Здравствуйте, сударыня матушка. Прошу извинить меня за столь долгое отсутствие новостей. Как появилось время, я пишу Вам.
Дорогая моя, я очень тоскую по Отчему дому. Как Вы там? Как здоровье? Как сестры Мария и Екатерина, брат Иван и Василий? Так тяжело находится вдали от вас, не знать, что с вами, где вы, живы ли нет. Война раскидала людей по России, и меня закинула далеко от Вас… Матушка, не волнуйся за меня. Да, я молод, да, не по собственной воле попал сюда, но я буду бороться за всех: за вас, родных моих, за себя и за всю Русь - матушку.
Сейчас я нахожусь в районе села Бородино. Генерал Кутузов сказал, что здесь будет дано главное сражение с армией противника. Несколько дней назад было сражение под Смоленском. Очень тяжело осознавать, что пока мы терпим поражение. Погибло уже много моих товарищей, страшно думать о том, что завтра могут убить и меня. Сегодня 23 августа, вчера мы отступали от Смоленска и остановились здесь. Все измотаны этой войной, отдых очень напряженный, восстановить силы трудно. Не знаешь, чего ожидать от этих чертовых французов! Вдруг они даже сейчас наблюдают за нами, рассчитывают, как лучше нанести удар? Но я надеюсь на лучшее.
Каждый день я засыпаю с мыслями о доме. Скоро я буду с вами. Я в это верю. Матушка, люблю вас всех. Твой сын Владимир.
Здравствуйте, сударыня матушка. Снова пишу я Вам. Сегодня 24 августа. В данный момент я нахожусь в госпитале, сегодня был бой под Шевардино. Думаю, что инициатива переходит в наши руки! Мы выиграли это сражение!
Ты не волнуйся, ранение не серьезное. Мне говорят, что скоро выздоровею. Надеюсь, что смогу участвовать в главном Бородинском сражении. Ох, и наваляем мы французам!
Мне радостно и одновременно грустно. Сегодня погиб Сережа, мой боевой друг и товарищ. Он был мне как брат. Никак не могу поверить, что его больше нет. Как пережить это, мама? Когда закончится эта война? Надежда живет во мне, но больно все равно от этих смертей. Люди гибнут на глазах, и нет конца и края этому ужасу.
Сегодня мне снился сон. Там были сестра Мария и Екатерина. Я бежал к ним, но не мог догнать. Как будто они бежали от меня вдаль… Как мне не хватает вас, родные.
Вот и все. Я стараюсь передавать вам все новости о себе, чтобы вы не волновались. Но времени почти не остается, поэтому мои письма такие короткие. Я просто хочу, чтобы вы знали, что я жив.
Твой сын Владимир.
Здравствуйте, матушка! Вот и наступил этот день, 25 августа. Идет подготовка к последней битве, под Бородино. Во всей армии напряжение и тревога. Генералы наши продумывают каждую деталь, солдаты набираются сил, пишут письма своим родным. Конечно, никто не может быть уверен, что останется жив после завтрашнего дня.
Я иду на поправку. Думаю, завтра я смогу встать в общий строй и идти сражаться. Хотя доктора говорят, что состояние мое оставляет желать лучшего, но я чувствую себя хорошо и не хочу сидеть сложа руки, зная, что другие гибнут во имя Родины.
Жаль, что я не могу пока отправлять письма каждый день. Мне бы очень хотелось знать, что происходит там, в моем родном селе, где все родные мне люди, ты, матушка. Тяжело, наверно, без сына старшего. Но ничего. Ваня растет богатырем и Вася. Надеюсь, что у вас все хорошо. Все живы, здоровы.
Завтра я обязательно пришлю вам весточку о себе и все свои письма, которые храню и не могу отправить.
Действительно, страшно думать, что завтра снова бой, снова будут гибнуть люди, раздаваться выстрелы и гром орудий. Может, я умру завтра, но я надеюсь на лучшее.
Сегодня снова снился сон. На этот раз я видел там отца. Не знаю, к чему это, когда видишь мертвых. Он улыбался мне и звал к себе. Странно видеть человека вот так, совсем рядом, когда не видел его вживую уже много лет. И снова я думаю о вас. С нетерпением жду нашей с вами встречи.
Твой сын Владимир.
Здравствуйте, Агафья Петровна. Не знаю, как начать свое письмо к Вам. Не могу выразить всех чувств, которые я испытываю и как описать случившееся. Ваш сын, Владимир.. Он погиб. Получив тяжелое ранение в область сердца, он скончался. Два дня лежал в госпитале, бредил во сне. Врачи пытались спасти ему жизнь, но, к сожалению, все было безуспешным… В госпитале он написал вам еще одно письмо и попросил меня отдать его вам.
Не знаю, может ли моя боль от утраты этого человека быть больше вашей… Я сочувствую всей вашей семье. Письма – единственное, что осталось здесь от него. И, конечно же, память. Примите мои соболезнования. Павел Митин.
Здравствуй, мама. Наверно, в последний раз я пишу тебе.
Шести часов еще не было, когда со стороны Шевардинского редута грянул одинокий пушечный выстрел. Воздух вздрогнул. Грохот пронесся по полю, раскатываясь в разных концах его тягучими отголосками, и, наконец, растаял в глубокой утренней тишине. Прошло несколько минут. Грянул еще выстрел, еще и еще. Поползла ружейная трескотня. И вдруг земля застонала и затряслась от грома орудийных залпов. Свирепый рев канонады наполнил собой долину. Среди ее мирных холмов взвились клубы пламени и дыма. И в то же самое мгновение свист ядер прорезал все видимое человеческому глазу пространство в тысяче направлений. Именно в этот момент я понял, что назад пути нет. Страха не было, каждый осознавал, что этот бой будет последним в этой войне и в его жизни.
Французы начали отбстреливать левый фланг. Это продолжалось около получаса.. Со всех сторон был слышен грохот, звон шпаг, стрельба… Все было в пыли, сам воздух горел. На земле было огромное количество умерших, много крови и наших солдат, и противника. Потом сражение приостановилось. Французы откатились. Смерть маршала Даву была хорошим ударом по ним.
В этот момент я находился на Багратионовых флешах. Недолго французы были обескуражены. Через некоторое время они начали наступление. Не помню, как меня ранили, как дальше продолжалась битва, как все закончилось, как несли в госпиталь… Когда очнулся, мне сказали, что положение тяжелое. 1 сентября было собрание, на котором было решено сдать Москву…
Мне кажется, что скоро мои мучения закончатся. Не суждено мне узнать, чем закончится эта тяжелая война. Но я все равно верю, что Русский дух не сломит ни одна нечисть. Россия была и останется великой державой.
Закончу свое письмо на этом… Болит в груди. То в жар кидает, то в холод. Единственное, что я хотел бы, чтобы похоронили меня там, где я родился, в своем родном селе. Чтобы душа моя всегда была рядом с вами.
Любил, люблю и буду любить всегда тебя, матушка, сестер Екатерину и Марию, братьев Ивана и Василия.
Ваш Владимир.
