советскому гражданскому процессуальному праву» (1972); «Арбитраж в СССР» (1973); «Принципы гражданского процесса в СССР и ЧССР» (1985), участвовал в работе над «Комментарием к ГПК РСФСР» (1976), а также был автором самостоятельных работ: «Решение государственного арбитража» (1964); «Сущность государственного арбитража (1968); «Предварительная подготовка гражданских дел к слушанию в суде» (1960) и т. д.
Большинство работ посвящены проблемам государственного арбитража.
В его сочинениях рассматриваются вопросы функции государственного арбитража, принципы арбитражного процесса, решения органов государственного арбитража, проблемы сущности арбитрирования, вопросы совершенствования деятельности органов Госарбитража, представительство в Госарбитраже и место прокурора при рассмотрении хозяйственных споров.
Так, занимаясь осмыслением функций органов Госарбитража, профессор выделял главные и производные функции.
Главной функцией Госарбитража считал правоохранительную функцию, то есть защиту гражданских прав социалистических организаций.
К производным функциям относил правотворческую и праворазъяснительную деятельность, а также внутрисистемное руководство (действия по руководству нижестоящими арбитражами) и руководство внутриструктурными подразделениями (действия по руководству госарбитрами). «Надлежащая организация последних двух функций предопределяет все остальные функции», – писал профессор[3].
подвергал критике позиции тех авторов, которые относили к функциям Госарбитража полномочия Госарбитража, рассмотрение споров и арбитрирование. Он считал, что деятельность органов Госарбитража определяется осуществлением его функций и полномочий. Другими словами, «деятельность по осуществлению полномочий является производной от деятельности по осуществлению функций»[4]. Рассмотрение хозяйственных споров он относил к способам осуществления функций, а арбитрирование – к методам защиты гражданских прав.
В научных взглядах обращает на себя внимание определение в качестве одной из функций органов Госарбитража правотворческой функции.
Так, несмотря на то, что государственный арбитраж не относился к судебным органам, а являлся специальным органом по разрешению имущественных споров, допустимо утверждать, что профессор в своих работах не только затронул проблему судебного нормотворчества, но также высказывал весьма смелые взгляды относительно возможности наделения нормотворческими полномочиями органы Госарбитража, считая, что наличие такой функции у государственного арбитража не только не противоречит принципу законности, а напротив, укрепляет законность в правотворчестве, способствует совершенствованию хозяйственного законодательства, устраняет пробелы в правовом регулировании хозяйственной деятельности и повышает юридическую культуру.
В свете изменений, которые произошли в последние годы в процессуальном законодательстве, а также многочисленных дискуссий относительно нормотворческих полномочий судебных органов, можно сказать, что подобные идеи профессора далеко опережали время, в которое он жил.
также уделял внимание проблемам принципов Госарбитража. С целью дальнейшего совершенствования деятельности Госарбитража профессор предлагал законодательно закрепить в качестве отдельного самостоятельного принципа принцип независимости арбитров от незаконных предписаний и подчинение их только закону.
По мнению , независимость арбитров не исключала возможность пересмотра принятых арбитрами постановлений. Напротив, такой пересмотр являлся гарантией реализации данного принципа.
Все же надзорная функция, как считал профессор, должна оставаться за главным арбитром и его заместителями. Однако такой надзор не должен был касаться вопросов факта и права. Это означало, что независимые арбитры не должны были безоговорочно исполнять указания главного арбитра. Обязательными для арбитров могли быть лишь указания, касающиеся действий, которые будут способствовать всестороннему, полному и правильному разрешению спора.
Профессор критиковал ученых[5], которые относили к принципам арбитражного процесса принцип солидарности хозяйственных интересов социалистических организаций.
утверждал, что данный принцип лежит в основе хозяйственного законодательства, а не арбитражного процесса. Однако профессор также полагал, что «между принципом солидарности хозяйственных интересов и арбитражным процессом существует связь, которая выражается в том, что указанный принцип находит свое отражение в доарбитражном урегулировании спора и арбитрировании»[6] (в арбитражном процессе, по мнению , в отличие от гражданского процесса возможна стадия доарбитражного урегулирования спора).
