(урожд. Ушанова). Из воспоминаний об отце

(урожд. Ушанова). Из воспоминаний об отце[1]

Шел 1937 год. Я училась в Боровичском педучилище. Восьми лет, в 1931 году, я осталась сиротой, умерла мать 42-х лет. Нас у отца осталось пять человек детей да старая его мать, наша бабушка Саша. Меньше меня был братик, ему не было и трех лет. Вот и жили такой семьей, в трудностях. 30 октября 1937 года арестовали и увели отца свои, деревенские мужчины. Сделали обыск, со стены сняли семейную фотокарточку да книгу «Порт-Артур», и все. Больше ничего не нашли, а это забрали.

Я узнала о случившемся только 31 октября, пошла раньше на занятия и встретила знакомых. Они мне и рассказали обо всем. Начались мои муки, а не жизнь. Долгое время я ходила к тюрьме и к местам, где велись допросы арестованных. Я надеялась, что встречу отца, но нет, напрасно. Я носила в тюрьму передачи по четвергам, каждую неделю. Принимали только белье, а съестное нет [не принимали]. Это длилось недолго. 29 ноября 1937 г. его расстреляли. Осужден был 20 ноября.

Мы ничего не знали, но передачи перестали принимать и говорили – выбыл. Я не успокаивалась и ходила очень долго. Но вот однажды старший брат меня попросил, чтобы я больше не искала отца, и сказал мне, что его нет в живых. А потом показал его шапку, а кто передал, так и не сказал, даже перед своей кончиной. Он умер в 2000 году, брат Василий. Он поддерживал все семью. Был портной, обшивал всех нас, мне даже платья шил. Был он нам и за отца, и за мать.

На момент ареста отца младшему братику, Леше, было 9 лет. Ему очень было трудно, он много плакал, все ждал отца. А однажды, успокаивая меня и бабушку, сказал такие слова: «Маня и бабушка, вы не плачьте, крестный сказал, что нас не бросит». Братик умер на моих глазах в Опеченской больнице от менингита в 1939 году.

Братья старшие - Василий, 1910 года, Иван, 1912 года, и Александр, 1917 года, воевали в Великую Отечественную войну. Василий и Иван были ранены, а Александр пропал без вести.

Я работала с ребятишками Пирусского детдома. Была дочкой «врага народа». Жила очень трудно. Третий курс техникума окончила в 1940 году заочно. В 1939 году началась Финская война, и многих из нас направили на работу.

Видела я, как колонны солдат отправлялись на фронт защищать Родину и в Финскую, и в Великую Отечественную войну, но видела и колонну арестованных, которых угоняли куда-то. Они шли на железнодорожную станцию, окруженные конвоирами с винтовками. А я стояла не один раз на обочине дороги и глазами искала своего отца.

Первый запрос об отце в прокуратуру я сделала после освобождения Ленинграда. Мне ответили, что дело переслано в Новгород. Дождалась ответа, он был таков: «Отец осужден без права переписки на 10 лет лишения свободы Тройкой выездного суда. Ходатайства бесследны» [бесполезны?]. Листочек я не сохранила, а текст запомнила. Этот ответ мне вручили под расписку в Особом отделе Опеченского района. За ним пришлось идти по проселочной дороге 25 км от деревни Речка до Опечинского Посада, пропустив рабочий день.

В 1991 году я обратилась вновь в Новгородскую прокуратуру. Письменного ответа не получила, но ко мне на работу выехал представитель, который и объяснил, что отец расстрелян. После я получила свидетельство о смерти, где было написано: причина смерти – расстрел, а где похоронен -- [прочерк].

В 1994 моя внучка, Таня Лученкова, училась в Боровичском автодорожном колледже. Их группа работала на Егольском кладбище, благоустраивали мемориал. Вот она мне и сказала, что на кладбище ставили памятные кресты и там есть крест «Жертвам политических репрессий».

Я съездила на кладбище, но ничего не узнала об отце. Через некоторое время почтовый работник приносит мне газету «Красная искра», где опубликован полный список расстрелянных и похороненных на Егольском кладбище. Всего 531 человек. Список этот был в трех номерах газеты.

В первом номере значился и мой отец – , 1880 года рождения, уроженец дер. Лазница Боровичского района, крестьянин. Расстрелян 29.11.1937.

После получаю документ о его реабилитации.

Архивное дело № I а/12531.

В 1995 году получила справку о своей реабилитации за № 13 – 215-95.

Искренне благодарю работников секции Российской ассоциации жертв политических репрессий за их кропотливый труд.

Спасибо, что они многим из нас раскрыли тайну [гибели] наших невинных близких родных людей и указали место их захоронения. В частности, [спасибо] бывшему председателю секции Петру Михайловичу Подобеду и другим, которых уже нет в живых. Вечная им память, а живым всем доброго здоровья.

30 сентября 2005 года

Подпись: М. Лученкова, 83 года.

[1] Фрагмент из воспоминаний (2005). Рукопись воспоминаний (тетрадь, 8 с. ) передана (урожд. Ушановой) в 2008 в Музей средней школы №8 г. Боровичи (Новгородской обл.). С 2010 хранится в Музее «Колючая память Гулага» профессионального лицея № 8 г. Боровичи. При публикации настоящего фрагмента орфография и пунктуация оригинала приведены к современным нормам.