Перейти к оглавлению курса
§20. Переход к НЭПу
1. Отмена продразверстки
Разрастание повстанческого движения на рубеже 1920–1921 гг. заставило Ленина осознать, что без отмены продразверстки и предоставления крестьянину права хотя бы частично распоряжаться плодами своего труда большевики не удержат власть в мужицкой стране. Кронштадт стал еще одним грозным подтверждением этого.
Победа Ленина в дискуссии о профсоюзах и запрет фракционной деятельности облегчили вождю большевиков резкий поворот в экономической политике, который неизбежно должен был вызвать недовольство среди многих членов партии, настроенных на скорое и окончательное торжество коммунистических идеалов.
В предпоследний день съезда РКП(б) Ленин выступил с докладом «О замене разверстки натуральным налогом».
Из доклада:
«В России мы имеем меньшинство рабочих в промышленности и громадное большинство мелких земледельцев… Только соглашение с крестьянством может спасти социалистическую революцию в России, пока не наступила революция в других странах… Крестьянство формой отношений, которая у нас с ним установилась, недовольно, оно этой формы не хочет и дальше так существовать не будет… Мы с этим должны считаться, и мы достаточно трезвые политики, чтобы говорить прямо: давайте нашу политику по отношению к крестьянству пересматривать…
Мы должны постараться удовлетворить требования крестьян, которые не удовлетворены, которые недовольны, и законно недовольны, и не могут быть довольны… Как крестьянина удовлетворить и что значит удовлетворить его?.. Во-первых, нужна известная свобода оборота, свобода для частного мелкого хозяина…
Что же такое свобода оборота? Свобода оборота — это есть свобода торговли, а свобода торговли, значит назад к капитализму… Из этого оборота и свободы торговли неизбежно вытекает деление товаропроизводителя на владельца капитала и на владельца рабочих рук, разделение на капиталиста и на наемного рабочего, т. е. воссоздание снова капиталистического наемного рабства…
Спрашивается, как же так, может ли коммунистическая партия признать свободу торговли, к ней перейти?.. Можно ли до известной степени восстановить свободу торговли, свободу капитализма для мелких земледельцев, не подрывая этим самым корней политической власти пролетариата? Можно ли это? Можно, ибо вопрос — в мере».
Под «мерой» понималось, прежде всего, ограничение свободы оборота местными рамками. Это означало, например, что крестьянин из хлебородных черноземных губерний не сможет предложить свое зерно заготовителям из голодных губерний севера или промышленного центра. Ленин говорил: «Мелкий земледелец, пока он остается мелким, должен иметь стимул, толчок, побудитель, соответствующий его экономической базе, т. е. мелкому отдельному хозяйству. Тут из свободы местного оборота не выскочишь. Если этот оборот дает государству в обмен на продукты промышленности известное минимальное количество хлеба, достаточное для покрытия потребностей города, фабрик, промышленности, тогда экономический оборот восстанавливается так, что государственная власть в руках пролетариата остается и укрепляется».
Итак, речь шла не о торговле, а о товарообмене. Предполагалось, что крестьяне будут обменивать свои продукты на изделия «крупных социалистических фабрик» через государственные или кооперативные обменные пункты. Однако, в отличие от 1918 г., намечалось вести обмен не с сельсоветами, отдававшими бедняку сапоги, полученные за хлеб, сданный его зажиточным соседом, а с каждым крестьянином в отдельности. Ленин объяснял: «Крестьянство в России стало гораздо больше средним, и бояться, что обмен станет индивидуальным, нечего. Всякий сможет что-нибудь дать государству в обмен. Один сможет дать в обмен излишки хлеба, другой даст в обмен огородные продукты, третий — трудовую повинность. … Мы должны экономически удовлетворить среднее крестьянство и пойти на свободу оборота, иначе сохранить власть пролетариата в России, при замедлении международной революции, нельзя».
В марте Совнарком установил размер продовольственного налога на 1921 г.: 240 млн. пудов. Это было значительно меньше разверстки 1920 г., когда у крестьян изъяли 300 млн. пудов (а планировали — 423 млн. пудов). Еще 160 млн. пудов предполагалось получить за счет товарообмена.
Изменение экономической политики сразу сказалось в нечерноземье, где посевы выросли на 10–15%. Предотвратить падение посевных площадей в черноземной полосе в 1921 г. не удалось, так как посевная кампания здесь уже заканчивалась. Рост посевов на юге начался в следующем году. Если в 1920 г. совсем не засевали землю 8,1% крестьянских дворов, то в 1922 г. — 6,7%.
