Метафизический консерватизм и левый панславизм.
В классической политологии принято делить все идеологии на правые и левые. Это верно. Но также верно и то, что в каждой идеологии имеются свой правый и левый полюса. Объяснение данному факту лежит не столько в сфере политики, сколько в сфере метафизики/онтологии подсознания и основ человеческого мышления. В наиболее общем смысле можно сказать, что правизна в метафизике, метафизический консерватизм – это желание следовать предшествующему опыту человечества; хранить, сохранять и охранять традицию; наследовать ей и быть укоренённым в почве. Думается, что здесь присутствуют несколько ключевых архетипов. Во-первых, это архетип наследника. Метафизический консерватор ощущает себя наследником поколений, живших до него, он как бы наследует прошлому. Во-вторых, это архетип хранителя, сторожа. Обладающий правой метафизикой человек не просто наследует прошлой, т. е. традиционной культуре, но и стремится не промотать это наследство. Он ощущает себя хранителем традиций, сторожем своей культуры. В-третьих, можно назвать архетип дерева. Дерево может иметь крону какой угодно высоты и какой угодно ширины. Но корнями оно уходит в почву. Чем глубже дерево укоренено в почве, чем более разветвленная его корневая система, тем лучше. Здесь можно вспомнить о том, что образ мирового древа имеется во многих культурах (например Иггдрасиль в германо-скандинавской мифологии).
Что касается левой метафизики, то здесь достаточно сказать, что она представляет собой антипод всему тому, что было сказано выше. Она есть метафизический анти-консерватизм. Его основная черта – готовность пожертвовать традиционной культурой ради тех или иных идей. Онтологический анти-консерватор желает освободиться от традиций, преодолеть прошлое, которое, по его мнению, мешает реализации близких ему идей. Соотношение онтологической/метафизической правизны и левизны можно выразить в терминах марксизма. Если правая метафизика видит традиционную культуру в качестве базиса, а те или иные идеи (либеральные, коммунистический, анархистские, панславистские и т. д.) – в качестве надстройки, то для левой онтологии всё обстоит ровным счётом наоборот. Именно та или иная идея (в зависимости от идеологической ориентации) предстает в качестве базиса. Всё остальное, что в рамки данной идеи не укладывается, объявляется подлежащим преодолению во имя торжества «единственно верной идеи».
Как уже говорилось, правизна в метафизики отнюдь не совпадает с правизной в идеологии. Метафизический консерватор может принадлежать и к идеологически левой силе.
Рассмотрим пример коммунистического движения. Чем по сути своей был «сталинизм»? Представляется, что он являлся именно попыткой приспособить левую идеологию к консервативной метафизике. Сталин в своей политической деятельности стремился опираться на исторические традиции русского народа. Эти тенденции проявились достаточно рано. Уже в начале 20-х гг. в противоположность ленинскому плану образования нового государства – СССР и, соответственно, новой идентичности – советской, Сталиным был выдвинут план «автономизации», по которому все республики должны были на правах автономий войти в состав РСФСР, т. е. по факту предлагалась модель воссоздания исторической России с автономиями в её составе. Тогда Сталина обвинили в русском шовинизме. Ленин писал: «...вся эта затея, "автономизация", в корне была неверна и несвоевременна" (там же, с. 356), что она может принести только вред, извращая в духе великодержавного шовинизма идеи объединения советских республик». Впоследствии советского вождя как сторонника великодержавной шовинистической политики неоднократно клеймил Троцкий. А сталинского сподвижника Клима Ворошилова он характеризовал следующим образом: “Ворошилов и не марксист, и не интернационалист, а русский национал-социалист-национальный бунтарь”. В чём причина подобных обвинений со стороны Троцкого? На наш взгляд, именно в том, что для сталинистов бы характерен метафизический традиционализм, они рассматривали русскую народную ультуру как базис, а марксизм-социализм, строительство социализма-коммунизма ─ как надстройку. Сущность спора между Сталиным и Троцким, который как раз был образцовым носителем левой метафизики, состояла в следующем: Идея (в данном случае марксизм) для России, или Россия для идеи? Сталин как человек, воспитанный в патриархальной среде и бывший по своему психологическому типа достаточно патриархальным человеком, тяготел к тому, чтобы опираться на национальное историческое прошлое. Троцкий же, будучи левым не только по идеологии, но и по своей онтологии, по своей метафизике, желал преодолеть местные этнические и национальные культуры во имя складывания глобалистской нации рабочего класса.
