Международное историческое значение битвы под Москвой. Реферат по курсу военный перевод (стр. 3 )

С каждым днем становилось все более очевидно, что захватнический план «молниеносной» войны против СССР был построен на недооценке сил и возможностей Советского Союза и на переоценке сил Германии.

Задача разгрома наступавших в южном направлении войск противника была возложена на Брянский фронт. Чтобы облегчить ее решение, войска Западного и Резервного фронтов должны были наступать на Смоленск и Рославль.

В конце августа и начале сентября на огромном фронте от Торопца до Новгород-Северского развернулись ожесточенные бои. Противник нанес сильный танковый удар на правом крыле Западного фронта и 29 августа овладел городом Торопец. Вражеское наступление было остановлено на подступах к Андреаполю. Наступление на Смоленск и Рославль было возобновлено советскими войсками 1 сентября. 10 сентября Ставка приказала Западному фронту прекратить атаки и перейти к обороне на занимаемых рубежах.

24-я армия под командованием генерала и часть сил 43-й армии Резервного фронта после ожесточенных схваток 6 сентября выбили противника из Ельни, разгромили здесь вражескую группировку и к 8 сентября ликвидировали опасный ельнинский выступ.

Так закончилось двухмесячное Смоленское сражение на путях к столице нашей Родины. Его значение определяется тем, что на главном, московском направлении враг впервые был вынужден перейти к обороне, которая продолжалась два месяца. Она явилась важным этапом срыва гитлеровского плана молниеносной войны против Советского Союза.

4. Операция "Тайфун"

В конце августа в полосе Брянского фронта по решению Ставки была организована и проведена крупная воздушная операция. В ней участвовало 460 боевых самолетов. Осуществлялась она при наличии у противника превосходства в воздухе. Советские летчики наносили удары по наиболее опасной танковой группировке врага. Но как удары с воздуха, так и наступательные действия Брянского фронта не смогли остановить вражеское наступление. 2-я танковая группа противника прорвалась за Десну и угрожала прорывом в тыл Юго-Западному фронту.

Чрезвычайно опасная ситуация сложилась в половине сентября в районе Остер, Чернигов, Шостка. Преследуя отводимые из-под Коростеня на Днепр войска 5-й армии, противник сумел форсировать Днепр и прорваться к Десне. Но самым значительным для противника, явился выход войск 2-й армии группы «Центр» и 6-й армии группы «Юг» в район Чернигова. Ликвидация разрыва во фронте, чего так долго добивался противник, и увеличение количества его войск в восточной части Полесья дали гитлеровскому командованию возможность создать на черниговском направлении подавляющее превосходство в силах и охватить 21, 5 и 37-ю армии Юго-Западного фронта в треугольнике Чернигов, Киев, Нежин.

Осложнилась обстановка и на левом фланге Юго-Западного фронта в районе Кременчуга, где в начале сентября 17-я немецкая армия сбила оборону 38-й армии на Днепре и захватила крупный плацдарм. На этот плацдарм были переправлены главные силы 1-й танковой группы Клейста, где 12 сентября противник перешел в наступление. Танковые дивизии Клейста устремились навстречу войскам Гудериана. 15 сентября они сомкнулись в районе Лохвицы, завершив тем самым окружение четырех армий Юго-Западного фронта. Это была одна из крупнейших неудач Советской Армии в 1941 г.

Гитлеровское руководство расценило эти события как очередную «решающую» победу, как создание предпосылок для возобновления наступления на всем фронте от Баренцева до Черного моря. Снова — в который раз,— воспрянув духом, гитлеровцы уверовали в успех плана «Барбаросса». Они строили свои дальнейшие расчеты так, будто у них в тылу не было героически сражавшейся Одессы, не существовало твердыни Ленинграда. Фашистское командование не приняло во внимание, что для достижения успехов под Киевом ему пришлось полтора месяца назад прекратить наступление на Москву, оно еще не осознавало, что то время, когда гитлеровские войска, используя внезапность нападения, могли добиваться успехов на всем фронте, прошло.

6 сентября Гитлер подписал директиву № 35, в которой, наряду с оставлением всех прежних задач, основное внимание отводилось уже «решающей операции» на московском направлении. Директива гласила: «В полосе группы армий «Центр» подготовить операцию против группы армии Тимошенко (войск Западного и Резервного фронтов) таким образом, чтобы по возможности быстрее (конец сентября) перейти в наступление и уничтожить противника, находящегося в районе восточнее Смоленска, посредством двойного окружения в общем направлении на Вязьму при наличии мощных танковых сил, сосредоточенных на флангах...» В директиве приводились все исходные данные, которые были положены в основу подготовки операции по овладению Москвой, получившей вскоре кодовое наименование «Тайфун»[4].