Задания по сбору продналога были выполнены лишь частично из-за разразившегося в 1921 г. голода. 1920 и 1921 гг. выдались засушливыми. Крестьянское хозяйство, подорванное продразверсткой, не имело никаких ресурсов. Весной 1922 г. голодало 33,5 млн. чел. Особенно сильным голод был в Поволжье. Голод сопровождался эпидемиями тифа и холеры. Миллионы крестьян, покинув деревни, пытались добраться до более благополучных районов. Обезумевшие от голода люди доходили до каннибализма. В течение 1921–1922 гг. от голода погибло 5053 тыс. чел. Возможности Советского правительства противодействовать голоду были невелики. Поэтому к сбору средств в помощь голодающим были привлечены частные лица. В Общественный комитет помощи голодающим (Помгол) вошли видные представители общественности различных политических взглядов — от М. Горького до бывшего члена Временного правительства На призыв Помгола откликнулись Американская администрация помощи (АРА) и другие благотворительные организации. Они поставили В Россию более 115 млн. пуд. продовольствия, обеспечили питание 14 млн. чел. Одновременно Советское правительство закупало оружие и промышленное оборудование, продавая драгоценности (см. §21) и даже собираясь экспортировать продовольствие. В 1923 г. деятельность АРА в России была прекращена.
2. НЭП и крестьянство
Заменив продразверстку налогом, большевики пошли навстречу важнейшему желанию крестьянства. Однако невозможно было серьезно увеличить производство товарного хлеба, сохраняя запрет на аренду и использование наемного труда1.
Говоря о свободе оборота, Ленин на X съезде РКП(б) отмечал: «Кулачество из данного строя будет вырастать еще больше, чем до сих пор». Вопрос о том, какова допустимая «мера» возрождения капиталистических отношений в деревне, оказался для большевиков крайне труден. Фактически в деревне никогда не исчезали ни аренда, ни работа по найму. Однако ВЦИК принял новый закон о землепользовании, носивший ярко выраженный компромиссный характер, лишь в мае 1922 г. после длительного обсуждения. Крестьяне могли избрать любую форму землепользования: артельную, общинную, отрубную, хуторскую. Разрешалось нанимать работников, однако при условии, чтобы члены семьи нанимателя трудились наряду с батраками. Сдача земли в аренду разрешалась на срок не более 6 лет (два севооборота), да и то лишь семьям, пострадавшим от стихийных бедствий или потери рабочих рук. Долгосрочная аренда не допускалась. Конечно, эти ограничения были декларативными и их можно было обойти. Но все же они свидетельствовали о том, что большевистская власть все еще придерживалась уравнительных взглядов.
Важнейшим итогом первых лет НЭПа в деревне стало изменение отношения крестьянства к Советской власти. Ленин с полным правом утверждал в ноябре 1922 г.: «Крестьянские волнения, которые раньше, до 1921 года, так сказать, представляли общее явление в России, почти совершенно исчезли… Крестьянство может быть недовольно той или другой стороной работы нашей власти… но какое бы то ни было серьезное недовольство нами со стороны всего крестьянства, во всяком случае, совершенно исключено. Это достигнуто в течение одного года».
Однако, как показали события последующих лет, примирение крестьянства с Советской властью еще не было прочным и требовало от большевиков дальнейших шагов.
3. Частное предпринимательство
Введением частичной свободы оборота решение проблемы «как удовлетворить крестьянина» лишь начиналось.
Из доклада Ленина на Х съезде РКП(б):
«…во-вторых, нужно достать товары и продукты. Что за свобода оборота, ежели нечего оборачивать, и свобода торговли, ежели нечем торговать!.. Нам предложат вопрос и пожелают узнать: где достать товары?.. Можем ли мы теперь достать товары? Теперь сможем, потому что наше экономическое положение в международном масштабе улучшилось в громадной степени… Капитал, который вынужден считаться с реальной политической и экономической жизнью, говорит: «Надо торговать»… Так что у нас есть экономическая возможность достать товары».
Однако достичь широкого экономического соглашения с Западом не удалось, и надежды приобрести товары широкого потребления за счет импорта не оправдались. Скудных запасов хватило ненадолго. Ни аппарат Наркомпрода, ни кооперация не могли справиться с обменом в таких масштабах, какие требовались для снабжения городов, армии и промышленности хлебом и сырьем, тем более в условиях голода. Все это вынудило Советскую власть отказаться от товарообмена и разрешить настоящую торговлю2.
