Ангелина Ольнева, доктор педагогических наук, профессор
Январь, 2013 г. Астрахань
ГЕНИЙ МЕСТА: к восьмидесятилетию
Есть замечательные имена, и есть памятные даты. Об этих людях и об их днях рождения мы помним в независимости от того, с нами этот человек или покинул этот мир, рядовая дата или юбилей. В 2013 году Леониду Григорьевичу Вяткину исполнилось бы восемьдесят. В преддверии юбилея этого замечательного человека я хотела бы поделиться своими воспоминаниями о нем. Судьба свела нас в трудные (а сегодня, кажется, что благословенные) девяностые. Я приехала в Саратов, и сразу же попала в мощное поле притяжения этого человека. Как-то сразу почувствовалось, что этот незаурядный человек очень близок мне по образу мыслей, взглядам на педагогику, по энергетике, а главное, в нем была та человеческая теплота и мудрость, которая делала его настоящим Учителем, тем наставником, которого хочется иметь по жизни каждому. Есть люди-камертоны, по ним сверяешь свои суждения, впечатления, свое поведение и поступки. Тогда в 1993 таким человеческим камертоном стал для меня Леонид Григорьевич.
Леонид Григорьевич Вяткин - талантливый, заметный ученый своего поколения. Ему дана была, по нынешним меркам, не очень долгая жизнь, но он очень многое успел сделать - в педагогике, образовании, просвещении. Его вклад в дело образования очень велик, а число людей, считающих себя его учениками, как и тех, чей путь, так или иначе, пересекался с Леонидом Григорьевичем, поистине огромно, не говоря уже о тех, кто слушал его лекции и ходил на его семинарские и другие занятия! А значит нас очень много: тех, в ком живет частица памяти об этом незаурядном и мудром человеке.
Есть такое понятие «гений места». И есть места, гением которых является определенный человек. Меняются времена, «всходят иные имена», но ничто на свете не заставит нас отказаться от мест, где мы были счастливы, понимаемы, любимы и приняты. И от памяти о тех людях, которые были гениями этих мест. Леонид Григорьевич - такой «домовой» для кафедры педагогики Саратовского государственного университета, здесь даже стены его помнят, здесь аудитории, в которых он работал, здесь люди, которые им выпестованы и поставлены «на крыло». Здесь в воздухе все еще витают его мысли и слова, как и идеи гениальных корифеев педагогики от до и , чьим интерпретатором и популяризатором Леонид Григорьевич был всегда. Этакий рыцарь от педагогики. Честный. Открытый. Очень внутренне свободный. Умеющий накапливать сокровенное и безудержно раздавать. Умеющий программировать чужие победы и умеющий радоваться успехам других. Щедрый в дружбе. По-детски наивный и по-взрослому сострадательный. Не прагматик. Неутомимый прогрессор Леонид Григорьевич еще очень любил проводить занятия со школьниками, уже, будучи доктором педагогических наук, маститым профессором, членом-корреспондентом РАО, академиком международной академии акмеологических наук, «не забронзовел», а с огромным удовольствием приходил к детям. Думаю почему-то, что они, эти многочисленные бывшие школьники, о нем вспоминают, без придыхания и благоговения, а как дети о мудром отце или дедушке, который в идеале, должен быть в жизни каждого нормального (счастливого) ребенка.
был «гением места» кафедры педагогики, ее ангелом-хранителем, то и у него самого был свой собственный «домашний», «персональный» ангел-хранитель. Жена. Друг. Соратник. Единомышленник. Очень теплый, хлебосольный получился у супругов Вяткиных дом. С посиделками за столом, с умными разговорами, спорами, доброжелательными, не обидными; с открытыми для любого дверями. Это тот самый классический случай интеллигентной российской семьи, которых когда-то было во множестве, особенно в провинции («в глуши, в Саратове»), исчезающих стремительно в последние годы, как реликтовые ископаемые. А у Леонида Григорьевича и Клавдии Степановны Вяткиных такая семья была, а значит, она была и в жизни их бесчисленных визитеров. А значит, есть вероятность построения (пусть гипотетически) такой «ячейки общества», где друг друга бесконечно уважают, принимают, не переделывая, заботятся о каждом, кто хотя бы однажды переступил порог их замечательного дома.
Есть в природе птицы, которые отличаются завидной верностью. Попугайчиков даже прозвали неразлучники. Иногда и среди людей встречаются такие верные неразлучники. Клавдия Степановна очень на немного пережила своего Ленечку. Просто жизнь резко потеряла смысл и ценность без него. С их уходом что-то неуловимо изменилось в воздухе Саратова. По крайней мере, для меня. Проходит время. Боль от утраты дорогих людей не становится меньше.
А самое главное, что время-то действительно проходяще. Его можно «провести», но оно, как правило, «проводит» тебя. Обманывает. замарачивает, и заставляет, заставляет забывать. Как стёрочкой, убирает неприятные впечатления, резкие слова, глубокие обиды. Но и хорошее, к сожалению, забывается. Забываются лица людей, их фразы, тепло рукопожатий. Хорошо, что остаются книги, их вроде бы время щадит. Не дай бог, если в один прекрасный (или ужасный) день сотрется все.
Нет, лучше помнить, чем забыть.
«Время? Время дано.
Это не подлежит обсужденью.
подлежишь обсуждению ты,
разместившийся в нем.»
Эти строчки, написанные Наумом Коржавиным, как мне кажется, подходят и к данной ситуации, и ко многим другим ситуациям, относящимся к значительным людям, каким всегда был Леонид Григорьевич.
Нелепая, но пленительная мечта: будто бы Леонид Григорьевич по-прежнему живет в Саратове, читает, «пишет в стол», разбирает свои бумаги, посмеиваясь над новыми временами и новыми директивами в образовании. И вот в минуту жестокой нелюбви к самому себе, в минуту смятения, когда возможность высказаться перед всепонимающим человеком дороже жизни, ты берешь лист чистой бумаги, ручку-и выводишь: «!»
Возможно, нет никаких рецептов в педагогике, не имеет особого прикладного значения все, созданное корифеями за долгие века. Но почему-то кажется: насколько меньше пролито крови и совершено несправедливостей, насколько больше сделано добра, настолько любовнее мы по отношению к нашей земле и друг к другу из-за того, что над нашей жизнью затеплен неугасимый огонек памяти к действительно достойным людям, одним из которых был Леонид Григорьевич Вяткин.
P. S.
Уважаемые коллеги, ученики и последователи:
Пусть годы летят чередою,
Идеи его насаждайте!
И в поле житейском, научном
Победный тот путь продолжайте!
Ангелина Ольнева, доктор педагогических наук, профессор
Январь, 2013 г. Астрахань
