Мужчины не плачут?
Про гендерные различия в последнее время приходится много рассуждать. То про барышень спросят: «А зачем вы девочку в биологическую школу отдаете? Да еще с такой нагрузкой! Она же у вас принцесса, пусть лучше танцует!» То очень напористо пытаются доказать, что мальчики плакать не должны, поэтому пусть я ребеночку каких-нибудь таблеточек выпишу, а то он плачет. Плачет, когда кто-то ломает его башню, которую он строил все утро. Плачет, когда мама уходит и оставляет его в саду. Плачет, когда на улице большие мальчишки его обидным словом назвали. Значения слова он не знает, но понимает – это что-то плохое. И бежит к маме, с плачем утыкается ей в живот, путано пытается объяснить... А мама ему внушительно: «Немедленно перестань размазывать сопли. Ничего страшного не случилось, подумаешь, обозвали».
Самое удивительное, что он перестает плакать и молча идет в свой угол. Правда, что-то там горячо шепчет под нос. Подозреваю, что сочиняет всяческие жуткие казни для обидчиков. Я спрашиваю маму, почему и зачем она не даёт мальчику плакать? Ответ меня не сильно удивляет, правда, отчасти сердит. Оказывается, для мамы самой НЕПЕРЕНОСИМО его горе, она не может видеть, как её ребенку плохо. Она чувствительная и отзывчивая, поэтому когда он плачет - у неё перехватывает горло и подступают слезы. А ей в детстве объяснили, что плакать стыдно, вообще позор. Поэтому она и сама не плачет, и сыну не даёт.
На приеме стали с одной мамой раскапывать её собственные детские чувства и переживания, а там – тишина. Пустота и молчание. Помнит, как стоит посреди комнаты и ждёт, пока обида пройдёт. «Чего вам сейчас хочется?» - спрашиваю я. «Чтобы все чувства исчезли и их не было», - отвечает она. Мама запрещала плакать и возмущаться, вообще, любые негативные эмоции были вне закона. И годам к семи девочка так хорошо научилась всё вытеснять и блокировать, что теперь, когда пятилетний сын позволяет себе швырнуть в стену игрушку и, топая ногами, вопить: «Дура! Дура! Дура!» - её накрывает волна паники и ярости одновременно. Паника потому, что накажут, а ярость потому, что она воспринимает сильную эмоцию сына как свою собственную. Вы поняли? С одной стороны, мама находится в полнейшем слиянии (симбиозе) с ребенком, так, как будто он - всё еще часть неё, а не другое, ОТДЕЛЬНОЕ существо. Именно ПОЭТОМУ она так хорошо его понимает. Но с другой стороны, раз малыш – часть мамы, то и реагирует она на него совершенно бессознательно как на саму себя: «Что ты ревешь, тряпка, соберись!» Повторяет она автоматически слышанные в детстве слова матери, с её же интонациями.
Потом из этих мальчиков вырастают красивые и сильные мужчины, они влюбляются-женятся, и тут оказывается, что их жены ХОТЯТ, чтобы муж был чувствительным! Чтобы понимал, разделял, сочувствовал, сопереживал. Догадывался о настроении, ловил невербальные знаки. А у него это всё отшиблено. Ребенок учится воспринимать эмоциональный фон в младенчестве, от мамы. Помните, все эти приговаривания «А кто это у нас тут проснулся? А что это у нас такая мордочка недовольная? А, мы, наверное, описались?» - ну, и так далее. Сначала описались, потом ушиблись, потом злая девочка в песочнице отобрала машинку - обидно же! А мама рядом, она называет чувства, смутные ощущения в теле, непонятные переживания. Названные, они становятся понятными, привычными, ребенок овладевает всем списком. Или НЕ овладевает. Если мама сама не слишком-то дифференцирует свои эмоции, её словарь состоит из пяти-шести обозначений состояния: хорошо, плохо, нормально, я бешусь, весело. Отличить «грустно» от «досадно» или «тревожно» она просто не в состоянии. Да, за малышом самым подробным образом ухаживают, водят на развивалки, делают массаж, он опережает в росте возрастные нормы. Но совсем, совсем не различает внутреннее состояние. Порой даже понять – он голоден или хочет в туалет – не может.
Став взрослым, такой человек просто не может назвать, что именно с ним происходит. - Что с тобой сейчас? - Мне плохо. - Как тебе плохо? Грустно, скучно, страшно, обидно - как? - А вот не знаю.
И начинается: «Я думаю, что...», «Мне надо сделать так...» Да не надо! Тем более сделать. Первично - почувствовать. Так вот, возвращаясь к теме плачущих мальчиков. Хочется сказать: «Мамы, вы уж определитесь с легендой. Вам нужен Рыцарь без страха и упрека, Супермен, Герой и Мачо ?» Хорошо. Но тогда готовьтесь получить в комплекте всё, что прилагается: нечуткость, наплевательство на отношения ради цели, неумение договариваться и идти на компромиссы. Или вы хотите видеть рядом друга, помощника, близкого человека? Тогда в нагрузку пойдут и слёзы, и неумение стоять стеной (потому что у стены по определению чувств нет), и очень неловкие страхи в обычной, в общем-то, ситуации. Понимаю, что вы сейчас скажете. Да, хочу, чтобы был чутким и нежным, но не хочу, что вырос «размазнёй», не способной достигать целей и деньги зарабатывать.