Стремясь насытить рынок товарами, государство разрешило создавать на основе собственности или аренды мелкое частное производство а в мае 1921 г. прекратило национализацию предприятий, на которых работало не более 20 рабочих. Хотя предприятия, национализированные ранее, бывшим хозяевам не возвращались, частная промышленность все же росла.
Частное промышленное производство в 1922 г. (1920 г. = 100)
Города | Поселки городского типа | |
Количество предприятий | 207,6 | 169,2 |
Численность рабочих | 145,6 | 124,5 |
Большинство частных предприятий арендовались у государства. Правда, сдавались лишь мелкие предприятия, а сроки арендных договоров ограничивались 1–6 годами. Среди арендаторов лишь 57% составляли частники, 38% — кооперативы, около 5% — государственные организации. В 1923 г. в частном секторе было занято 12,5% рабочих.
Предприниматели опасались вкладывать средства в производство, не доверяя режиму. Характерный пример приводил Ю. Ларин, рассказывая о беседе с «товарищем из Ростова-на-Дону»: «Оказывается они по “нэпу” перешли на снабжение города хлебом частными булочными. Владельцы пекарен, “вложив частный капитал”, пожелали с течением времени покруче использовать конъюнктуру (положение на рынке) и взвинтили цены. Им предложили понизить, но ссылаясь на условия рынка и свои интересы, они отказались. “Что же у вас сделали” — “А у нас реквизировали все булочные”. — “Что же владельцы сделали?” — “А владельцев посадили в тюрьму за сговор с целью повышения цен на хлеб”».
Так что не зря бубличник Кислярский из «12 стульев» И. Ильфа и Е. Петрова постоянно таскал с собой корзинку, в которой было все, что могло пригодиться в тюрьме!
Быстрее развивался частный сектор в торговле, где можно было не только быстро получить прибыль, но и столь же быстро свернуть дело. Улицы больших городов украсились витринами, запестрели вывесками частных лавок, магазинов, кафе, ресторанов. В несколько месяцев прилавки наполнились самыми разнообразными товарами: от рыбных и мясных деликатесов до модных платьев и украшений. На смену подчеркнутому аскетизму времен Гражданской войны пришло стремление к роскоши. Колоритным социальным типом эпохи стал «нэпман» — быстро разбогатевший делец-спекулянт. Внезапное быстрое обогащение, зачастую низкая культура, неуверенность в будущем заставляли многих нэпманов «прожигать жизнь». «Шикарная» одежда, выставленные напоказ меха и драгоценности, пьяные кутежи с дамами в ресторанах и кабаре — все эти приметы «угара нэпа» — были во многом вызваны не только грубыми вкусами нуворишей3, но и стремлением побольше урвать от жизни, пока не стало поздно.
4. Повседневный быт эпохи НЭПа
Быстрое имущественное расслоение проявилось даже в облике уличной толпы. По центральным улицам крупных городов прохаживались «джентльмены в широких пальто и канареечных ботинках. Их спутницы в манто с модно подчеркнутыми торсами, прижимавшие к груди огромные лакированные сумки».
Обычный же российский горожанин первой половины 20-х гг. одевался преимущественно в гимнастерку или френч и брюки полувоенного покроя, носил фуражку и сапоги, а летом — сандалии. Девушки мечтали о плессированной юбке и лакированных туфельках. В первые годы после Гражданской войны распространены были «комиссарские» кожаные тужурки, которые носили и мужчины, и женщины. Постепенно в среде служащих на смену такому наряду стали приходить парусиновая толстовка или строгий костюм с галстуком, штиблеты и шляпа.4 Непременным признаком принадлежности к служащему сословию был портфель.
Магазинные прилавки для большинства горожан выглядели скорее как собрание музейных экспонатов: цены были баснословно высоки, позволить себе хотя бы изредка купить что-либо, выходящее за пределы жизненно необходимого минимума, мог далеко не каждый.