Однако нацисты очень скоро поняли, что потерю времени, затраченного на Киевскую операцию, им не вернуть. При этом гитлеровские генералы оказались по-прежнему неспособными критически оценить и признать, что потеря времени была вынужденной, а не зависящей от желания или воли ни самого Гитлера или Кейтеля, ни главкома сухопутных войск Браухича или его начальника штаба Гальдера, ни любого другого военного руководителя вермахта. Пока советские войска удерживали Киев, пока существовал разрыв между группами армий «Центр» и «Юг», пока была угроза флангам центральной группировки на смоленско-московском направлении, немецко-фашистские войска не имели возможности продолжать наступление ни на юге — на Донбасс и Крым, ни в центре — на Москву.

Наступление на московском направлении нацисты готовили как «генеральное», решающее. Для нанесения сокрушительного удара по советским войскам, стоявшим на пути к Москве, фашистское командование сосредоточило в трех ударных группировках три полевые армии, три танковые группы и большое количество частей усиления — всего 77,5 дивизии (более I млн. человек), почти 14,5 тыс. орудий и минометов и 1700 танков. Поддержку сухопутных войск с воздуха осуществляли 2-й воздушный флот и 8-й авиационный корпус, имевшие 950 боевых самолетов. Войсками командовали генерал-фельдмаршалы Бок, Клюге, генералы Штраус, Гудериан, Гот к др.

К концу сентября немецко-фашистская группа армий «Центр» закончила все приготовления для операции. Гитлер в обращении к войскам 2 октября заявил: «За три с половиной месяца созданы наконец предпосылки для того, чтобы посредством мощного удара сокрушить противника еще до наступления зимы. Вся подготовка, насколько это было в человеческих силах, закончена... Сегодня начинается последняя решающая битва этого года».

Мощной группировке врага советское командование могло противопоставить значительно меньшие силы и средства. Западный, Резервный и Брянский фронты, во главе которых стояли генерал , маршал и генерал , имели 95 дивизий (около 850 тыс. человек), 780 танков, 545 самолетов и 6800 орудий и минометов.

Первой операцию «Тайфун» начала южная ударная группировка противника. 30 сентября она нанесла удар по войскам Брянского фронта из района Шостка, Глухов в направлении на Орел и в обход Брянска с юго-востока. 2 октября перешли в наступление остальные две группировки из районов Духовщины и Рославля. Их удары были направлены по сходящимся направлениям на Вязьму с целью охвата главных сил Западного и Резервного фронтов. В первые дни наступление противника развивалось успешно. Ему удалось овладеть районами тыла 3-й и 13-й армий Брянского фронта, а западнее Вязьмы окружить 19-ю и 20-ю армии Западного и 24-ю и 32-ю армии Резервного фронтов.

Глубокие прорывы танковых группировок врага, окружение ими значительных сил трех фронтов, незаконченность строительства рубежей и отсутствие войск на Можайской линии обороны — все это создало угрозу выхода противника к Москве.

5. Войска в окружении. Организация защиты Москвы

В те страшные дни Центральный Комитет партии, Государственный Комитет Обороны и Ставка провели колоссальную работу по мобилизации всех сил на организацию защиты столицы.

В ночь на 5 октября Государственный Комитет Обороны принял решение о защите Москвы. Главным рубежом сопротивления была определена Можайская линия обороны, куда срочно направлялись все силы и средства. Тогда же было решено сосредоточить усилия всех партийных и советских органов, общественных организаций на быстрейшее создание новых стратегических резервов в глубине страны, их вооружение и подготовку для ввода в сражение.

Для уточнения фронтовой обстановки и оказания помощи штабам Западного и Резервного фронтов в создании новой группировки сил для отпора врагу в районы событий прибыли представители Государственного Комитета Обороны и Ставки , и . Они направили на Можайскую линию из числа отходивших войск до пяти дивизий. Ставка приняла меры по переброске сил с других фронтов и из глубины страны. С Дальнего Востока к Москве спешили три стрелковые и две танковые дивизии.

10 октября Государственный Комитет Обороны по предложению группы своих представителей объединил управление войск Западного и Резервного фронтов в одних руках. Их войска были включены в Западный фронт, во главе которого был поставлен , командовавший до этого Ленинградским фронтом. Тогда же было принято решение построить на непосредственных подступах к столице еще одну линию обороны — Московскую зону.

Войска, оказавшиеся в вяземском окружении, вели мужественную борьбу с врагом. Они наносили контрудары и прорывались из кольца окружения. Вот как рассказывают об этом участники выхода из окружения в составе 29-й стрелковой дивизии П. Лукин, Н. Охапкин и П. Силантьев. «Атаки наших войск следовали одна за другой, им предшествовала артподготовка. Особенно яростными были наши атаки 8—12 октября, когда в боевые действия дивизии включилась батарея «катюш» капитана Флерова... Для немцев наступление окруженных батальонов и полков советских войск было полной неожиданностью. Фашисты, видимо, считали, что раз наши части окружены и понесли значительные потери, то они уже неопасны, с ними покончено. И вдруг эти полки и батальоны нашли в себе силы и пошли вперед в восточном направлении. Немцам пришлось поспешно стягивать сюда крупные соединения, технику».

Активные боевые действия советских войск в окружении оказали серьезное влияние на развитие событий. Они сковали в районе Вязьмы 28 немецко-фашистеких дивизий, которые застряли здесь и не могли продолжать наступление на Москву.