Отражение языковой картины мира в лексической парадигматике (на материале псковских говоров)
Языковая картина мира – это запечатленная в сознании носителей языка и отображаемая всей системой и подсистемами языка совокупность знаний и представлений об окружающем мире. Именно антропоцентрический подход к изучению языкового материала позволяет исследовать материальную и духовную культуру народа с позиций «человека в языке и языка в человеке» (Гумбольдт 1984: 80). Способность языка накапливать, сохранять знания позволяет передавать опыт народа, его мировидение и мироощущение. В силу специфики языка в сознании носителей возникает определенная языковая картина мира, сквозь которую человек воспринимает и видит мир. Следовательно, языковая картина мира – это специфическое восприятие мира человеком, зафиксированное в языке (Маслова 2001: 64).
Картины мира возможно реконструировать на основе единиц разных языковых уровней. Особое место занимает материал лексической системы, так как богатая информация о системе ценностей народа содержится в слове и именно «лексика в наибольшей мере апеллирует к смысловым параметрам модели мира» (Топорова 1994: 3).
Системная организация лексического материала, в том числе и диалектного, способствует детальному исследованию языковых единиц. Описание языкового материала в системе нагляднее представляет специфику «национального миропонимания», «систему знаний человека об окружающей действительности» (Гетман 1984: 30). Кроме того, систематизация языковых единиц решает ряд вопросов: «в какой мере, насколько адекватно язык отображает действительность, с какой степенью полноты его единицы покрывают сферы человеческого опыта» (Мыркин 1986: 54).
Детальное исследование отдельных фрагментов лексической системы языка возможно прежде всего в лексических объединениях (ЛСГ) в пределах единого семантического поля. Через слова, входящие в ЛСГ, обнаруживаются значимые для диалектоносителя участки действительности. Лексемы, входящие в такие объединения, в полном объеме отражают наивный (обыденный) взгляд на окружающий мир. Так, при реконструкции такого участка действительности, как состояние атмосферы (погода) в псковских говорах, выясняется, что лексический материал в составе ЛСГ распределяется неравномерно. Неоднородность наименований отражает различные способы репрезентации действительности. Имеются лексические лакуны. Например, метеорологический признак ‘атмосферное давление’ не актуализируется носителем говора. Не отмечено специальных наименований при обозначении погоды с определенными осадками (снегом, росой, градом). Лексический материал относительно «уравновешивается» за счет обозначения различного вида осадков. Например, для обозначения дождя и его различных характеристик в псковских говорах выделено около 60 наименований.
Неравномерная наполненность лексических объединений языковым материалом показывает отношение человека к метеорологическим явлениям и процессам. Как отмечает , такие объединения выполняют важную «конструктивную и информативную роль» (Шведова 1999: 5).
Недостаточной лексической наполненностью, т. е. лексически «слабо» выражены, характеристики состояния погоды ‘без снега, инея, ветра’ и др. Возможно, для носителя говора состояние атмосферы без проявления метеорологического признака, негативно влияющего на состояние атмосферы, воспринимается как норма и, следовательно, не маркируется. Обычно объектом внимания человека, особенно сельского, становятся процессы, явления, состояния, вызывающие негативную оценку. Поэтому при характеристике метеорологических явлений и состояний лексические единицы с отрицательной коннотацией в количественном отношении представлены мощнее, чем лексические единицы с положительной коннотацией.
Реконструкция псковской языковой картины, характеризующей представление человека о метеорологических явлениях и состоянии погоды, возможна через механизм парадигматических связей слов. Парадигматические связи (родо-видовые, антонимические, синонимические и т. д.) широко представлены именно в лексических объединениях.
Особое место отводится синонимическим связям, демонстрирующим отношение человека к различным метеорологическим явлениям. Это обусловлено тем, что «синонимия составляет философскую сторону языка, без которой ни духа его постичь, ни основательного знания достичь невозможно» (Красинский 1985: 4). Кроме того, достижения современной науки позволяют через явление синонимии раскрыть особенности речемыслительной и познавательной деятельности индивида. Это дает возможность рассматривать синонимию как ментально-языковую категорию.
В языковом пространстве синонимы как слова с одинаковыми или близкими по содержанию значениями, выраженные формально различными словами и реализующие семантические функции замещения и уточнения, создают возможность представить реалии в разных обозначениях. Появлению синонимов способствуют знания и представления человека на окружающий мир, степень детализации действительности, актуализация интереса к коммуникативно значимым реалиям существующего мира. Как писал , «в категории выразительных и изобразительных («картинных») слов наряду с существующими словами постоянно имеют тенденцию возникать новые слова, которые либо более энергично и свежо удовлетворяют эмоциональным заданиям речи, либо по-новому могут заменить старые, либо сосуществовать с ними в языке и использоваться по мере надобности» (Якубинский 1986: 67).
В псковских диалектах существуют синонимические ряды разной степени протяженности и состава.
Так, в синонимических рядах, наряду с диалектной лексикой, широко используются наименования общерусского характера (погода, дождь, ветер, град и др.). Экспрессивные синонимы, образованные с помощью оценочных суффиксов, также создают синонимический ряд. В таких синонимических объединениях оценочность может носить положительный, но чаще отрицательный характер: жарюга, холодина, морозяга, холодрыга и др.
Особенностью диалектной системы является активное включение в синонимические ряды составных наименований (благая погода, плохая погода; мороз-трескун, мороз-древолом) вместе с однословными (погода, непогодь).
