СВАХА В МАРИУПОЛЕ
(из цикла «Бабушкины истории»)
(МАН БОБЭС МАЙСЭС)
Пьеса
Действующие лица:
Рахель
Ривка
Дядя Эли
Менахем, купец первой гильдии
Сваха, Сара
Раввин
Невеста, Нехама
Жених, Соломончик
Мальчишки (детвора)
(На сцене один дедушка Эли. Он с трудом, опираясь на палочку, пересекает сцену, в центре останавливается)
Дядя Эли. Что я вам сейчас скажу, вы будете долго удивляться. Меня зовут дядя Эли. Кто не знает песенку, её ещё пел Лёня Утёсов. Шикарная песня! Я сейчас её вам напомню.
(1А – Утёсов - дядя Эли)
Вспомнили? Я так и думал. Наукой этот факт не установлен, но в Мариупольском порту грузчики говорили, что эту песню Лёня исполнил в мою честь. А почему нет?
(Эли идёт в край сцены и в уголочке садится отдохнуть).
Дядя Эли. Ой, ну надо же, затеяла моя Ривка испечь кугель, а изюма дома не оказалось. Если бы вы знали, какие вкусные кугели печёт Ривка, только вспомнил, как потекли слюнки. А запах обжаренной муки в курином жире! Вы помните? А!? Нет, скажите!? Понюхав, уже можно было больше ничего не кушать. Но, что делать, нужен изюм. Вот и пришлось идти на базар. А путь не близкий. Раньше он мне казался гораздо короче. С годами путь удлинился. Присяду, отдохну немного.
(Он садится на камень в углу сцены и засыпает. Палка выпадает из его рук. Подбегает стайка мальчишек, подбирает его палку и начинает с ней танцевать. Играет музыка, под которую танцуют ребятишки. Просыпается Эли, видит, что его палка у мальчишек. Они с ней танцуют).
Дядя Эли. Ах, сорванцы. Отдайте палку! Поймаю, надеру уши!
Мальчишки. Дядя Эли! Дай выкуп! Отдадим твою палку.
Дядя Эли. А изюм подойдёт?
Мальчишки. Подойдёт!
Дядя Эли. Тогда подходите, что с вами поделаешь.
(Он каждому в ладошки насыпает изюм. Ему отдают палку).
Дядя Эли. Вот так всегда. Что я скажу Ривке? А, скажу… пусть кугель будет без изюма.
(1Б – Ликвидация. Появляется Ривка)
Ривка. Эли, что ты так долго? Ты принёс изюм?
Эли. Ривка, ты не поверишь. Я его таки да купил.
Ривка. А где изюм?
Эли. (Вздохнув). Я его не донёс. Мальчишкам раздал по дороге.
Ривка. А что же мы положим в кугель?
Эли. Ты, пожалуйста, не ругайся. Будем кушать кугель без изюма.
Ривка. Хорошо. Пусть будет кугель без изюма. И пусть это будет наше самое большое несчастье. А маленькие цуресы мы как-нибудь сами переживём.
Эли. Ты не возражаешь, я присяду, отдохну.
Ривка. Отдохни, дорогой. (Пауза). Эли! Эли, ты помнишь купца Менахема?
Эли. А иц ин паровОз! Сдался мне этот Менахем! Нет, не помню!
Ривка. Ну как же? В Мариуполе он один был такой. Купец первой российской гильдии.
Эли. Азохн вей, купец первой гильдии. Ривка, я в Бердичеве знал купца, его фамилия была Цилькес. Все свои дела он делал так тихо, что ни о какой гильдии не было не то шо разговоров, ни одного взгляда на сторону. Так к нему ездили за товаром из самого Киева. За Одессу я вообще молчу. Она на Цилькесе только и держалась. Весь контрабандный товар из Одессы был в его лавке. А Менахема, нет, не помню. Дедушку Моисея и бабушку Фейгу, что из Мариуполя, вот их помню.
