Творчество . Традиция экспрессионизма в ленинградском искусстве 1950-х – 1980-х гг (стр. 1 )

На правах рукописи

Творчество . Традиция экспрессионизма

в ленинградском искусстве 1950-х – 1980-х гг.

Специальность 17.00.04 – Изобразительное и декоративно-прикладное искусство и архитектура

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата искусствоведения

Санкт-Петербург

2012

Диссертация выполнена на факультете истории искусства НОУ ВПО «Европейский университет в Санкт-Петербурге»

Научный руководитель: доктор искусствоведения, профессор

Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор

кандидат искусствоведения, доцент

Ведущая организация: ФГБОУ ВПО «Санкт-Петербургская государственная художественно-промышленная академия им. »

Защита состоится 23 января 2013 года в 13 часов на заседании Диссертационного совета Д 210.003.01 по защите докторских и кандидатских диссертаций в ФГБУК «Государственный Русский музей» Инженерная ул., д.4

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Государственного Русского музея.

Автореферат разослан « 22 » декабря 2012 года.

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат искусствоведения

I. Общая характеристика работы

Актуальность темы исследования:

В последние годы в отечественном искусствоведении все более усиливается интерес к изучению как общих процессов, происходивших в ленинградском искусстве 1950-1980-х гг., так и к творчеству отдельных художников. Как особый художественный феномен рассматривается неофициальное ленинградское искусство, анализируются основные художественные тенденции времени, школы, объединения. Творчество ленинградского художника Соломона Моисеевича Гершова – как пример уникального индивидуального опыта, и в контексте ленинградского искусства обозначенного периода, – представляет несомненный интерес для изучения. Художник, получивший начальное образование в Витебске в легендарный период, когда там преподавали М. Шагал, К. Малевич, Л. Лисицкий, В. Ермолаева; сформировавшийся в среде ленинградского авангарда 1920-х, прошедший опыт общения с К. Малевичем, П. Филоновым, С. Гершов в ленинградском искусстве 1950-1980-х гг. был одним из тех, кто соединял разорванную «цепь времен», синтезировал традиции классического искусства и поиски авангарда 1920-х. Ленинградскими неофициальными художниками 1970-х гг. С. Гершов воспринимался одним из тех, кто сохранил и сделал возможным освоение традиций оригинального и пластически убедительного русского и советского искусства 1910-1920-х, опыта различных формотворческих разработок в мировом искусстве ХХ в.

Позднее творчество С. Гершова развивалось в русле экспрессионистской традиции.

Всплески «экспрессионизма» периодически возникали в искусстве ХХ в., заставляя всматриваться в истоки этого направления, в его природу, особенности метода, в характер экспрессионистского мироощущения целого ряда советских художников и в 1920- 1930-х гг., и в послевоенный период.

Влиянию экспрессионизма на советское искусство была посвящена глава в книге «Экспрессионизм» 1931 г. В книге «Синтетическая история искусств» 1933 г. к экспрессионистскому движению из русских художников отнесен В. Кандинский и впервые намечены параллели творчества П. Филонова с экспрессионизмом. После Второй мировой войны «проблема экспрессионизма» обостряется. В 1966 г. в сборнике «Экспрессионизм: Драматургия. Живопись. Графика. Музыка. Киноискусство» автор статьи о живописи Г. Недошивин мотивирует необходимость подобного издания актуальностью проблем экспрессионизма – одного из наиболее влиятельных модернистских течений на Западе – для современной зарубежной культуры. А также признает, что и для советского искусствознания экспрессионизм нельзя считать чисто академической проблемой, имеющей только историческое значение.

В последнее десятилетие в поле пристального внимания искусствоведов находится феномен «русского экспрессионизма». Эту проблему на материале разных видов искусств затрагивают статьи в сборниках «Русский авангард 1910-1920-х годов в европейском контексте», «Русский авангард 1910-1920- х гг. и театр», «Русский авангард 1910-х –1920-х гг. и проблема экспрессионизма» (статьи , , ). Сборник «Русский экспрессионизм. Теория. Практика. Критика» (2005 г.) стал первой российской антологией, где собраны манифесты экспрессионистов группы И. Соколова, фуистов, эмоционалистов, их стихи, проза, переводы и статьи современных авторов, посвященные природе русского экспрессионизма, его взаимодействию с другими художественными направлениями 1920-х гг., проблемам его изучения. В статье к альбому «Экспрессионизм. Эстетика маргинального искусства в России ХХ в.» (2006 г.), автор текста А. Балашов, прослеживая линию экспрессионизма на материале отечественного изобразительного искусства вплоть до конца ХХ в., рассматривает разные типы представлений об экспрессионизме в России.

Различные формы экспрессионистской традиции у ленинградских художников круга А. Арефьева, школы О. Сидлина, случаи абстрактно-экспрессионистической живописи 1960-х гг. коротко очерчивает в книге «Художники «Газа-Невской культуры» (1990). Обширная статья того же автора «Орден непродающихся живописцев» и ленинградский экспрессионизм» была опубликована в 2011 г. в альбоме, изданном «Новым музеем» к выставке художников круга А. Арефьева.

