Мы – дети войны

Мы – дети войны

Статьи записаны учениками АИТГ со слов своих родственников: бабушек и дедушек, которые помнят тяжелые годы Великой Отечественной войны.

Статья 1

Я, (1934 года рождения, 14 декабря), помню все.

Когда мой отец уехал на фронт, мы с мамой и старшей сестрой Машей (1929г. рождения) остались в городе Алчевске. Потом, когда немцы захватили город, мы вместе с родственниками из г. Ирмино (сейчас Теплогорск) пешком добирались на родину мамы и папы в Белгородскую область (Россия). В пути мы были два месяца. Шли проселочными дорогами, еды не было. Просили у людей, но не все давали, потому что война была для всех. Ночевали на улице в деревнях.

Некоторые дороги были заминированы и на наших глазах погибали люди от взрывов этих мин. Когда мы добрались в ту деревню, где жили родственники наших родителей, наступила осень. Немцев уже не было в тех местах, а полицаи вели себя ужасно. Меня и мою старшую сестру чуть не зарубили топором лишь за то, что мы собирали ветки для растопки русской печки. Когда наступила зима, то в избе на стенах был иней. Топить было нечем. Спичек не было, чтобы затопить печку брали огонек у соседей. Электричества в деревне не было, приходилось пользоваться искусственными светильниками (каганец, сделан из ваты и масла). В таких условиях родилась моя младшая сестра Лидия Михайловна (сейчас Кондакова) в январе 1943 года.

Только в январе 1943 года я пошла в школу. Это было приспособленное помещение. В комнате в два ряда стояли парты. На одном ряду сидели ученики первого класса, на другом ряду – второго класса. Проводила занятия одна учительница. Когда ученики 1-го класса читали, второклассники решали примеры и задачи по математике. Во вторую смену в этом же классе занимались ученики 3-го и 4-го класса. Тетрадей не было, писать приходилось на оберточной бумаге, на газетах. Учебник был один на весь класс. После уроков собирались в избе, которая побольше и вслух по очереди читали. В школе тоже было холодно, сидели на уроках одетыми.

Старшая сестра Маша ходила в школу в другое село, которое находилось в пяти километрах. Идти приходилось через поле, лесопосадку. Зимой было страшно, иногда встречались волки.

В летнее время школьники собирали в поле колоски, чтобы не пропало ни одного зернышка.

Переживали и голод, и холод, но нас как могла, поддерживала наша дорогая мама (1908 года рождения). Ей было очень трудно, но она нас сберегла. Самое страшное было то, что мы не знали в то время где наш отец, жив ли? Он тоже не знал, куда делись мы. Только в июле 1944 года он разыскал письмом нас в той деревне. Сколько радости было – не передать!

Военное время было очень трудное, но мы выжили. Назад в Алчевск нас привез наш дедушка Илья (отец нашего отца). Это уже было после войны, осенью 1946 года.

Радостной была наша встреча с отцом, который вернулся с фронта.

Жить после войны было тоже тяжело. Голод 1947 года. Хлеб давали по карточкам. Норма была по 100 грамм детям и по 200грам взрослым на день. Все было дорого. Но и это пережили.

Но теперь мы рады, что наши внуки живут в мирное время и хотим, чтобы их жизнь была спокойной, радостной и счастливой.

Записал ученик АИТГ Кондаков Антон cо слов бабушки

Дурициной Зинаиды Михайловны,

Статья 2

Мой дедушка – родился в 1931 году.

Когда закончилась Великая Отечественная война, ему было всего 14 лет. В то время он уже работал на железнодорожном вокзале, помогал разгружать вагоны взрослым людям, таким образом он обеспечивал семью, в которой без него было еще трое детей, а отец остался один после войны, мама погибла во время бомбежки.

Дедушка всегда вспоминал то время со слезами на глазах, уж видно очень больно ему пришлось все это пережить, будучи маленьким мальчиком.

Моя бабушка – . Родилась в 1935. Во время войны ей было 10 лет. Уже в это время она работала в совхозе наравне со взрослыми людьми. Ее отец и мать тоже работали в совхозе, так как в семье было четверо детей, а рабочих рук тогда в совхозе не хватало. Отцу бабушки выдали бронь и поэтому он не воевал. Но даже не уходя на фронт ему пришлось очень тяжело, он работал конюхом и поэтому все время был занят тяжелой работой. А еще бабушка рассказывала, что у них в доме жили немцы и благодаря им они выжили, немцы их не обижали, угощали продуктами. Особенно ей запомнились конфеты и сахар.