Ривка. Я тебе таки да щас напомню. Дело происходило, когда за революцию ни биндюжники на Привозе, что в Одессе, ни грузчики в нашем Мариупольском порту, ещё даже не начинали разговору. Жил в Мариуполе купец. Звали его Мэнахем.
Эли. Зачем мне лишняя дырка в голову? Через неё у меня последние волосы разбегутся. Лови их потом.
Ривка. Ну вот ты же вспомнил дедушку Моисея и бабушку Фейгу. Это потому, что они тебе давали конфеты, чтобы ты без спросу ничего у них в лавке не таскал.
Эли. Ну и что? Всё у нас было по-честному, я не таскал, а они сами давали. Небольшой гешефт. Как будто я один был такой.
Ривка. Да ты уже тогда отличался сообразительностью. Неважно, что от стола два вершка был.
Эли. Бекицер! Что ты мне хотела сказать?
Ривка. Ты мне так заморочил голову, что я уже забыла, о чём мы только что говорили.
Эли. Вот, так всегда. Всю жизнь я должен знать, что ты хочешь. Ты что-то там говорила за купца Менахема.
Ривка. Ах, да. У купца Менахема был большой магазин. Чтобы не показалось, что я все выдумываю, так я в доказательство скажу, рядом с магазином Менахэма, ну, может быть, не совсем рядом, но уж точно, неподалёку, стояла лавка кошерных продуктов. Самых, что ни на есть настоящих кошерных. Все евреи города покупали продукты только в той лавке. Теперь вспомнил?
Эли. Кошерную лавку вспомнил.
Ривка. Так вот эту лавку как раз держали дедушка Моисей и бабушка Фейга. Она уже в это время вышла замуж за Моисея Гаркави. Молодые переехали в город Мариуполь и завели там эту самую лавку. Мы были детьми, но из той лавки не вылезали. В тот день мы тоже сидели в той лавке и всё сами видели. А откуда бы иначе мы узнали, что творится у господина Менахэма? Ну, сами подумайте!
Эли. Вот теперь вспомнил. Надо же, сколько времени прошло, а сейчас вспомнил. Значит, ещё не все волосы вылезли. Да-да-да. Ещё было у господина Мэнахема десять детей. Знаешь, это как банк, в котором растут хорошие проценты. Выражаясь современным языком – надёжные долгосрочные инвестиции.
Ривка. Ну, слава богу. Я уже думала, что ты так и не вспомнишь. Тогда слушай сюда. Я говорю, а сама уже вижу того купца рядом. Стоит вот он, совсем как живой.
(2 – Zemerel. Ривка и Эли уходят, появляются Менахем и Рахель)
Менахем. Ой! Это кого я вижу! Сама Рахель! А я иду и думаю, с кем бы поговорить. Знаешь, Рахеля, жизнь, я тебе так скажу – это делать деньги и делать детей. Можно и наоборот, но важно, чтобы деньги шли к деньгам, а дети к детям! И я прав, так как преуспел в том и другом. Или ты за жизнь думаешь иначе? (И, обращаясь в зал). А вы что молчите? Ми дав редн! Я смотрю, вы раньше молчали, вы и сейчас молчите.
Рахель. Ты прав, как всегда, Менахем! Слов на ветер, как и деньги, ты никогда не бросал. С тобой даже в синагоге не каждый еврей мог поговорить. Сам раввин любил с тобой после вечерней молитвы посоветоваться насчёт цен за соль.
Менахем. Так я же ту цену в городе и держал. Но гордость моя – это старший сын. Выучил я Соломона, всему, что только можно. Хоть сажай на царский престол, а как бы красиво звучало: царь всея Руси Соломон первый. И стал я нагружать сына своими делами. Чтобы вникал – пока я живой. Разве это так просто в наше время – делать деньги? Рахель. Огромное количество дел не оставляло Соломону времени на личную жизнь. Я видела, как ты с тревогой наблюдал за сыном, и не знал, что предпринять.
Менахем. Ай, что я себе думаю?! Мальчик возмужал, превратился в настоящего мужчину. Вот от такого и иметь внуков. Или я чего не понимаю?