Исследование творчества С. Гершова расширяет представление о формах существования экспрессионизма в ленинградском искусстве второй половины ХХ в., помогает понять истоки и пути проникновения экспрессионистских тенденций в художественную среду этого периода. ершова, по определению М. Германа, вписывается в тип художников «третьей струи» или «третьего пути». Сегодня очевидно – нередко именно эти художники, не стремясь соответствовать господствующей идеологии, но и не сближаясь с андеграундом, являют наиболее ценные в художественном смысле образцы творчества, наиболее неоднозначные примеры освоения и индивидуального преломления той или иной традиции.

Степень изученности темы:

Творчество Соломона Моисеевича Гершова фактически не исследовано. Искусствоведческое «невнимание» к нему обусловлено целым комплексом причин, в частности, почти полным исчезновением работ художника 1920-х – начала 1950-х гг.: два ареста, война, лагеря. В распоряжении исследователя, таким образом, оказывается в основном лишь корпус поздних работ С. Гершова – с 1956 г., когда он был реабилитирован, до смерти в 1989 г. Поэтому в немногочисленных публикациях, компенсируя отсутствие информации о ранних художественных опытах С. Гершова, акцентируется драматическая судьба еврейского художника; факты обучения у лидеров авангарда – М. Шагала, П. Филонова, К. Малевича; дружба с Д. Шостаковичем, Э. Гариным, общение с Д. Хармсом, А. Введенским, Н. Заболоцким.

Впервые живопись Гершова была соотнесена с экспрессионизмом в 1929 г., в рецензии на его персональную выставку в ленинградском Доме искусств. Критик «Вечерней Красной газеты В. Гросс определил художника как «прививку немецкого экспрессионизма на нашей почве». В 1965 г. в Лондоне состоялась выставка С. Гершова. В голландской газете «Альгемен Хандельсбладн» появилась статья «Еврейское изобразительное искусство живет еще в СССР». Образцы позднего творчества Гершова также оцениваются здесь в контексте экспрессионизма: как свидетельство жизненности в России традиции Шагала и Сутина, очевидной для критика «в резких линиях и смелых красках» живописного стиля Гершова.

Первыми искусствоведческими работами о творчестве С. Гершова можно считать статьи , написанные в середине 1970-х гг., доработанные в начале 2000-х, посвященные портретам и серии «Микеланджело». В единственной на сегодняшний день искусствоведческой работе, посвященной творчеству С. Гершова в целом – статье «В контексте времени» (2004 г.)– частично рассмотрен круг проблем, тематика, творческий метод художника, обозначены моменты соприкосновения, как с советскими авангардистами 1920-х, так и с европейскими художниками начала ХХ в. Здесь же проницательно отмечены «притяжения-отталкивания» Гершова с наследием экспрессионизма, «отдаленные переклички с некоторыми из экспрессионистов»(Х. Рольфс, отчасти Э. Нольде, В. Моргнер, О. Кокошка).

Как представляется, связь художника с экспрессионизмом более принципиальна и глубока. Природа экспрессионистского стиля С. Гершова двояка. С одной стороны, это экспрессионизм в его расширенном толковании – художественный язык, ориентированный на выражение сути предметов и явлений, эмоциональный, страстный, субъективный, подчеркнуто индивидуальный. С другой стороны, экспрессионизм поздних работ С. Гершова обнаруживает взаимосвязь с идеями, образами, иконографией «классического» – немецкого экспрессионизма, с творчеством отдельных мастеров, связанных с этой традицией в других странах (О. Кокошка, Ж. Руо), с экспрессионистским мироощущением, представленным в русском искусстве конца XIX в. некоторыми произведениями М. Врубеля, Н. Ге, с опытами русских неопримитивистов начала ХХ века. Позднее творчество С. Гершова, в котором особую группу составляют работы по мотивам произведений классиков еврейской литературы, а также композиции, посвященные еврейским праздникам, ритуалам, национальному быту, генетически близки явлению т. н. «еврейского экспрессионизма».

Главный источник представления о раннем периоде творчества С. Гершова его Воспоминания, начатые в конце 1979 г. Это рефлексия над прошлым, не лишенная оттенка авторской мифологизации. Гершов не только вспоминает – сознательно формирует у потенциального читателя образ художника par exellenсе, каким хотел бы остаться в истории. Его отношение к М. Шагалу, работа с П. Филоновым, общение с К. Малевичем, которых он считал своими главными учителями, представлены как результат осмысления зрелого мастера. Самоопределение по отношению к их творческим системам сформулировано с позиции своего собственного сложившегося художественного языка, а реальный процесс поиска, заблуждений, открытий сглажен, отфильтрован временем. О своем интересе к экспрессионизму в 1920-х гг. С. Гершов в Воспоминаниях не говорит ни слова, предпочитая считать себя «политеистом» в искусстве. Гершову было свойственно скрывать источники вдохновения и уж тем более прямого влияния. Но факты свидетельствуют о том, что художник, активно ищущий в 1920-х свой стиль, не мог не определиться по отношению к экспрессионизму.