Так, «принцип, который лежит в основе материального права, находит свое выражение и в арбитражном процессе, что позволяет сторонам спора самостоятельно разрешить свой спор до арбитража, либо, обращаясь к помощи арбитража – разрешить спор путем заключения соглашения. В этом и выражается проявление принципа материального права в арбитражном процессе, что еще раз доказывает связь между материальным и процессуальным правом»[7].
поднимал также проблему сущности понятия арбитрирования в арбитражном процессуальном праве. Он не был согласен с теми авторами, которые относили данное понятие к принципам арбитражного процесса или функциям государственного арбитража[8]. Считал, что арбитрирование есть метод разрешения хозяйственных споров и определял арбитрирование как процесс разрешения спора самими сторонами с участием третьего лица – арбитра, компетентного в вопросах права и экономики.
Занимаясь также вопросами совершенствования деятельности государственного арбитража, профессор предлагал законодательно закрепить правотворческую функцию органов Госарбитража; отнести к компетенции Госарбитража споры, связанные с признанием недействительными локальных нормативных актов, издаваемых промышленными объединениями; наделить Госарбитраж правом законодательной инициативы, то есть предоставить государственному арбитражу право вносить официально проекты нормативно правовых актов в правотворческий орган; расширить круг споров, подлежащих разрешению в арбитражной форме[9].
Стоит отметить, что на некоторых этапах развития арбитражного процессуального законодательства и законодательства, регулирующего деятельность судебных органов по разрешению экономических споров и споров в сфере предпринимательской деятельности, каждое из указанных предложении в той или иной степени нашло в них свое отражение.
Кроме проблем арбитражного процесса, также занимался вопросами гражданского процессуального права. В частности, есть ряд работ, посвященных исследованию правовой природы иска.
придерживался процессуальной концепции иска. Такое понимание иска было неординарным взглядом на проблему иска в научном сообществе того времени.
«Правовая основа иска такова, – писал профессор,– что иск имеет процессуальную природу[10]».
Ученый разграничивал право на обращение в суд за судебной защитой и право заинтересованного лица заявлять определенные требования к обязанному лицу. Первое он относил к институту процессуального права, считал такое обращение средством защиты, а второе – к институту материального права, признавая такое требование предметом защиты. «Осуществление указанных прав регулируется различными отраслями права»,– писал [11].
Так, «иск, несмотря на тесную связь с материальным правом, нельзя определять как двустороннее явление, включая в него материально-правовое требование истца к ответчику, в противном случае такое требование окажется одновременно и средством защиты и предметом защиты»[12].
Отсюда профессор определял понятие иска как обращение заинтересованного лица в суд посредством подачи искового заявления для защиты в предусмотренной законом форме нарушенного или оспариваемого права или охраняемого интереса.
не только не разделял двойственную концепцию иска, но также утверждал об отсутствии и бессмысленности понятия «элементы иска».
Профессор не был согласен с теми учеными, которые пытались решить вопрос тождества дел в гражданском процессе путем индивидуализации исков по двум его элементам. считал, что деление процессуального средства защиты на составные части (элементы) нецелесообразно и не способствует выявлению тождества дел. «Нет никакого смысла в индивидуализации исков и их делении на элементы. Теоретически такие действия суда необоснованны», – утверждал [13].
Для определения тождества гражданских дел предложил сравнивать споры, так как согласно гражданскому процессуальному законодательству предметом индивидуализации на любой стадии процесса является именно спор, а не иск. Спор можно индивидуализировать по трем признакам: сторонам, предмету и основанию.
Особое место в научной деятельности Петра Васильевича Логинова занимают проблемы унификации терминов и понятий, а также вопросы систематизации гражданского процессуального права.
«Неоднозначность употребления терминологии нельзя признать положительным явлением ни для законодательства, ни для судебной практики. Унификация понятийного аппарата и терминов имеет большое значение также и для науки», – считал профессор[14].