Рахель. Если ты так решил, то пора заняться поисками невесты. Не тяни с этим делом.
Менахем. Это очень серьёзный вопрос. Его никому нельзя доверить. Я в своей жизни никому не доверял три вещи: свою жену, свои деньги и невесту своему сыну. Я сам займусь поисками невесты. И мне нужна хорошая сваха. Кого ты посоветуешь мне нанять?
Рахель. Вы знаете, что такое «шотхенти»? Можете не говорить, по глазам всё вижу. Это, когда в дело вступает сваха. Ещё лучше, чтобы она была кошерной. Господин Менахем, тебе таки да нужна кошерная сваха.
Менахем. Знаешь, приглашу-ка я известную в нашем городе сваху. Саре и лет, не так много, может, шестьдесят, может, больше, никто не знает её возраста. Но всё, что касается подбора невест и женихов – этим она занимается всю жизнь. И никто не жаловался на её работу. Пары сходились, заводили детей, растили их, выдавали кого-то замуж, кого-то женили. И опять-таки, всё через ту же Сару. Таким образом, в нашем городе весь мир крутился вокруг тети Сары. Вот с ней я как раз и встречусь.
(И начинает пританцовывать под музыку 3 – Фрейлехс, Менахем, пританцовывая, уходит, появляется Сара)
Рахель. Сара! Сара, ну где тебя носит? Я трижды обежала весь город! Господин Менахем с ног сбился. Тебя повсюду ищут. Иди к нему скорее. Ты же знаешь, он ждать не любит.
Сара. Бегу! Бегу! Постой! Он что? Всё-таки решился женить своего старшего? Давно пора.
Рахель. Да. Он именно тебя ищет. Беги скорее!
Сара. Сара! Если ты сейчас сможешь угодить старому Менахему, то при его ораве растущих детей, будешь спать спокойно, а кушать рыбу «фиш» не только на песах.
Рахель. Оденься, как подобает приличной женщине. Идёшь ведь не к кому-нибудь, к самому господину Менахему.
Сара. Смотри сюда. Как я выгляжу? На мне мой лучший наряд. В нём я свела сына купца Штрумеля с дочерью банкира Самуила Кершеля. Правда, это было больше двадцати лет назад, ну и что? О той свадьбе говорят до сих пор.
(Сара крутится под музыку. 4-Офра Хаза. Сара уходит)
Рахель. Всё… И пошла Сара в гости к господину Менахэму, приодевшись, как на именины. А в доме Менахема уже второй раз подметают пол в гостиной. Когда Саре идти оставалось полквартала, как раз на том месте и находилась та самая кошерная лавка, а что вы думали, двери раскрылись, и на пороге появился сам хозяин.
(На сцене Менахем и появляется Сара)
Сара, виляя задом, словно это она сейчас выйдет замуж за Соломона, подошла. Менахем ласково взял её за ручку и повел в гостиную.
(На сцене ставят стол и два стула, неплохо бы и самовар с чашками и блюдцами)
Усадил в кресло, налил чашку чая. Настоящего. Заваренного на листьях, доставленных с самого Китая.
(Рахель уходит)
Менахем. Сара! Я так рад тебя видеть! Сколько лет прошло с нашей последней встречи…
Сара. Ой, господин Менахем, лучше и не напоминайте мне за мой возраст.
Менахем. А шо такое? Неужели ты такая старая?
Сара. Тоже скажете, старая. Мне, как всегда, чуть за сорок.
Менахем. Погоди! Тебе же ещё тогда было чуть за сорок, дай бог посчитаю, когда это было.
Сара. Ай, зачем считать. Разве всё, что было потом – то была жизнь?
Менахем. А что, скажешь - нет?
Сара. Таки да, я скажу - нет.
Менахем. Сара! В этой «нет» я сделал небольшой и скромный бизнес. Ты видела мой домик?