Широко представлена коммуникативная функция синонимов, что в достаточной мере отображает возможности синонимии в диалектной речи.
Взаимозаменяемость синонимических наименований наглядно представлена в высказываниях носителей говора. Словосочетания и однословные наименования выступают как тождественные при обозначении хорошей погоды: Вёдры – ясна, харашо, жарка сильна, пагода харошая. Вёдра – эта харошая пагода, што летам, што зимой. Прилагательные в составе словосочетаний, отмеченные в речи диалектоносителей, также связаны синонимической связью: Пагода – это кагда плахая, а сявоння харошая, вёдръшная. Вёдрая, харошая гъварят [погода].
Синонимическая связь многих наименований погоды обнаруживается в процессе коммуникации. Так, в говорах синонимичные прилагательные гнилой, дождливый, мокривый и мокрый в значении ‘сырой, дождливый’ (ПОС 7: 26) могут быть взаимозаменяемыми: Сёдня вёдра, будим сена сушыть, а раньшы гнилая была, дажливая. Вот если рябины многа, то осень будя дожжывая, макривая.
В синонимические ряды могут входить лексемы, вышедшие из активного употребления в современных говорах: наносица, непора, камилуха, падера и др.
Интерес представляют также синонимические ряды, включающие лексические единицы с общей корневой морфемой и разными суффиксами: жара, жар, жаровня, жаровье, жарина, жарища, жарище, жарынь, жаруга, жарюга. Часто экспрессивность суффиксальных морфем демонстрирует негативное отношение диалектоносителя к состоянию погоды с высокой температурой.
С помощью синонимических слов-названий определенной погоды уточняются некоторые понятия: Вигма – буран снежный. Ох, мятелица идё, хвиль-та севоння – глаз не провереть. Вьюга – хвилюга тожэ занесёт. Камилуха – этъ заваруха, пурга или буран.
В речи диалектоносителей синонимы оцениваются как равноправные с полным совпадением значения или подчеркивается их взаимозаменяемость: Хвиль – вьюга тоже гаварят. Гаварят, завьялица сяводня сильна, хвиль бальша. На шырокай улицы хвиль и вьялица, большая метелица.
Степень употребительности одного из синонимов подчеркивается наречиями теперь, иногда или больше: Завиль, тяперь вьюга. Иногда мятелица паднимаицца с ветрам, иногда называют пурга, буран. Большы мятелица, хто завьюха [называл].
Включение в коммуникативный процесс наречия раньше подчеркивает устаревающий (или устаревший) статус одного из синонимов: Хвиль раньшэ гаварили, типерь митель.
Воссоздание языковой картины возможно и с помощью парадигматических антонимических отношений. Известно, что познание человеком окружающей действительности и отображение ее средствами языка возможно через противопоставление соответствующих фактов и явлений.
При восприятии погоды противопоставление может происходить как выражение эмоциональной оценки ‘хороший / плохой’: Погода – это когда плахая [погода], а сивоння хароша, вёдрышная [погода]. Добрая погода, солнишная, а када дош, плахая, для пакосу ана нигожа.
Оценивая состояние погоды по температурному признаку, диалектоноситель, как правило, противопоставляет теплую погоду холодной прежде всего как антиномию теплого и холодного времени года, периода времени: мороз ‘сильный мороз’ – мороз ‘слабый мороз’; морозюга ‘сильный мороз’ – мороз ‘слабый мороз’; мороз ‘относительно сильный мороз’ – заморозки, паморозки ‘несильный мороз’.
В языковом материале противопоставленность может быть отмечена по признаку ‘наличие / отсутствие’ того или иного погодного явления. Так, лексические единицы для называния ‘погоды с дождем’ противопоставляются лексическим единицам, называющим ‘погоду без дождя’. Наличие противопоставленных единиц по указанному признаку объясняется тем, что для диалектоносителя состояние погоды с дождем или без дождя является важным в жизни и деятельности. Так, составные наименования в сочетании с прилагательным, указывающим на осадки (дождь): дождливая погода, дождливый, (мокрая погода противопоставлены наименованиям: вёдро, недождь, бездождие, засуха, засушь, сушь, сухота и др.
Таким образом, языковая картина, характеризующая определенный участок действительности или самого человека, реконструируется прежде всего в системных лексических объединениях. Синонимические и антонимические связи слов как системные парадигматические отношения также выявляют специфические особенности маркирования участков действительности языковыми знаками.
Сокращения
ПОС – Псковский областной словарь с историческими данными. Вып. 1-22. – Л. (СПб.): ЛГУ (СПбГУ), 1967-2010.
Литература
Гумбольдт В. О различии строения человеческих языков и его влиянии на духовное развитие человеческого рода // Избранные труды по языкознанию. – М., 1984. Маслова В. А. Лингвокультурология: Учебное пособие. – М.: Академия, 2001. Топорова структура древнегерманской модели мира. – М., 1994. Гетман системных семантических свойств лексики в тезаурусе // Семантика языка и текста. – Кировоград, 1984. В какой мере язык (языковая система) является отражением действительности // ВЯ. – 1986. – № 3. – С. 54-61. Шведова результаты, полученные в работе над «Русским семантическим словарем» // ВЯ. – 1999. – № 1. – С. 3-16. Красинский А. С. Словарь синонимии польского языка. – Краков, 1985. Якубинский Л. П. Краткий очерк зарождения и первоначального развития русского национального литературного языка // Якубинский Л. П. Избранные работы. Язык и его функционирование. – М., 1986.