Расшифровка аудиозаписи конференции, день № 3 (стр. 18 )

Соответственно, живя высоко и тренируясь низко, ты проводишь большую часть дня наверху, а затем спускаешься вниз для работы с высокой интенсивностью, как вам рассказывал Фред сегодня утром.

Фрэнк Дик:

И это самый лучший вариант?

Иниго Мухика:

Необязательно. В Америке развивается тенденция считать эту стратегию оптимальной. Например, Фред обнаружил, что его пловцы после нескольких дней на большой высоте могут плыть почти так же быстро, как и на уровне моря. Поэтому иногда вниз он не спускается. Есть также люди, которые пробуют жить внизу, а тренироваться наверху. Есть и другие, предпочитающие жить наверху, а тренироваться и наверху, и внизу. Также есть возможность добавлять искусственную высоту вместо естественной.

Фрэнк Дик:

Так от чего же это зависит, от спортсмена, от системы, или от чего? Почему для кого-то это плохо, для кого-то — хорошо?

Иниго Мухика:

Ведутся определенные исследования, но не по всем возможным вариантам. Существуют различные рекомендации. Простым можно считать факт, что подниматься нужно не меньше, чем на три недели. Чем больше времени проводится вверху, тем больший будет эффект на массу гемоглобина. В гематологии имеет значение только один параметр — масса гемоглобина. Австралийцы полагали, что можно получить преимущество даже без увеличения массы гемоглобина. То есть они считают возможным получение преимуществ, не связанных с гематологией. Возможно, это буферная емкость.

Возможно, это какая-то межклеточная адаптация, которую мы не можем измерить. Таким образом, даже если спортсмен теоретически не подвержен воздействию высоты, то есть у него не повышается гемоглобин, совсем не обязательно, что он не будет получать преимуществ от высотной тренировки.

Фрэнк Дик:

Ладно. Итак, продолжая об этом, я надеюсь, все мы знаем, что исходные исследования по высоте проводились на лошадях. Первые исследования. И было выявлено, что кобылы реагируют иначе, чем жеребцы. Две или три сдохли от того, что содержание глицеридов в крови повышалось быстрее, чем у жеребцов. Есть ли похожая зависимость у людей?

Иниго Мухика:

Я такого не замечал. Не существует научных свидетельств, что девушки адаптируются к тренировкам лучше или хуже, чем мужчины. Но я хочу подчеркнуть одну вещь. На высоте более 2000 метров нельзя ошибаться. Если будет хоть небольшая ошибка, если спортсмен даже немного заболеет, если будет минимальная проблема с коленом... Я полагаю, что за период проведения тренировочных сборов недостаточно времени для восстановления. В таких условиях я рекомендую отправлять спортсмена домой.

Фрэнк Дик:

Итак, я надеюсь, вы не будете снова задавать нам вопросы, на которые сами должны были ответить.

Переводчик:

Это понятно. Мы обратили внимание на тот факт, что, например, пловцы проводят много времени на средних высотах — от 100 до 120 дней, и они хорошо адаптированы к этой высоте.

Поэтому не требуется отдельной серьезной адаптации. И когда мы поднимаемся на высоту до 3000 метров, существует классическая схема плавного начала, врабатывания и достижения определенных возможностей за период 3–4 дней. Мы понимаем эту схему. Существует много видов спорта, в которых высота не используется активно. Например, это командные виды спорта и некоторые квалификационные. И здесь у нас возникают некоторые вопросы. Мы объединили информацию о стандартных подготовках к соревнованиям, стандартных методах подводки в наших видах спорта.

В ходе дискуссии мы выяснили, что можно использовать определенные стандартные наборы тренировок, ведущие к снижению объема работы. В том числе, соревновательные элементы и элементы соревновательного поведения в период подводки позволяют стабилизировать психологическое состояние спортсмена перед соревнованиями. Как-то так.

Фрэнк Дик:

Позвольте мне остановиться на этом моменте и вспомнить кое-что из того, что я упоминал вчера. Вчера я говорил об интересном феномене в легкой атлетике, наблюдавшемся в этом году. Аналогичный случай был в 1986 году в команде Великобритании. Они участвовали в Играх Содружества, то есть в соревновании международного уровня, меньше, чем за две недели до другого соревнования мирового уровня — Чемпионата Европы. Результаты британских спортсменов оказались существенно лучше, чем ожидалось. Можно ли это объяснить?

Иниго Мухика:

Такая ситуация происходит достаточно часто. Обычно ею активно интересуются в США, поскольку у них отборочные соревнования проходят за 4–5 недель до фактического соревнования. Я полагаю, что основной вопрос здесь в промежутке времени между основным и дополнительным соревнованием, или между двумя важными соревнованиями.

Фрэнк Дик:

Но мне кажется, что он достаточно небольшой.

Иниго Мухика:

В зависимости от промежутка времени между соревнованиями, необходимо решить, следует ли пытаться продлить пик формы. Или же времени будет достаточно для нормального восстановления спортсмена с некоторой потерей формы и последующим выходом на второй пик спортивной формы.

Фрэнк Дик:

Я могу понять, если у нас от 4 до 5 недель. Но всего две!