Сара. Вы называете это – домик? (и Сара обвела взглядом комнату)
Менахем. То, куда ты сейчас посмотрела – это не домик, это столовая. Правда, в ней могут поместиться, не дай Бог, если придут, тридцать человек
Сара. Я вижу, господин Менахем, вы таки да преуспели.
Менахем. Дорогая Сара! Зато ты хорошо сохранилась! Однако, ближе к делу. У нас есть товар. Хороший товар. Что ты на это мне ответишь? Или я что-то не так сказал?
Сара. Господин Менахем! Я Вас умоляю! Хороший товар на рынке – это большое счастье. Когда Вы были молодым человеком, я, как сейчас помню, вы тоже были неплохим товаром. Вам было только двадцать, но очередь к вам уже стояла. Боже мой! Какая очередь! И что из этого вышло, вы спросите меня, я же всё помню. С таким товаром, как у Вас, Вы самый богатый человек на земле.
Менахем. Сара! Короче! У тебя есть, что можно купить?
Сара. Господин Менахем, Вы же знаете, как я к Вам отношусь, разве я Вам желаю чего плохого. Ваш товар требует, чтобы за него отдали бриллиант чистой воды и больших размеров.
Менахем. Сара! Мне большие размеры ни к чему. Или у тебя есть, что мне надо? Я же не мальчик, чтобы мне морочить голову. На это дело есть, кому морочить. Сара. Господин Менахем! Я Вас поняла. Я уже вижу, что Вам надо. Вижу так отчетливо, как самою себя.
Менахем. Боже! Убереги моего мальчика! Сара! Как себя не надо! Если будет как себя – мой мальчик этого не переживет. Дай ему немного пожить на белом свете!
Сара. Господин Менахем! Я Вас понимаю. А позвольте, господин Менахем небольшой вопрос.
Менахем. Что ещё?!
Сара. Я смотрю на Соломончика, от него идёт какой-то запах.
Менахем. А ты покрутись, как мой Соломончик, с раннего утра и до позднего вечера, ещё не так будешь пахнуть. И вообще, Сара, ты что? Нанялась обнюхивать моего Соломончика или искать ему невесту?
Сара. Простите меня, господин Менахем, обнюхивать клиентов в мои обязанности не входит.
Менахем. То-то же. Девушка, для моего мальчика должна быть такой красивой, чтобы на ней хотелось жениться даже без всякого приданого, ты меня поняла?
Сара. Такой красивой, чтобы на ней хотелось жениться без всякого приданого.
Менахем. И в то же время такой богатой, чтобы ты готов был пойти с ней под венец без всякой красоты.
Сара. И в то же время такой богатой, чтобы…
Менахем. Сара! Ты не слушай, что я сказал. Это просто мысли вслух. Учти, невеста должна быть из хорошей семьи, не обязательно богатой, но, чтобы родословная была на высшем уровне. И, конечно, нужна красавица, прямо, как заморская принцесса. И не забудь, она должна быть ещё немножко умной, но доброй, хорошо справляться с хозяйством, ну и само собой верной женой. Ты найдёшь такую?
Сара. Господин Менахем! Я уже бегу. Я знаю куда бежать! Менахем. Ну, договорились. И держи меня, Сара, в курсе. И запомни, сначала смотрю я, затем показываем моему мальчику. Не испорти дело! С Богом!
(5-«Шалом алейхем», Появилась Рахель, Сара и Менахем ушли, затем появляется Сара)
Рахель. И Сара, довольная разговором, удалилась. Она уже чувствовала, как её карман оттягивает мешочек с монетами. Но, с чего начать? В её записях были только такие курочки, которые уже не неслись. Их достоинство определялось количеством денег у дорогого папочки. А здесь случай был особый.
Сара. Раньше мне следовало к бедному жениху подыскать богатую невесту. Это было так легко. Тогда жених не смотрел на лицо невесты, он в перерывах между молитвами в синагоге имел разговор с папочкой, и говорил, куда присылать невесту. Точнее, он говорил, куда отсылать деньги, а только потом – невесту.
