Обсуждение

Обсуждение:

·  (): У меня краткая ремарка. Есть такое село, называется оно Иг. Иг – по-коми это одновременно поле и холм. Вот этот Иг был знаменит тем, что там было много деревянных церквей, большой каменный храм, и кое-что осталось. Была, в частности, там и церковь Параскевы-Пятницы. Каменный фундамент этой церкви остался – все остальное разрушено. Меня очень интересовала судьба этой церкви, и вот однажды я беседовал с пожилым достаточно информантом, и я его спросил, что там было. Я услышал совершенно фантастическую информацию, что это была церковь во имя Пятницкого! /…/

Не обсуждали ли Вы эти вопросы со священством? Вы не размышляли по поводу тех диагнозов, которые часто неправильно ставят священники по поводу этих народных «заблуждений»?

(Ответ): Да, разумеется да. Размышляли. Анализу современной ситуации мы намерены посвятить большой исследовательский проект. Анализ показывает, что в момент утраты контроля церкви над определенной жизнью верующих стали происходить такие вещи, которые должны нас навести на размышления по поводу двоеверия и изживания его в процессе восстановления современного состояния культуры. Дело в том, что контроль этот утрачен, и сразу как-то практики религиозные стали приобретать такие черты, которые можно было бы назвать языческими. Но, если мы предположим, что язычество где-то боролось с православием за выживание в какие-то минувшие века, мы не видим как бы преемственности. То есть складывается такая ситуация, когда церковь перестает ее контролировать, православие начинает принимать такие, я бы сказал, общечеловеческие черты. Сразу выкристаллизовываются такие практики, с которыми безуспешно православие борется в течение многих веков, считая, что оно борется с язычеством, хотя оно борется просто с такой редакцией, видимо, любой религии.

(): Касательно того, как церковь видит эти народные обряды. Мне представляется, что вообще очень интересно собственно не говорить о том, что церковь ставит правильный или неправильный диагноз, но я бы, например, вообще говорил, что сфера погребальной обрядности в христианской культуре не имеет вообще отношения к религиозной проблематике, как правило. Но дело даже не в этом, а интересно было бы посмотреть, как церковь собственно посредством чина исповеди, еще какой-то литературы, проповеднической деятельности выстраивает, собственно говоря, эту сферу народных суеверий: что туда попадает, а что не попадает? И можно ли говорить здесь о какой-то унифицирующей стратегии, или все-таки это достаточно девиантные ситуации, которые в приходском, монастырском центре как бы одни, они распространяются на соответствующую округу, а в другом уже более или менее другие. Там, скажем, книжка, изданная в Троице-Сергиевой Пустыни с чином исповеди – они одна, а где-нибудь в Сибири – она другая.

(Ответ): Тут, при анализе такой ситуации нужно учитывать, кто говорит и кому выгодно. Дело в том, что интересы церковных иерархов, людей, которые контролируют церковное образование, приходских священников, церковных литераторов, иногда бывают очень разными. Дело в том, что это имеет отношение к нашей теме. Если высшее руководство церкви заинтересовано в нивелировке почитания разных святынь, то люди из клира, которые контролируют почитание этих святынь, заинтересованы, наоборот, в победе в этой конкуренции. И поэтому и те и другие будут заинтересованы в поддержании разной атмосферы вокруг тех или иных почитаемых объектов. В разного ранга документах будет одна и та же информация преподнесена по-разному.