Иниго Мухика:

Да. При двух неделях я всегда выбираю вариант продления пика оптимальной формы спортсмена. Мы видели это на графике. Для командных видов спорта, также это применимо к ситуации с триатлоном, при необходимости иметь оптимальную форму в двух точках, расположенных так близко друг к другу, я не считаю возможным проводить восстановление и повторную подводку. Я попытался бы продлить форму. Эта ситуация схожа с обстановкой командных видов, в которых нужно хорошо выступать в первый же день Олимпийского турнира, а затем поддерживать уровень спортивной формы в течение двух недель. Олимпийские турниры, например, по водному поло и хоккею или футболу длятся от 10 до 14 дней. Таким образом, нужно добиться пика формы к первой игре и гарантировать его поддержание до самого финала.

Так что я не удивлен возможности выступать на очень высоком уровне эффективности в соревнованиях, разделенных двумя неделями. Предположим, профиль спортсмена выглядит вот так (...). Длительная фаза суперкомпенсации. Совсем не удивительно, что такие спортсмены выступают на пике своих возможностей такой долгий период времени.

Это замечательно. Мне кажется, очень многое стало понятнее. Надеюсь, для вас тоже. Я попробую уследить за временем. Джама, я вернусь к этому. Я обещаю, если будет достаточно времени, я обещаю. А сейчас давайте послушаем представителей других групп, которые у нас здесь сзади. Где наша ведущая? Я не вижу ее. Ладно, тогда группа сверху. Готов ли кто-нибудь из группы сзади предоставить отчет? Подготовьтесь, пожалуйста, после этой группы.

Переводчик:

Наша группа провела целый час, слушая нашего замечательного тренера г-на Джаму Адена. Это тренер видов на выносливость, и он смог ответить на множество вопросов, которые мы задавали, и предоставил нам подробные объяснения. Также он показал интересные цифры. Все было очень доступно, понятно, и мы узнали много нового. Много новой информации и куча положительных эмоций. Теперь, используя такую возможность, раз уж здесь у нас идет обсуждение, я хочу задать вопрос. Я хочу задать вопрос Иниго и Фреду. Нет, пожалуй, Фрэнку, поскольку Фред уже ушел.

Иниго сказал, что при работе показатель аэробности составлял 75 %. Во второй таблице он поднялся до 85 %. Мы понимаем этот подход, и это очень интересно. Однако, когда мы спросили у Фреда, как он организует свои тренировки в этом отношении, в его таблице недельного плана было только 2 тренировочных сессии активного восстановления из 12-ти, а остальные сессии были очень сложными, по сложным направлениям. Они были посвящены наработке соревновательного темпа, но не расценивались как активное восстановление. Как это все соотносится при том, что эти двое работают вместе друг с другом?

[смена говорящего]

Простите, Фред или Джама?

[смена говорящего: переводчик]

Я про Фреда и Иниго, они работают вместе. Фред все объяснил простыми словами, но в презентации …

[смена говорящего]

Разве не вы были должны ответить на этот вопрос?

[смена говорящего]

Если возможно, если возможно.

Фрэнк Дик:

Я уж точно не могу отвечать за Фреда.

[смена говорящего]

Я могу ответить. Из спортсменов Фреда одна из девушек, я ее называю «Ходячая митохондрия»... У нее предельный уровень лактата в крови 6,2 миллимоля. И при уровне лактата ниже порога она плывет очень быстро, при плавании ее уровень лактата около 1,6. И она формально работает ниже порога, поэтому при такой оценке у нее официально интенсивность 1. Это понятно?

[смена говорящего: переводчик]

Да, это многое объясняет. Но ее работа была нацелена на наработку максимального объема кислорода, то есть она работала в первой зоне.

[смена говорящего]

Дин, можешь ли ты это прокомментировать?

Хорошо. Дин сейчас позвонит Фреду и объяснит его позицию.

Он работал над увеличением объема кислорода, проводя тренировки на пределе кислорода.

Фрэнк Дик:

Выглядит так, как будто здесь противоречие в программах. Что вы скажете?

[смена говорящего]

Я думаю, дело может быть в том, какую точно неделю мы рассматриваем. На моем графике был отражен весь год. Если Фред приводил вам пример одной недели, например, за 4 недели до соревнований, там программа будет совершенно другой. Также необходимо помнить, что даже при установленной на тренировочную сессию задаче работы на пороге или выше порога, основная часть работы на тренировке все равно будет выполнена ниже порога, ведь спортсмену нужно размяться, потом замяться, выполнить восстановительные заплывы между скоростными и нагрузочными. Так что если подсчитать общий объем работы на тренировочной сессии, будет очень много работы с низкой интенсивностью. Работы с низкой интенсивностью всегда будет больше, чем с высокой. Если проводить количественную оценку по основной задаче сессии, вы, видимо, имеете в виду, сколько сессий я посвящаю работе на пороге или работе с высокой интенсивностью? Этот процент существенно выше, но большая часть работы все равно будет на низком уровне интенсивности.

Фрэнк Дик:

Давайте сделаем здесь небольшую паузу... Джама, не хотел бы ты высказаться? Буквально пару минут, ведь у тебя несколько другой подход к подготовке к соревнованиям. Хочешь взять микрофон?