Сын Менахема – это же вершина моего творчества! Но как угодить купцу? Нужна красивая и молодая невеста. Можно без денег. Пойду к раввину, что он посоветует.
Рахель. И Сара отправилась к раввину в синагогу. Раввин всё знает, он поможет.
(6 «Zog Mir Rebbeniu», уходит Рахель, на сцене остаётся Сара, появляется раввин).
Сара. Ребе Натан! Ой, вэй! Я, как всегда, желаю Вам до ста двадцати! У меня такое чувство, что Вы хотели со мной поговорить?
Раввин. Сара! Я тебе тоже желаю, но я таки да тебя не звал.
Сара. Да? А мне показалось, что Вы всегда хотите меня видеть. Раввин. Сара! Я хочу всегда тебя видеть, но в синагоге и во время молитвы. Ты такой редкий у нас гость.
Сара. Что Вы, дорогой ребе. Я, когда Вас вижу, то всегда думаю, какое это счастье! Одним глазком на вас глянуть и умереть. Ребе, у меня такая проблема, такая проблема! Что мне делать, ребе?
Раввин. Сара! Бог посылает каждому из нас проблемы по его силам.
Сара. Ребе, я чувствую, что без вашей помощи мне эту проблему не разрешить.
Раввин. Сара, одно из двух: либо ты можешь справиться со своей проблемой…
Сара. Либо что?
Раввин. Либо это не твоя проблема.
Сара. Таки да, ребе, эта проблема не моя.
Раввин. Сара, что ты хочешь? Не морочь мне голову. Скажи, но только быстро-быстро, я очень занят. У меня дел…
Сара. Вот это уже другой разговор. Бедная Сара, она всегда что-то хочет. Знала бы она сама, что именно. Ребе! Только строго между нами, у вас есть девушка? Раввин. Сара! Что ты такое говоришь! Я женатый уважаемый человек, у меня дети. Сара. Ребе! Я имела не Вас лично, а на примете. У меня есть хороший товар. И за него дадут большие деньги.
Раввин. Ты говоришь – большие деньги? Это меняет разговор. Давай присядем, куда нам торопиться. Ты, что? Уже бежишь? Садись! … И сколько денег? Сара. Ребе! Давайте о коммерции потом. Мне нужна молодая и красивая, очень красивая девушка.
Раввин. Сара, куда ты торопишься? Присядь! Такие вопросы нельзя решать в одну секунду. Послушай меня, если товар очень дорогой, то у меня есть, что за него дать. Моя дочь Двойра как раз ищет подходящий товар. Что ты на это скажешь?
Сара. Сколько ей лет?
Раввин. Ой! О чём ты спрашиваешь? Разве это так важно? Выглядит она, если не очень приглядываться, на двадцать. Какая девушка, прелесть. Как изюм для пасхального вина.
Сара. Она такая красивая?
Раввин. И ты сомневаешься! Ты меня видишь? Вылитая папа. Сара. У неё, что тоже и борода, и пейсы? Боже! Помоги бедной женщине! Раввин. Ну, хорошо, Сара! Она, может быть, и не очень красива, но Тору знает лучше всех в синагоге.
Сара. Так, что, встречаясь с молодым человеком, она ему будет Тору читать? И, когда поженятся, тоже? Откуда же тогда возьмутся дети? Раввин. Ах, Сарочка, ты пойми, моя Двойра – это такое счастье. Я за неё дам хорошее место в синагоге. Это же какой почет! Сара. Нет, ребе. Я старая женщина, но думаю так. Хорошее место в синагоге надо давать бедным людям. Богатые его и так купят.
(7 «Николич», появляется Рахель, раввин уходит, Сара в центре сцены)
Рахель. Выйдя из синагоги, Сара задумалась. Раввин надежд не оправдал. Город… Она знала его, как своё старое платье. Мысленно обошла – дом за домом – невесты Соломончику не было. Нет, они, конечно, были, и в большом количестве, но папины требования... Ах, этот папа. Подавай ему заморскую принцессу. Шла Сара из синагоги к дому старого Менахема и впервые в жизни не знала, что скажет.
