Воспоминания бывалого солдата.
Мы уступили Смоленск, впереди защита Москвы от французов. Командование передано князю Кутузову над всеми армиями нашими…Перед главнокомандующим Александр I поставил основную задачу: французы ни в коем случае не должны дойти до Москвы. Их нужно остановить! И решено это было сделать именно около села Бородино. Враг уже находится на границе Смоленско - Московской губернии.
Кутузов не знает еще, что сдан Смоленск, но уже выехал к армии. Наш полк присутствовал при приезде Кутузова, и запомнил из его слов я только: «…И с такими молодцами все отступать да отступать?» Помню, как все даже усмехнулись. Потом нас увели ближе к селу.
Нам сказали, что примерно силы равны… И еще: смоленские дороги были расположены так, что Наполеон не смог бы обойти наши войска с флангов и попасть к нам в тыл. Все мы испытывали страх…да…да…это было очень страшно. Но мы были готовы принять удар французов. И даже мой давний друг и соратник Савва, с которым мы служили уже четвертый год, говорил, что ему страшно, хотя раньше я никогда от него такого не слышал. Он всегда уверен в том, что нас нельзя победить. Как - то жутковато, но Кутузов, отец родной всех солдат, нас подбадривает.
Мы, точнее наш полк, был под командованием Багратиона, который отличался умением быстро ориентироваться в сложной боевой обстановке и умением принимать стратегически правильное решение. Мы уже начали готовиться к защите…Нам сказали, что французы уже в ста километрах от нас. Мы готовы ко всему.
Пока я сидел и начищал свою саблю, ко мне подошел Савва и сказал, что ему передали письмо от родственников, и там написано, что его жена скоро родит. Он просто прыгал от счастья. И еще там написано, что они его ждут и любят…
Кутузов уже находился в деревне Горки, а его штаб в деревне Татариново. Также краем уха я услышал, что у нас шестьсот орудий и около ста двадцати тысяч человек. Кутузов узнал, что французы хотят обойти с фланга, и укрепил полк Багратиона. Мы были возле флешей, уже виднелась армия Наполеона. Французы подходили медленно. Цель их - сначала пробиться через егерей, после пройти через Утицкий лес и напасть на южные флеши.
Наш командир Воронцов все повторял: « Отбить первый удар…отбить первый удар…» Он дал нам наказ, что если наши флеши возьмут, то тем, кто выживет, идти в отступ ближе к основной армии.
Началось… Боже, как все-таки страшно! Началось нападение, начался обстрел позиций левого фланга, больше часа егеря отбивались от четырехкратно превосходящего противника, однако под угрозой обхода с фланга отступили за реку Колочу. Вслед за ними переправился и сто шестой линейный полк французов. Барклай де Толли направил на помощь первый, девятнадцатый и сороковой егерские полки, которые сбросили французов в реку и сожгли мост через Колочу.
Половина нашей дивизии полегла при первом ударе … Я никогда не забуду это кровавое месиво, когда на моих глазах убивали, резали, рубили моих товарищей… Теперь наша задача была бороться за центр позиции, теперь мы бились за батарею Раевского.
Рейд русской конницы позволил отвлечь внимание Наполеона….Мы до сих пор бились, это было жутко, но мы держались. Пушечное ядро пролетело мимо меня и попало в какого-то солдата. Он отлетел и полег без дыхания.
Я ударил саблей француза в живот, он начал задыхаться и упал весь в крови. Тут я увидел, что Савву окружили три француза, он героически отбивался. Но один из французов сзади пырнул его маленьким кинжалом. Я бежал, как мог! Положил этих французов, даже не заметив как. Мне было одновременно страшно, горько, жалко…
Савва лежал весь в крови, я его взял на плечо и сказал : «Держись, брат, держись!» Он был для меня как брат. Я его на себе потащил через все поле, он был без сознания. Для меня будто время остановилось. Мне уже ничего не было страшно, я боялся лишь за него. Тут Савва очнулся и попросил меня, чтобы я оставил его возле дерева… где деревня. Еще попросил, чтоб я позаботился о его малютке, жене и матери. Отца у него не было. Умер от болезни.
Я поклялся, что позабочусь о них. Его рука ослабела, он улыбнулся и сказал: « Прощай, брат». И тишина. Я не заплакал, нет, я завыл, завыл как зверь.
Французы почти взяли Утицкий курган и вынудили нас отойти и встать на одну линию с войсками, ранее оборонявшими Семеновские флеши. Мы оставили первоначальные позиции и отступили примерно на один километр. До вечера велась неутихающая артиллерийская перестрелка…и поле боя было похоже на кровавое озеро. Но мы выстояли. Многих потеряли, а Наполеон начал терять веру в свое всемогущество.
Французы вынуждены были отступить на исходный рубеж. А ночью мы начали отступать к Москве, где и началась у меня болезнь очень сильная. Часто и долго болела голова, я начал многое забывать. Меня отвезли домой в Тулу.
После выздоровления отправился я навестить родных Саввы. Я плохо помню, что говорил, но помню слезы, много слез… Я узнал, что у Саввы родился сын и он очень похож на отца.
Так что вот… вот так мы воевали за Москву. Теперь ты вырос, внучек, и должен это знать. Много героев той битвы. Но они себя так никогда не назовут. Они очень скромные. Но они для вас, внучек, Родину спасли! Береги ее! Родина, как и мать, у нас одна!
Захаров Игорь. 7 класс.
