Ольга Сапко, заместитель министра территориального развития Пермского Края
Сегодня далеко не каждый из нас может сказать, что у него был любимый учитель или учителя. Скорее всего, причина в том, что даже великолепное знание своего предмета далеко не всегда рождает умение привить к нему любовь у детей. И этому не научить в ВУЗе.
Здесь трудно не согласиться с героем культового произведения нашего замечательного писателя Алексея Иванова: «Педагог - это человек, который не только знает свой предмет, но и умеет других заставить знать, понимать и любить его».
Вот только не всегда правильно «заставлять». В этом плане я всегда с благодарностью вспоминаю своего учителя русского языка и литературы Пепеляеву Нину Васильевну…
В те годы мы жили в самом что ни есть рабочем поселке: микрорайоне Краснова (почти Крохалевка). Там был и детский сад и школа, самые обыкновенные советские, без углублений в какие-то определенные науки, как принято сегодня. Так я попала в школу № 99, была активной пионеркой и успела даже побыть комсомолкой, последним секретарем школьной организации. А еще мы тогда были самостоятельными детьми, посещали множество кружков и секций. И я просто запоем читала книги и увлекалась историей. Это был рубеж 80-х – 90-х. Как раз в старших классах стало возможным открыть для себя ранее запрещенную литературу. Произведения Булгакова, Солженицына, Пастернака, Зощенко, невероятно мощные «Дети Арбата» Рыбакова, которые еще недавно наши родители бережно хранили в журнальном виде «Самиздата». Книга «Мастер и Маргарита» стала для меня самым любимым произведением, сегодня это издание есть у меня в самых разных вариантах. Я и сейчас много читаю, но вот эта любовь к литературе закладывается именно в детстве.
Так вот, возвращаюсь к формулировке «заставлять знать»… Нина Васильевна сумела научить нас понимать и любить свой предмет. Нас не заставляли читать. Не было такого: не прочитаешь - получишь двойку. Не ставила она перед собой и задачу натаскать «как автомат», как сегодня при подготовке к ЕГЭ. Но нам так преподносили и классические произведения, и внеклассные, что нам хотелось читать. Хотелось прийти в класс и обсуждать прочитанное, анализировать и даже спорить. Как ей удавалось привить любовь к литературе даже у самых «нелегких» учеников - для многих загадка. Ведь это действительно не раскрывается ни в одном педагогическом учебнике. У нас тогда почти все читали, может, по-разному глубоко, но ни для кого литература не была провальным предметом.
Нина Васильевна настолько по-хорошему была одержима своим предметом, что это передавалось нам. Сегодня многие учителя как-то механически передают литературные знания, словно по алгоритму, а жаль. Я рада, что моя старшая дочь Даша, которая еще не так давно не любила литературу, сегодня стала много читать, практически «взахлеб», и настраивает на это Лизавету.
Нина Васильевна была для нас примером во многом, хотелось соответствовать, хотя тогда не было понятия «икона стиля». Она обладала безукоризненным вкусом, одевалась очень стильно и нестандартно. Учитывайте, что это был занавес советских лет, когда одеваться было невероятно сложно, ничего не было, даже журналов толком, не говоря уже о стилистах. При этом Нина Васильевна умела очень тонко сочетать строгость и женственность.
– это такой пример, как надо привить любовь к предмету, чтобы хотелось самому его изучать. Она и по сей день преподает в школе № 99.