Ведь она не читала Маркса и не знала, что, если ты кладёшь деньги в банк, который обещает очень высокие годовые, то рискуешь остаться не только без процентов, но и без своих кровных. Что сказать Менахему?
(8 «Гевалт»…)
Рахель. И вот Сара, убитая горем, идёт к Менахему и не знает, что она ему скажет. Идёт по самой главной улице … Вдруг она остановилась посредине улицы.
Сара. Постой! В кошерной лавке говорили про одну девушку. Неписанной красоты, но немножко бедную. И живёт она на хуторе в большой еврейской семье. Трудится с утра до ночи, и по дому, и в поле, и за малыми детьми присматривает. Такая подойдёт.
(Обращаясь к тёте Рахели)
Рахеля! Смотри сюда! Шо же ты молчишь! На хуторе под Жмеринкой у польского пана еврейская семья Ицковичи – это твоя родня?
Тётя Рахель. Ну да.
Сара. Так ты што? Совсем старая стала? Давай скорей свою племянницу! Мы её выдадим за Соломончика!
Рахель. Она же совсем бедная. Ей и надеть на себя то нечего. Не то, что под хупу.
Сара. Шо ты такое говоришь? Она красивая? Скажи мне, красивая?!
Рахель. Очень, как ангел небесный.
Сара. Она работящая?
Рахель. Другой такой не сыскать! И в поле, и по дому, и за малыми детьми.
Сара. Так шо же я по всему городу бегаю, как угорелая?! Мне же не сорок лет, бегать! Рахеля! Вези её скорее сюда! И ей будет хорошо, и Соломончика пристроим.
Рахель. А как насчёт приданного? Даст ли господин Менахем за мою племянницу что?
Сара. И ей даст, и её родителям, и нам на рыбу фиш по субботам останется. Ангел небесный – это же то, что нам нужно. Рахеля! Возьми скорее бричку и езжай!
Рахель. Спасибо тебе, Сара! Немедленно еду за племянницей.
(9 «Векулом»… Сара в доме у Менахема)
Сара. Господин Менахем! Не знаю, что и сказать… Вы мне, таки да, не поверите, но я видела Вас во сне.
Менахем. Ах, Сара, я уже немного горю, бекицер.
Сара. Я вот думаю, рассказывать ли весь сон, или только по частям. С какой начать, с хорошей или плохой?
Менахем. Сарочка, не пугай, давай с хорошей новости, но поскорей! Сара. Ну, хорошо. Начну с хорошей. Значит, вижу я Соломончика, как сейчас Вас. Правда, на вид ему лет шестьдесят или около того. И идёт он к еврейскому кладбищу. Идет по самой центральной аллее и возле могилы ребе, на почетном месте, надпись: «Менахем». Менахем. Сара, он что, пришел один?
Сара. Как Вы могли так подумать? Господин Менахем, он пришёл к вам с такой красавицей, каких свет ещё не видывал. Ой! Какая красавица! Настоящий цимес!
Менахем. Стой! Ты меня совсем запутала. А, почему он приходит на мою могилку? Я же ещё живой!
Сара. Когда Вы увидите эту красавицу, то от счастья можете, не дай бог, и умереть. Девушка - настоящая агитэ балэбустэ! Но, после того, что я вам сказала, Вы будет жить до ста двадцати и внуков с правнуками нянчить. А какие внуки у вас будут! Какое это счастье, господин Менахем!
Менахем. Так, что мы стоим! Давай скорей её под хупу!
Сара. Я думаю, хупа таки да плачет по этой красавице.
(10-Семь сорок).
(На её фоне появляется в центре сцены хупа, все действующие лица бегают туда-сюда. Гвалт, неразбериха, суматоха. Слева от хупы невеста, Рахель и Сара. Справа от хупы Соломончик, папа, Ривка и Эли)
(В одном углу)
Сара. (Невесте) Нехама! Слушай, что я тебе скажу! Никто не должен знать, какая ты умная. Невеста не должна быть умнее жениха. Поняла?! А то, не дай Бог, всё сорвётся. Молчи. Молчи, даже если тебе захочется открыть рот, не открывай! Ты меня поняла? Кивни!