Необходимость построения стройной системы ГПК, которая будет соответствовать постоянно развивающимся гражданско-правовым отношениям, профессор связывал с обширностью и противоречивостью законодательства. А для достижения целей систематизации гражданского процессуального законодательства он предлагал провести серьезные научные разработки[15].
В публикациях есть и работы, которые характеризуют его не только, как ученого-процессуалиста, но и как человека, который активно болел за укрепление народной демократии в различных странах, которые попали в советскую сферу влияния в послевоенные годы[16].
Рассмотренная в докладе проблематика затрагивает малую часть тех концепций и идей, которые составляют содержание научных трудов профессора . Но даже этот незначительный обзор его научных взглядов дает нам возможность судить о проникновенности исследовательской мысли ученого и неординарности его мышления.
После ознакомления с научным наследием Уважаемого профессора, складывается впечатление, что характер, который формировался и закалялся в годы ВОВ, в дальнейшем предопределил и повлиял на научную жизнь и деятельность профессора.
Научные работы отличались смелостью, а предлагаемые профессором концепции выделялись новизной и оригинальностью для своего времени. Допустимо утверждать, что характер заявленных им идей свидетельствует о некоторой революционности его научных взглядов. Такое высказывание научных мыслей, резко отличающихся от господствующей в доктрине парадигмы, можно охарактеризовать проявлением некого «научного героизма». Принимая во внимание указанные выше обстоятельства жизни профессора , становится очевидным, что по-другому и не могло быть.
Петр Васильевич Логинов скончался в Москве в 1994 году.
[1] Из наградного листа от 01.01.2001г. //с официального сайта www. podvignaroda. ru
[2] Там же.
[3]Логинов государственного арбитража и методы его деятельности. // Повышение роли государственного арбитража в механизме социалистического хозяйствования. М.: Изд-во ИГиП АН СССР. 1981. С. 29-40.
[4]Логинов же.
[5]Логинов совершенствования деятельности государственного арбитража. // Проблема социалистической законности. Республиканский межведомственный научный сборник. – Харьков: Вища шк. Изд-во при Харьк. Ун-те, 1978. Вып. 3. С. 52-58.
[6] О проявлении в арбитражном процессе норм материального права, выражающих солидарность хозяйственных интересов и взаимопомощь социалистических организаций. // Вопросы развития и защиты прав граждан. Межвузовский тематический сборник. – Калинин: Изд-во Калинин. Ун-та. 1977. С. 106-114.
[7] Логинов же.
[8] Логинов – метод разрешения хозяйственных споров. // Советское государство и право. - М.: Наука. 1970. № 3. С. 87-92.
[9] Логинов совершенствования деятельности государственного арбитража. // Проблема социалистической законности. Республиканский межведомственный научный сборник. – Харьков: Вища шк. Изд-во при Харьк. Ун-те, 1978. Вып. 3. С. 52-58.
[10]Логинова - средство реализации права на обращение в государственный арбитраж для защиты прав и охраняемых законом интересов социалистических организаций. // Процессуальные средства реализации конституционного права на судебную и арбитражную защиту. Межвузовский тематический сборник. – Калинин: Изд-во Калин. Ун-та. 1982. С. 144-155.
[11]Логинов иска и исковая форма защиты права. // Советское государство и право. - М.: Наука. 1983. № 2. С. 100-105.
[12]Логинов же.
[13] К вопросу об элементах иска в гражданском процессе. // Проблемы социалистической законности. Республиканский межведомственный научный сборник. – Харьков: Вища шк. Изд-во при Харьк. Ун-те. 1982. Вып. 10. С. 48-52.
[14] Об унификации терминов и понятий института иска. // Проблемы применения и совершенствования гражданского процессуального кодекса РСФСР. Сборник научных трудов. – Калинин: Изд-во. Калин. Ун-та. 1984. С. 25.
[15] О системе Гражданского процессуального кодекса РСФСР и некоторых вопросах гражданского процесса. // Советское государство и право. –М. Наука. 1956. № 8. С. 51-61.
[16] Логинов в национальные комитеты – новый шаг в укреплении народной демократии в Чехословакии. // Советское государство и право. – М.: Наука. 1954. № 6. С. 101-103.
