Дональдс Вудс Винникот Разговор с родителями (стр. 25 )

На следующей стадии, которую я назвал второй, начинает появляться “нельзя”. Вы передаете “нельзя” так или иначе. Возможно, вы просто скажете “бяка”. А может быть, сморщите нос или нахмурите брови. Может быть, хорошим вариантом окажется и “нельзя”, если только ребенок не глухой. Я думаю, что если вы счастливы, то иметь дело с этим “нельзя” будет просто, если вы подойдете к нему прагматически, устанавливая способ существования, согласующийся с вашим, и с миром вокруг. Несчастливые матери, из-за собственной неудовлетворенности, могут перебарщивать с нежной заботой о ребенке, и иногда они говорят “нельзя” только потому, что нервничают, но тут уж ничего не поделать.

А за этим следует третья стадия, которую я назвал стадией объяснений. Для некоторых оказывается огромным облегчением, что наконец-то можно говорить и надеяться быть понятым, но я могу утверждать, что основа всего, конечно, закладывается раньше.

Мне хотелось бы напомнить вам то место дискуссии, в котором мама говорит, что вводила “нельзя” по одному. Я думаю, дело в том, что она сама совершенно ясно представляла себе, что можно позволить и чего нельзя. Если бы она сама путалась в этом, ребенок бы лишился чего-то ценного. Послушайте снова этот фрагмент:

МАМЫ:

— Я думаю, все дело в том, что не должно быть слишком много таких вещей, о которых вы говорите: “Нет, нельзя”. Я хочу сказать, когда наш первый ребенок был очень мал, было две вещи, про которые говорилось “нельзя”. Во-первых, растения, которые стояли у нас в гостиной... Мы не хотели, чтобы их таскали туда-сюда. А во-вторых, электрические провода, которые висели у нас повсюду. Об этом мы говорили “нельзя”; а остальное — ну, если было что-то такое, что она могла повредить, мы убирали от нее подальше.

— Это самое мудрое... (Говорят одновременно)