Нехама. А после свадьбы я смогу говорить?
Сара. После свадьбы говори, сколько хочешь.
Рахель. Сара, она тебя поняла. Будет молчать.
Нехама. Поняла я всё. Буду молчать. А когда раввин спросит меня, хочу ли я этого жениха, что, я тоже не должна говорить?
Сара. О, Боже! Дай мне пережить этот день! Когда раввин тебя спросит, скажи раввину, что «да».
Нехама. Что значит «да»?
Сара. Что хочешь.
Нехама. А если мне жених не понравится?
Сара. Я сейчас сойду с ума. У жениха много денег. Это тебе нравится?
Нехама. Много денег? Нравится.
Сара. Тогда сиди и молчи, а когда спросят, отвечай одно слово «да». Всё время: «да, да, да». Договорились?!
Нехама. Договорились.
Сара. Фу!!! Ну, слава Богу! Данкен гот!!!
(В другом углу)
Менахем. Соломончик! Кровинушка моя! Что бы тебе сегодня ни говорили, не отзывайся. Молчи и всё. Пусть все думают, что ты у меня самый умный! Ещё царь Соломон сказал: «Когда хочешь показаться очень умным – молчи!» Слушай царя! Он плохому не научит. Ты меня понял?
Соломончик. Понял, папа. Но я же не видел свою невесту.
Менахем. Зато я её видел. И говорю, это то, что тебе надо.
Соломончик. Папа, так дела не делаются. Это все равно, что покупать акции, не посмотрев в биржевой бюллетень!
Менахем. Ты стал очень умным, помогая мне в магазине. Я таки вижу, что пора тебе жениться. Красивая жена – это красивые дети и это – много детей. Когда много детей – будет в доме и много денег. А ты говоришь мне про биржевой бюллетень. Халоймес!
Соломончик. Как скажешь, папа. Хотя мне очень хочется хотя бы одним глазком взглянуть на невесту. Ведь это не ты, а я иду под хупу.
Менахем. Под хупой мы все там будем.
Соломончик. А свадьба-то у меня.
Менахем. Свадьба будет у меня. Кто платит, у того и свадьба.
Соломончик. Так я здесь тогда зачем?
Менахем. Всё! Это последние слова, которые ты сегодня произнёс. Повтори!
Соломончик. Это последние слова, которые я сегодня произнёс.
Менахем. Умница! А теперь иди к невесте и покрой её лицо свадебной фатой. Иди и делай всё, как я тебя учил!
(Соломончик идёт к невесте и покрывает её лицо фатой. К нему подходят Менахем, Ривка и Эли и ведут к хупе, следом за ними невесту ведут Сара и Рахель. Первым под хупу становится Соломончик, затем невеста. Она с Рахелью и Сарой обходит семь раз вокруг Соломончика. Появляется раввин)
Раввин. Наполним бокал вином и произнесём благословение на вино.
«Благословен Ты, Г-сподь наш, Владыка вселенной, Сотворивший плод виноградной лозы».
(Раввин передаёт бокал, жених и невеста отпивают от одного бокала)
Раввин. Благословен Ты, Г-сподь наш, Владыка вселенной, Освятивший нас своими заповедями, и Запретивший нам кровосмешение, и Запретивший нам тех, с кем мы обручены, и Разрешивший нам близость с ними нашими женами через обряды Хупа и Кидушин. Благословен Ты, Г-сподь, Освящающий народ Свой, Израиль, обрядами Хупа и Кидушин. Амен.
(Соломончик надевает кольцо на палец невесте)
Соломончик. Вот ты посвящаешься мне…
(После этого они выпивают вино, а жених разбивает бокал)
(Танцы, 11-Фрейлехс)
