Лекция 15
Заметки впрок о схематизмах сознания
Предмет: ПРОЕКТНАЯ КУЛЬТУРА.
Курс: _______.
Семестр: _________.
Глава 2. Схематизмы и категории.
Часть 1. Заметки впрок о схематизмах сознания.
Количество часов: _________.
Дата: ____________
Лекция: №15.
Преподаватель:
Цель: анализ понятия схематизма сознания.
Оборудование: мультимедийная презентация.
Ход занятия
I. Организационный момент.
II. Актуализация знаний.
– Проанализируйте проблему пространственности в дизайне и искусстве.
III. Работа по теме занятия.
В известной статье , и «Классика и современность: две эпохи в развитии буржуазной философии» выставлено такое понятие о схематизме сознания, которое одновременно толкуется:
– и как образ социокультурной структуры духовной деятельности;
– и как образец организации её субъективной формы;
– причём, предполагается, что отношение между схематизмом как образом и как образцом есть адекватное отображение социокультурной структуры в схематизм, а схематизма в живую и творческую деятельность.
Остаётся всё же не вполне ясным, что же является основанием этого предположения: почему и в каком смысле образ соответствует структуре, образец – образу, а деятельность образцу; какой взгляд на социокультурную структуру деятельности оправдывает утверждаемую авторами априорность организации субъективности; наконец, как, в условиях раздвоения схематизма на образ и образец, он способен всё же удерживать духовность схематизируемой им деятельности?
Отвечая на эти вопросы, естественно исходить из понятия о духовной деятельности и положенных в нём соподчинений таких типологических моментов, как производство и воспроизводство, потребности и способности, трансляция, реализация и адаптация, функционирование и развитие и т. д.
По понятию своему духовная деятельность неотъемлемо содержательна: всякое духовное освоение или устроение действительности всегда соотнесено с той или иной областью определённого, но не всегда выявленного и известного содержания, которую мы называем тематизмом деятельности[1]. Будучи определённым, тематизм расчерчивает смысловое пространство движения деятельности, определяет направленность и отнесённость к разного рода смыслам и целям. Однако ввиду его невыявленности и неизвестности, разворачивание деятельности не может быть поставлено как всецело оестествлённое, не может быть отпущено в стихию естественного движения. Напротив, тематические определённости деятельности удерживаются лишь в живой, напряжённой направленности на них, в форме непосредственного, решительного усилия. Эта непосредственность духовного содержания есть осознательное выражение той качественной особенности духовной деятельности, что она есть деятельность живая, неразличимо тождественная человеку в качестве живого существа, «живой системы». Духовное содержание удерживается на этой живой основе, а поскольку человек в этом качестве вполне себе тождественен, он не осознаёт того, чего он держится или держит, и поэтому содержание это с необходимостью переживается им как непосредственное и вовлекает его в поток жизнедеятельности. Вместе с тем, именно непосредственность и есть качественное выражение живой деятельности в области содержания, тогда как чувственность, личностность, существование и прочие определения принадлежат уже не содержанию, а тому или иному предметному горизонту её. Деятельность и духовна только в меру непосредственности её содержания, совпадающей неявно с мерой её жизнесообразности.
Духовная перспектива жизнедеятельности, проступающая из круга её живого и непосредственного содержания, указывает внутреннюю альтернативу тому буквальному и недеесообразному отображению структур и схематизм сознания, которое усомневали выше. Укореняясь в непосредственном бытии, на живой основе сознания и двигаясь в тематически расчерченном смысловом пространстве, духовная деятельность способна не только отождествлять созначные ей структуры, принимая на себя их содержание, или остранять их вовсе, отпуская это содержание в стихию естественного существования, она может ещё и оспособлять их, обретая возможность осмысленного и целесообразного действия в их структурном контексте.
Допустив, что духовная деятельность может стоят в этих трёх отношениях к любой действительной структуре, мы согласимся, что речь идёт о трёх действительных формах человеческой свободы, одновременное владение которыми сохраняет целостность и полноту духовного существования. Причём, формы эти не равноправны: отождествление и остранение суть моменты оспособления, моменты способности к свободному бытию в качестве «агента» живой духовной деятельности. Взятые сами по себе, а не как моменты оспособления, они не отвечают духовному достоинству деятельности, ибо допускают либо счастливое сознание отождествления, принявшее содержание некоторой действительной структуры как своё собственное, как самого себя, не рефлектируя её существенной ограниченности; либо же несчастное сознание остранения, находящее себя вне какой бы то ни было существенной укоренённости и рефлектирующее к небытию.
Теперь можно уточнить вопрос о типологии направлений постклассической философии. При этом мы исходим из той точки зрения, согласно которой основным системообразующим отношением классического схематизма является отпредельное отождествление (монизация) логических структур, обеспечивающих усвояющее познавательное отношение к действительности. Вследствие этого, все формы классически схематизированного сознания и деятельности опознавались по образцу познающего и знающего сознания и самой познавательной деятельности (таковы идеи художественного или религиозного познания, опыт самопознания и т. д.). Отпредельно отождествлённые логические структуры познающего сознания обращаются как своеобразная модель мира, структурирующая все прочие акты и факты сознания. Прибегнув, при таких начальных условиях, к типологии свобод духовной деятельности, можно различить следующие типы постклассических схематизмов:
– Простое разотождествление с логическими структурами познавательной установки, оставляющее сознание в пределах тематизма познавательной деятельности, рефлективно опредмечивало эти структуры, открывая возможность для логико-семиотического исправления познавательной установки (эта установка реализовалась в неопозитивистской логике и методологии науки).
– Напротив, можно было бы выйти целиком за пределы тематизма познавательной деятельности, но оставить при себе её логические структуры, а также обнажившиеся при этом способы означения. Эта возможность реализовалась положительно в феноменологии, утвердившейся в смысловом пространстве сознания, за скобки которого вынесли познавательное отношение, а отрицательно – в эстетике абсурда, настаивающей на осознанной бессмыслице существования и деятельности. Но и там, и тут смысл впервые абстрагируется как стихия и как особая предметность сознания.
– Наконец, можно было бы оспособить логические ресурсы классического сознания, лишив их статуса средств познавательного освоения мира и положив как самодовлеющий и самодостаточный мир, а познавательное отношение оставив за исследованием, как одним из типов социокультурной ориентации деятельности. Эта возможность проявляется в различных вариантах гуманитарного интеллектуализма, наиболее ярким образцом которого сегодня по праву считается структурализм (и семиотика), а наиболее всеядным – системный подход. При этом, в отличие от классического рационализма, для которого разум был онтологической основой мира, посклассический интеллектуализм знает разум лишь как тему своих знаковых систематизаций, а мышление – скорее как игру, чем как деятельность.
IV. Методологическая рефлексия.
1. Вопросы для обсуждения и размышления.
– В соответствии с материалом лекции, назовите и охарактеризуйте типы постклассических схематизмов.
– В каких трёх отношениях к любой действительной структуре можно представить духовную деятельность?
2. Домашнее задание.
1) Ответить на вопросы и выполнить задания для обсуждения и размышления.
2) Выписать в тетрадь и запомнить основные понятия лекции.
[1] Мы различаем собственный тематизм деятельности, в облике которого она выступает как определённая смысловая целостность в типологическом пространстве типов деятельности, и отпредельный её тематизм, в отношении которого деятельность может иметь лишь форму выявленности и известности, но не определённости.
