Об управлении легко

Об управлении легко

, доктор педагогических наук, профессор главный редактор журнала «Директор школы», Председатель жюри Всероссийского конкурса «Директор школы», г. Москва

Должен ли педагог любить детей? Что скрывается за формулировкой «творчество в образовании»? Как использовать угрозы внешнего мира? Как всегда, автор материала ставит перед собой и читателями провокационные управленческие вопросы.

Выход из окопа

Мы чаще исходим из предположения, что внешний мир недружелюбен: оттуда всегда в основном исходят неприятности: будь то жалобы родителей, очередные новые установки руководства, разные проверки и т. д. Все это создает вполне оправданное желание закрыться, не подставляться под удар, т. е. отрыть себе окоп и сидеть там, напряженно ожидая, как будут разворачиваться события. Так, собственно, и происходило, пока кому-то не приходило в голову, что, возможно, события во внешнем мире могут нести не только угрозу, но и возможности.

И тогда принималось решение, чаще всего руководителем: мы вылезем из окопа и попробуем. В первую очередь приходится преодолевать страх (говорю это на основании собственного опыта), страх, что не выйдет, страх, что работать придется больше, а результат не гарантирован, страх, что неудача подорвет веру людей в руководителя. И неважно, какое это было событие: какой-либо профессиональный конкурс, борьба за грант или что-то иное. Участие в этом событии, если оно было более или менее успешным, что-то меняло в организации, и она начинала развиваться, т. е. меняться. Эта удовлетворенная жажда успеха и признания меняла дух организации, меняла отношение к окружающему миру, который начинал казаться если не дружелюбным, то как минимум менее враждебным.

Как-то несколько лет назад один из лучших специалистов в области управления И. Адизес, описывая свое впечатление от российских управленцев, отдав должное их креативности, тем не менее отметил, что их отличительной особенностью является СТРАХ, который они постоянно испытывают. Его преодоление — тяжелая работа.

Технологии и образование

В который раз убеждаюсь, что надо читать оригиналы. Прочел знаменитую книгу «Принципы научного менеджмента» — не ее пересказы весьма уважаемыми авторами, а оригинал. Признаюсь, что чтение удивительное и пугающее. Там много разных идей, однако остановлюсь на одной, связанной с технологиями.

Как-то до меня раньше не доходило, что главная задача технологии — уменьшить разнообразие способов достижения результатов. Тейлор полагает, что на данный момент времени существует один единственный наиболее эффективный способ выполнения какой-либо операции. В качестве примеров он использует способ переноски тяжестей, укладывания кирпичей, обработки сыпучих грузов, калибровки шариков и т. д. (обратите внимание, что это исключительно простые операции). Научное управление в его трактовке — это, во-первых, определение этого наилучшего способа во всех мельчайших деталях, а во-вторых, обучение рабочих выполнению конкретной операции вплоть до отработки отдельных движений.

Собственно, это и есть технология. Разработанная технология должна неукоснительно выполняться до тех пор, пока не будет найден способ еще более эффективный, которому все должны обучиться и столь же неукоснительно выполнять. Иначе говоря, никаких внедренных инициатив (инноваций) до тех пор, пока не будет доказано, что предлагаемое улучшение действительно является таковым. На практике это приводило к увеличению производительности от 2 до 10 раз.

Именно так должно быть, и так было организовано эффективное массовое производство в странах развивающегося капитализма с начала XX века, когда и была написана эта книга. Нации (там, где это происходило) более века проходили подобную весьма жестокую школу — школу крайне уважительного отношения к технологии и дисциплине ее выполнения.

Отметим, что мы такой школы не проходили, просто не успели, поскольку в двадцатом веке были заняты другими вещами.

Поэтому на производстве у нас получаются уникальные единичные экземпляры, а организация массового производства не очень. У нас получаются островки очень качественного образования, работа с одаренными детьми, а массовое образование не очень. Мы ведь не зря так часто говорим о творчестве в образовании. За этим, могу предположить, стоит нежелание (или неумение) следовать технологиям. Альтернатива технологиям в образовании — подход к преподаванию как к искусству. Оба подхода имеют свои плюсы, все зависит от цели… и эту развилку мы сейчас и проходим.

Новое слово «резильентность»

Не знаю, насколько именно этот термин привьется в нашей практике, возможно, найдется более удачный перевод, но сейчас именно его я слышу все чаще и чаще. И этот термин означает крайне важную, на мой взгляд, вещь. Резильентность — это способность достигать успеха в трудных условиях вопреки обстоятельствам. Бывают резильентные дети. Представьте себе ваших учеников из неблагополучных семей. Обычно наше внимание сосредоточено на тех из них, кто так же неблагополучен, как и их семьи: плохая академическая успеваемость, низкая дисциплина и пр., однако среди детей из таких семей есть дети, которые вопреки всем тяжелым обстоятельствам стремятся к успеху и добиваются его, то есть их результаты превосходят наши ожидания.

Это и есть резильентный ребенок, способный добиваться успеха вопреки жизненным обстоятельствам. Причем это не просто преодоление отдельных трудностей, на такое способны многие, — это способность строить полноценную жизнь в трудных условиях, то есть продолжительные усилия. Не знаю, что их делает такими, но рискну предположить, что именно эти дети как раз и есть наш профессиональный успех, ведь они обычно больше, чем другие, проводят время в школе. Наверняка имели такой успех и вы.

Есть резильентные дети, но есть и резильентные образовательные организации. Это те, которые, работая в сложном социальном контексте (много семей находится в зоне риска, тяжелых обстоятельствах и т. д.), достигают результатов, превосходящих ожидания от результатов работы в таких условиях. Например, имея средний социально-экономический статус семей ниже среднего (например по муниципалитету, региону), дают результаты выше среднего. Интересно, что степень резильентности можно измерить. На мой взгляд, это крайне важно, потому что это и есть лучшие организации, и они должны получить признание.

Провокация на тему любви

Рискуя навлечь на себя гнев возмущенной педагогической общественности, хотел бы высказать одно соображение. В нашей профессии есть мифы, которые серьезно влияют на профессиональное поведение. В этой связи мне кажется важным обратить внимание на краеугольный камень профессии, установку, которую можно услышать даже от профессионалов: педагоги ДОЛЖНЫ ЛЮБИТЬ ДЕТЕЙ. Это рассматривается практически как важнейшая профессиональная характеристика (как педагог, кажется, не очень, но детей любит…). Передоверяя любовь педагогу, если он в это, не дай бог, поверил, мы даем ему власть, причем неограниченную, — любовь ведь подразумевает колоссальные права, не так ли? «Я тебя люблю, поэтому…». Поскольку любить всех нельзя, то кого-то люблю, кого-то не очень. Помилуйте, с какой стати? Любить его должны дома. Не стоит доверять такую тонкую материю посторонним людям. Педагог может быть профессионалом только при отсутствии обременения любить. Уважать должен, испытывать искренний интерес к развитию и способствовать ему — да, быть готовым и уметь помочь — безусловно, но любовь-то здесь при чем? Дистанция и любовь несовместимы, в этом, кажется, проблема. Профессиональная позиция должна быть позицией отстраненной. Только тогда можно точно диагностировать проблемы и действовать профессионально.

Между врачами и педагогами много общего. Врачи, насколько я знаю, не оперируют родственников, т. е. людей, которых они любят. Профессионализм рационален — любовь нет.

http://www. direktoria. org

© Информационная система «Директория», 2016

© Практика управления ДОУ №8 (43), 2016