Теперь хотелось бы посмотреть на соотношение правой и левой метафизики внутри современного панславизма, взяв для разбора одну из теоретических дискуссий. С одной стороны, в дискуссии участвует группа авторов, которых можно назвать радикальными панславистами, для которых русская культура и русский народ занимают подчинённое положение по отношению к панславизму. У них панславистская идея – это базис, а Россия, русская культура, как и этнические культуры других славянских народов – это надстройка, т. е. вопрос однозначно решается в пользу «России для панславизма», а не «панславизма для России». Вот, один из современных панславистов Вальдемар Чур пишет: «Когда нибудь нам понадобиться единый язык, единый алфавит, единая конфессия, единый политический институт». Чем не глобализм по-панславистски? Унификация национальных культур, осуществляемая во имя идеи панславизма, единой славянской общности. Другая цитата: «И если потребуется пожертвовать самобытностью, что же, достойная жертва, чтобы избежать будущих пороков и братоубийственных войн». Готовность ликвидировать самобытность ради панслависткого проекта налицо. Параллели с левой версией коммунизма (как и левой версией либерализма) очевидны. Достаточно только в выражении коммунистический/либеральный проект первое слово заменить на «панславистский». Другой идеолог панславизма Виктор Лещиков высказывается о проблемах языка: «И путь в передовое славянское будущее лежит только через труп русского литературного языка!.. долбать его нужно изо всех орудий… на русском языке творить Славию как передовую мировую державу невозможно!» Сразу вспоминаются попытки левых, не-сталинистских большевиков ввести эсперанто, перевести русский язык с кириллицы на латиницу и т. д. Т. е. мы имеем дело с ярким образчиком левизны в чистом виде. Снова высказывание Вальдемара Чура по проблеме языка: «При создании единого языка придется убить все литературные славянские языки». Стремление реализовать достаточно абстрактный проект «Славия», создать единую славянскую нацию с унифицированной культурой и языком любой ценой сочетается с нигилизмом по отношению к историческим, традиционным устоям славянских народов. Ещё одна цитата Вальдемара Чура: «…этой уникальностью необходимо будет пожертвовать… во имя большего». Левые глобалисты также хотели пожертвовать партикуляризмом во имя благородных целей строительства светлого коммунистического будущего для всего человечества, как этого хотят и глобалисты либеральные. Приведу ещё целый ряд цитат, уже практически без комментариев, чтобы экономить место: «Но видите-ли нам не нужна руссификация сознания людей, нам нужна славянизация. Нам нужна именно славянизация. Сначала избавления от ненужных слов иноязычных слов, у которых есть аналоги в славянских языках, а потом уже объединение языка». «Панславизм. Его конечная цель, это объединение. Не подмена одним другим, а именно тотальное объединение...
Уникальность всегда была в цене именно поэтому от национализма, так сложно отказаться». «Потом необходимо объединение культур, языков, особенностей. Я тоже люблю славянский народ, только именно славянский». «…нам нужна еще и единая конфессия». «Если мы говорим о едином языке, мы не уничтожаем культуры, а создаем одну… Лично я глубоко поддерживаю славянскую глобализацию». «русский мир, это всего лишь религиозная концепция РПЦ. Панславизм старается подменить все мелконационизмы общим Славянским национализмом, он также отрицает польскость, как и русскость. А русского мира) его нет, есть общий Славянский мир… надо думать не только о благе России, а о благе всех славян». Весь этот набор цитат говорит о том, что помимо правого панславизма существует и левый, даже леворадикальный панславизм, который в такой трактовке представляет собой ещё одну версию глобализма-интернационализма. Он стремится заменить ествественные, исторически сложившиеся национальные и этнические самоидентификации (в частности русскую идентичность) искусственной идентичностью «славянин». По сути речь идёт о панславистской гвардии глобализма. Теперь вновь дадим слово уже цитировавшемуся идеологу левого панславизма Виктору Лещикову: «Да, я радикальный панславист… Славление - это сплавка славянских народов в единую "титульную нацию всемирной империи"; образование русского народа считается "половинчатым славлением", русский - это полуславянский, незавершённый единый славянский.. а у русскости есть будущее? - что-то не вижу».
Для контраста в заключение приведём высказывания Дарьи Есениной, которую следует отнести к правому крылу панславистов, так как онтологические основания её рассуждений безусловно консервативны: «А для меня язык - больше, чем средство. В этом соль… А язык - это бесконечное множество. Это история». «Я просто люблю свой народ и то, что создавалось годами… Объединение может быть и без стирания культур» «Каждый народ, каждый славянский народ, должен осознавать свою уникальность. Стирать ее глупо». «Каким бы не был язык, уважать его - должность. Для тех, кто еще имеет понятие чести народа». «Я слишком гордый человек, чтобы стереть свою культуру во имя других» «Россия и русский язык - отдельная история. Русский язык, каким бы он не был, создавался тысячелетиями. Пусть с европейскими правками. Но это естественный процесс и никуда от этого не деться. Если мне скажут: "откажись от русского языка", можно предположить мою реакцию». «я не считаю, что новому славянскому объединению нужен новый язык. Я ярый сторонник русского языка и русификации»
Итак, можно сделать следующие выводы. Во-первых, помимо политико-идеологического деления на правых и левых существует ещё метафизическое/онтологическое деление на правых и левых. Они отнюдь не всегда совпадают. Во-вторых, если метафизический традиционалист попадает в левый лагерь, он образует внутри него право-консервативную фракцию. Именно так образовался «сталинизм». Если же человек с левой онтологией попадает в правый политический лагерь, то он образует там левую фракцию. Пример с панславизмом показывает нам, как внутри правой идеологии оформилось левое, даже можно сказать леворадикальное, крыло панславистов, смотрящее на национальную/этническую культуру и национальную/этническую идентичность как на нечто, подлежащее преодолению.