На самом деле, воспитать того, кто и младенца перепеленать сможет, и карьеру достойную сделает, вполне возможно. Но хорошо бы осознавать: что и для чего мы делаем. Вот когда стыдим малыша:«Что ты ревёшь, как девчонка?»- это мы зачем?
Наше общество изменилось за последние 50 лет без войн и катастроф. То, что раньше было необсуждаемым условием выживания - стойкость, игнорирование собственных чувств, способность долго и без жалоб терпеть лишения и боль, стало атавизмом, признаком архаического строя. Понятно, что в ситуации террора, голода, оккупации чувствовать – смертельно опасно. Ты рассыплешься, развалишься, умрёшь от ужаса, если хоть на минуту, на секунду задумаешься о том, что сейчас с тобой происходит, что делают с тобой другие люди. Включается одна из древнейших и мощнейших психических защит - изоляция, когда чувства и эмоции запираются в самом дальнем углу души, а ключ от замка выбрасывается в никуда. Потом война заканчивается, террористический режим сменяется более гуманным, людей перестают похищать и убивать без суда и следствия. А НАВЫК остается. И вот оно, уже третье и четвертое поколение, выросшее без войн и (почти) без насилия. А мамы всё продолжают растить из сыновей воинов, разведчиков и пламенных борцов. Хотя современный мир нуждается в новых мужчинах: внимательных, чутких, способных сопереживать. Поверьте, умение распознавать свои чувства и чувства других людей даже в суровом бизнесе - важнейший залог успеха.
НУ А ТЕПЕРЬ О ТОМ, ЧТО ЖЕ НАДО ДЕЛАТЬ МАМЕ,
КОГДА ЕЁ РЕБЕНОК ЯВНО ЧЕМ-ТО РАССТРОЕН И ПЛАЧЕТ?
1. Перво-наперво - обнять и приласкать.
Неважно, что там на самом деле произошло. Сейчас ему больно, и грустно, и хочется, чтобы утешили. Не надо квохтать вокруг и причитать, просто прижмите его к себе и гладьте по голове. Кстати, и ваши собственные слезы и комок в горле так переждать легче. Главное, не рассыпайтесь от сочувствия сами. Вы сейчас - сама надежность и сила.
2. Разобраться в ситуации.
Задайте спокойным голосом проясняющие вопросы. Не уличающим и прокурорским тоном: «А ты сам-то куда смотрел? А точно они первые напали?», а внимательно: «А что было до этого? А потом? А ты?»
3. Всё это для того, чтобы назвать его (малыша) чувства правильно.
Когда напали старшие мальчишки - ему, наверное, больно было и страшно? А когда просто ушибся об угол, потому что летел сломя голову - просто больно? Или ещё и обидно?
4. Когда чувства названы, они становятся управляемыми, с ними можно взаимодействовать.
На этом этапе слёзы обычно уже высыхают и ребенок в состоянии обсуждать произошедшее. Поговорите с ним, если он хочет, или поцелуйте в макушку и пусть бежит играть дальше. Длительность и интенсивность горевания - важный симптом. Если ребенок плачет очень уж громко, хотя вам кажется, что проблема того не стоит, присмотритесь более внимательно к повреждениям, возможно, в первые секунды вы чего-то не заметили, я помню, как однажды утешала вопящего во всё горло сына, а он что-то совсем уж не успокаивался, а потом оказалось, что вся его спина – сплошная рана, а под майкой не было заметно.
Но бывает и так, что дети замечают : на обычные обращения мама реагирует вяло, зато стоит зареветь – прибегает как миленькая. Если это ваш случай, просто договоритесь с ребенком о каких-то других сигналах, кроме включения аварийной сирены. Ну, и постарайтесь относиться к его горестям более чутко. В силу возраста и житейского опыта мы понимаем, что оплакиваемые проблемы «выеденного яйца не стоят», но дети-то пока этого не знают. Для них – всё серьезно.
В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ, СТОЙКОСТЬ И ОТВАГА ВОСПИТЫВАЮТСЯ СОВСЕМ ИНЫМИ СРЕДСТВАМИ, НЕЖЕЛИ ПРИВЫЧКОЙ ИГНОРИРОВАТЬ СОБСТВЕННЫЕ ЧУВСТВА.
НА САМОМ ДЕЛЕ, ВПОЛНЕ РЕАЛЬНО ВОСПИТАТЬ ТОГО, КТО БУДЕТ УСПЕШЕН В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ, КТО СМОЖЕТ И С МЛАДЕНЦЕМ УПРАВИТЬСЯ, И КАРЬЕРУ ДОСТОЙНУЮ СДЕЛАТЬ. НО ХОРОШО БЫ В ПРОЦЕССЕ ОСОЗНАВАТЬ: ЧТО И ДЛЯ ЧЕГО МЫ ДЕЛАЕМ.
