(10 июля 1807, Ярославль — 2 декабря 1893, под Дрезденом)

5 стих.

Мотылек [Аф3жм]

Чего твоя хочет причуда?

Куда, мотылек молодой,

Природы блестящее чудо,

Взвился ты к лазури родной?

Не знал своего назначенья,

Был долго ты праха жилец;

Но время второго рожденья

Пришло для тебя наконец.

Упейся же чистым эфиром,

Гуляй же в небесной дали,

Порхай оживленным сапфиром,

Живи, не касаясь земли.—

Не то ли сбылось и с тобою?

Не так ли, художник, и ты

Был скован житейскою мглою,

Был червем земной тесноты?

Средь грустного так же бессилья

Настал час урочный чудес:

Внезапно расширил ты крылья,

Узнал себя сыном небес.

Покинь же земную обитель

И участь прими мотылька;

Свободный, как он, небожитель,

На землю гляди с высока!

Февраль 1840

* * * [Я3 АББвАГГв]

К могиле той заветной

Не приходи уныло,

В которой смолкнет сила

Всей жизненной грозы.

Отвергну плач я тщетный,

Цветы твои и пени;

К чему бесплотной тени

Две розы, две слезы? ...

Март 1851

* * * [Я4жм]

Salut, salut, consolatrice!

Ouvre tes bras, je viens chanter.

Musset

Ты, уцелевший в сердце нищем,

Привет тебе, мой грустный стих!

Мой светлый луч над пепелищем

Блаженств и радостей моих!

Одно, чего и святотатство

Коснуться в храме не могло;

Моя напасть! моё богатство!

Моё святое ремесло!

Проснись же, смолкнувшее слово!

Раздайся с уст моих опять;

Сойди к избраннице ты снова,

О роковая благодать!

Уйми безумное роптанье

И обреки все сердце вновь

На безграничное страданье,

На бесконечную любовь!

1854

* * * [Ан3жм; Я4жм]

Это было блестящее море;

Тока синего пели струи,

Пели стройно в безбрежном просторе,

Словно зная про думы мои:

На отрадную весть издалека

Был напев их созвучный похож,

Повторял, прибегая с востока,

Светлый рой их мне то же и то ж;

И вал девятый шел широко,

И бормотал: «Все это ложь!»

Там, вдали, где вставала денница,

Зыбь чертою лилась золотой;

Через глубь белокрылая птица

К полосе уносилася той;

И твердила я с пением тока,

Что забуду, умчавшись туда ж,

О всей муке борений без прока,

О всей горести жизненных чаш;

И вал девятый шел широко,

И бормотал: «Все это блажь!»

Между 1856 и 1861 (?)

* * * [Д4жм]

Снова над бездной, опять на просторе, —

Дальше и дальше от тесных земель!

В широкошумном качается море

Снова со мной корабля колыбель.

Сильно качается; ветры востока

Веют навстречу нам буйный привет;

Зыбь разблажилась и воет глубоко,

Дерзко клокочет машина в ответ.

Рвутся и бьются, с досадою явной,

Силятся волны отбросить нас вспять,

Странно тебе, океан своенравный,

Воле и мысли людской уступать.

Громче всё носится ропот подводный,

Бурных валов всё сердитее взрыв;

Весело видеть их бой сумасбродный,

Радужный их перекатный отлив.

Так бы нестись, обо всём забывая,

В споре с насилием вьюги и вод,

Вечно к брегам небывалого края,

С вечною верой, вперед и вперед!

Февраль 1857

Константинополь