Материал подготовила ученица АИТГ Калмыкова Екатерина

со слов Калмыковой Ольги Михайловны и Антипиной Раисы Лукьяновны

Статья 3

У нас была большая, дружная семья, когда папа - (1912 г.) ушел на фронт, остались мама - (1909 г.), две ее сестры, бабушка, я и брат 10 месячный, а также наша двоюродная сестра. Эвакуироваться не смогли, так как бабушке было 77лет, а брат слишком маленький, мы остались в оккупации. Жили мы в двухкомнатной квартире по улице Менжинского в районе ЖКО. Мой младший брат умер, по приходу немцев.

Помню, как однажды моя тетя ездила обменивать вещи на продукты, так как кушать было нечего. Она обменяла свои платья на горстку риса, из которого мы сварили суп. А в этот момент у немцев был пьяный дебош, и они ходили по домам собирали посуду(попросту сгребали все что было на столе),и вот они зашли к нам, а у нас на столе стояла кастрюля с супом, немцы уже хотели вылить его, но тетя их остановила, и перелила содержимое, а саму кастрюлю все-таки немцы забрали.

В1941 году фронт остановился в районе Дебальцево, со временем в 1942 году немцы заняли Коммунарск и пошли на Северный Кавказ и Сталинград.

Когда пришли немцы, для запугивания местного населения повесили партийного работника на здании бывшего Дворца Пионеров. Завод был остановлен, доменные печи закозлены, трубы мартеновских печей взорваны, оборудование прокатного цеха вывезено на Урал.

Немецкая воинская минометная часть располагалась в районе ЖКО. Квартировали немецкие солдаты и офицеры в домах вместе с жителями. В нашем доме у соседей также поселились немцы.

Простые немецкие солдаты относились к населению более лояльно. Например, помню, я тогда был еще маленьким, когда немецкие солдаты давали местным ребятишкам куски сахара. Но при появлении офицера всякие контакты с нами прекращали, а мы разбегались от них по своим «углам». В оккупации город был около полутора лет. При отступлении немцы казнили наших людей, которых они забрали в заключение. Для этого была вырыта большая яма, люди брошены в нее, облиты бензином и сожжены. Сейчас, в районе дворца культуры имени Карла Маркса, на этом месте стоит памятник погибшим Город был освобожден от немцев в начале осени 2 – 3 сентября 1943 года. Сразу после этого началось восстановление завода.

Записала ученица АИТГ Задорожная Елена

со слов дедушки Виталия Анатольевича

Статья 4

Моя бабушка, (девичья фамилия Циркова), родилась в селе Казинка Куркинского района Тульской области. Когда началась война, ей было десять лет.

Она рассказывала мне о том, как летом 1941 года их территория была оккупирована немцами. Бабушке до сих пор страшно вспоминать, как автоматчики первыми вошли в их село. На лучшие дома они ставили специальные знаки, выбирая для себя жилье. Затем в селе появились регулярные части. Немцы стали отбирать домашний скот, продукты, ценные вещи у жителей. Бабушку с двумя сестрами и братом, ее мамой и больной бабушкой выгнали из комнаты и поселили в кухне. Спали они на полу, вместе с ними в кухне жил немец-врач, который хорошо говорил по-русски, подкармливал их и которого недолюбливали немцы, жившие в их доме.

Вскоре бабушкиного брата, которому было 16 лет, угнали в Германию, но по дороге он бежал из эшелона и попал на фронт. Брат бабушки вернулся домой уже после освобождения их села от немцев, получив ранение.

Однажды немец-врач, который жил с ними в кухне, предупредил их, что через несколько дней через село пройдет линия фронта и им нужно спасаться. Но спрятаться они не успели. Всех жителей села немцы собрали и погнали пешком в соседнее село за 7 км от них. Там людей загнали в большой подвал и два дня продержали без еды и воды. Периодически немцы заходили в этот подвал и стреляли из автоматов поверх голов. Потом всех людей фашисты выгнали из этого подвала. Село, в котором они находились, было сожжено дотла.

Бабушка со своей мамой и старшей сестрой возвращались домой, везя на санках старенькую бабушку и младшую сестру. Когда они подошли "ближе к селу, то увидели одни только печные трубы на месте домов — их село тоже было сожжено. Но недалеко виднелась зеленая металлическая крыша их дома и они подумали, что он не сгорел. Это оказалось не так.

До освобождения села советскими солдатами оставшиеся в живых односельчане все вместе жили в одном-единственном сохранившемся, доме.. Моя бабушка и еще четверо членов ее семьи спали на одной кровати, подставим доски и табуреты.

Отца моей бабушки, Циркова Степана Андреевича, забрали на фронт в самом началe войны, а затем пришло извещение о том, что он пропал без вести под городом Льгов в 1942 году. Больше о нем ничего не известно.

Записывала ученица АИТГ Матвеева Александра

со слов Матвеевой Марии Степановны.