СЕМЬЯ В ХУДОЖЕСТВЕННЫХ РЕАЛИЯХ ПОСТМОДЕРНИЗМА
магистр филологии, старший преподаватель
Казахский государственный женский педагогический университет
Аннотация: В данной статье рассматривается проблема кризис института семьи. Интересно наблюдать как в современном казахстанском обществе, традиционном по своей сути, борются два типа мышления, два полюса, две поведенческих парадигмы. Одна часть морализирующая, именно она указывает на должное поведение в обществе, семье, а вторая – живет в свое удовольствие, попирая моральные нормы, сопротивляется прессингу социальных догматов, дает отпор.
Ключевые слова: Нуклеамрная семья, постмодерн, интернет-супергерой Уятмен
В произведениях новейшей литературы Казахстана свидетельстует о том, что уже на уровне семьи в обществе, в эпоху постмодерна происходят глубокие изменения. Результатом этих изменений становится появление такого феномена, как «нуклеарная семья». Нуклеамрная семья (англ. nuclear family) – это супружеская или партнерская семья, состоящая из родителей (родителя) и детей, либо только из супругов. На первый план выдвигаются при этом отношения между супругами (представителями одного поколения), а не отношения между представителями разных поколений (родителями и детьми). Это очень важный момент для понимания глубины изменений, которые происходят не только в казахстанском обществе, но и во всем мире.
Нуклеарная семья противопоставляется традиционной семье и семье патриархальной, а, вернее, семья как понятие проходит этот эволюционный (или инволюционный) путь, что схематично показано на рисунке № 1.
Рисунок 1 – Эволюционный путь семьи
Целый комплекс социальных, экономических, политических и культурологических процессов привели к глобальным переменам в мире семьи эпохи постмодернизма. Семья в современных реалиях подвергается серьезным испытаниям. В этом мире не всегда есть место не только представителям старшего поколения, но и ребенку/детям [1].
Не обязательным становится наличие обоих родителей и вообще вполне допустимо рождение ребенка, без создания семьи. Универсальные каноны воспитания детей и преемственности поколений заменяются индивидуальными моделями поведения, где возможны любые варианты, которые будут (должны быть!) приняты обществом как приемлемые.
Интересно наблюдать как в современном казахстанском обществе, традиционном по своей сути, борются два типа мышления, два полюса, две поведенческих парадигмы. Одна часть морализирующая, именно она указывает на должное поведение в обществе, семье, а вторая – живет в свое удовольствие, попирая моральные нормы, сопротивляется прессингу социальных догматов, дает отпор (рисунок 2).
Рисунок 2 – Два типа семьи
Таким образом, для мира казахской семьи характерно деление на приемлемые поступки и неприемлемые, постыдные. А в эпоху постмодерна общество готово к открытому обсуждению этого явления, что вскрывается и на уровне литературного текста.
Такое деление, характерное для мира казахской семьи, возникает в новоиспеченной бюрократической саге «Легенда о Nomenclature» Д. Сатпаева и Е. Жумагулова. Произведение, увидевшее свет в 2016 г., было написано в соавторстве, что вполне отвечает духу эпохи постмодерна. В авантюрно-приключенческом романе «Легенда о Nomenclature», как его называют сами авторы, возникает карикатурный образ традиционной казахской семьи с ее огромным количеством родственников, которые с детства сопровождает главного героя романа, будущего крупного чиновника, маленького Баскайду: «Стало быть, весь круг его периодического общения сводился к многочисленным родственникам – родителям, братьям, сестрам, агашкам, татешкам, кокешкам, жездешкам и женгешкам» [2].
Авторы вскрывают логику казахстанского обывателя, согласно которой стыдно не покупать оценки в школе, а если ребенок окончил школу не с золотой медалью, когда «у отца триста пятьдесят лошадей». И совсем не стыдно, когда твой начальник приходится тебе родным дядей: «Естественно, главным гостем был дядя Бермаган, без которого не видать бы Баскайде желанной должности, как своих ушей. То бишь, приходился отныне любимому племяннику непосредственным шефом. Статус этот был обоим не внове, поскольку и на прежних местах работы начальником Баскайды всегда был дядя. Такие миграции характерны для современного Казахстана, и никто уже не удивляется тому, как иная семейно-клановая толпа кочует по учреждениям вослед за самым пробивным родственником подобно ордам Чингисхана, нередко оставляя после себя пепел и руины». Становится очевидным, что нормы морали традиционной казахской семьи становятся с ног на голову и это приводит к установлению двойных стандартов в казахстанском обществе. Так и становится постыдным совершенно не то, чего нужно стыдиться.
На примере появления интернет-супергероя Уятмена, мы видим, что роль обличителя пороков не такая уж и благодарная. Понимая, что образ Уятмена является собирательным образом всех тех, кто любит морализировать и решать, что стыдно, а что нет, приходим к выводу, что и современная казахстанская литература сегодня выступает в роли некого обличительного инструмента. В современных произведениях как в кривом зеркале отражаются пороки казахстанского общества, мир семьи выглядит тут тоже весьма неприглядно. Конечно, литературе эпохи постмодерна в целом свойственна самоирония, что не отменяет правила «зеркального эффекта», когда литература чутко откликается на все происходящее в социуме и беспощадно отражает это на бумаге.
Подытоживая, хотелось бы отдельно отметить, что в многоголосье современной литературной жизни заметно окрепли и женские голоса. В период независимости женщины занимают довольно активную позицию. На уровне художественной литературы показательными будут имена феминисток М. Вильковиской и А. Кадыровой. Обе девушки блестяще образованны, обе не только пишут художественные тексты, но и активно пропагандируют идеалы феминизма, а также ведут блоги в социальных сетях, у А. Кадыровой есть и свой канал на YouTube.
Трудно прогнозировать развитие этого направления, однако, уже сегодня можно говорить о том, что в текстах, подобных «Да, я феминистка», меняется восприятие женщины самой себя и своей роли в обществе, своей роли в мире семьи [3].
Очевидно, что женщина в семье больше не чувствует себя лишней или невостребованной, она всего лишь не хочет видеть себя в роли жертвы и домохозяйки. Сегодня смещаются приоритеты от «так было всегда» до «а я так не хочу» и именно на примере феминисткой литературы особенно заметны те глубокие онтологические процессы и изменения, которые происходят в современной казахстансокй семьи. Так, нуклеарная семья эпохи постмодернизма трансформируется в новый тип семьи или, вернее сказать, в ее отсутствие.
Список литературы:
Жаназарова работа с семьей: Учебное пособие для студентов гуманитарных факультетов высших учебных заведений. – Алматы: Қазақ университеті, 2003. – 172 с. Бюрократическая сага «Легенда о Nomenclature»: авантюрно-приключенческий роман. Досыма Сатпаева и Ербола Жумагулова. - Алматы, 2016. - 336 с. Художественный мир литературы Казахстана: компендиум. - Алматы: Улагат, 2009. - 388 с.