Жилищные условия большинства городского населения были крайне стесненными. После революции, стремясь облегчить быт рабочих, Советская власть начала вселять их в квартиры буржуазии, «уплотняя» хозяев. Прежним жильцам оставляли одну-две комнаты, остальные передавали другим семьям. Так возникли коммунальные квартиры. Постепенно, по мере роста численности горожан, в те же квартиры въезжали все новые и новые люди, «плотность населения» коммуналок увеличивалась. В особенности тяжело пришлось жильцам прежних огромных барских квартир, состоявших из 10–15 больших комнат, которые иногда еще и делили перегородками. Хозяйки одновременно готовили на общей кухне на примусах или керосинках. Очередь к единственному умывальнику утром занимали за полтора часа. О том, чтобы принять ванну, чаще всего не могло быть и речи. Тонкие перегородки, отделявшие соседей друг от друга, не позволяли по-настоящему уединиться: в коммунальной квартире все знали друг про друга все. Предполагалось, что коммунальные квартиры — явление временное. Однако массовое переселение граждан в отдельные квартиры началось лишь в конце 50-х гг., а полностью разрешить проблему коммуналок не удалось по сей день. Впрочем, и получить отдельную комнату было нелегко. Так, в 1925 г. в Краснопресненском районе Москвы в очереди на получение комнаты стояли 27 тыс. чел., а предоставлялось ежемесячно не более 50–60 комнат. Молодые семьи вынуждены были по много лет жить в одной комнате с родителями, здесь же заводили детей.
«Уплотнение» не уничтожило ни бараков, ни рабочих казарм. В 1925 г. в одной комнате мужского общежития Краснохолмской фабрики в Москве на шестидесяти кроватях жили 80 жильцов, в том числе несколько жен рабочих с детьми. Спали, не раздеваясь и не снимая сапог, вентиляция отсутствовала, а об уровне шума и антисанитарии можно лишь догадываться. Не случайны слова булгаковского Воланда: «квартирный вопрос только испортил их».
5. Переход государственных предприятий на хозрасчет
Новая экономическая политика коснулась и государственных предприятий. Летом 1921 г., когда в результате голода в стране сложилась исключительно тяжелая обстановка, государство оказалось не в состоянии обеспечивать национализированные заводы и фабрики необходимыми ресурсами. Ввиду этого пришлось переложить заботу о дальнейшем существовании предприятий на их собственные плечи. С августа 1921 г. началось формирование хозрасчетных трестов5. К осени 1922 г. их было уже свыше 450.
Но многие тресты фактически не соответствовали своему названию. В некоторых мелких трестах работало менее 500 рабочих. Нередко под вывеской треста скрывался прежний главк, который предпочитал хозяйствовать прежними методами и упорно противился внедрению подлинного хозрасчета.
В сентябре 1922 г. ВСНХ утвердил типовое положение о трестах, а в апреле 1923 г. вышел декрет ВЦИК и СНК «О государственных промышленных предприятиях, действующих на началах коммерческого расчета (трестах)». Трестам были предоставлены права хозрасчетных предприятий. Отдельные фабрики и заводы, входившие в трест, хозрасчетных прав не получили. Они не считались юридическими лицами, не имели своих банковских счетов. Тресты должны были самостоятельно развивать производство и расплачиваться со своими работниками за счет прибыли, полученной от реализации произведенной продукции, не пользуясь государственным снабжением и финансированием. Государство не отвечало по финансовым обязательствам трестов и не должно было вмешиваться в их текущую деятельность.
Тресты могли в добровольном порядке объединяться в синдикаты для организации сбыта. Синдицирование началось по решению Президиума ВСНХ в январе 1922 г. Тресты, оставаясь юридически независимыми, были представлены в правлении синдиката, участвовали в выработке его устава. Синдикаты изучали спрос, принимали решение о выпуске той или иной продукции, разрабатывали стандарты, создавали оптовые торговые базы, кредитовали тресты, импортировали сырье.
По идее, должна была сформироваться цепочка: потребитель — торговое предприятие — синдикат — трест — предприятие. Всех участников цепочки объединяла материальная заинтересованность в сбыте продукции, а следовательно — в ее качестве. Однако на практике все было значительно сложнее.
Из декрета о трестах:
«28. Непременному ведению Высшего Совета Народного Хозяйства подлежат:
…в) Рассмотрение и утверждение смет, а также плана действий на наступающий год на основе утвержденного Советом Труда и Обороны производственного плана по данной отрасли промышленности, а также утверждение отчета и баланса за прошлый год…
е) распределение прибыли за протекший год…
ж) Разрешение вопроса об изменении устава и размере уставного капитала и ликвидации трестов с представлением постановления по этим вопросам на утверждение Совета Труда и Обороны.
з) Разрешение расходования резервного капитала
и) разрешение правлению вносить существенные изменения в утвержденный производственный план, а также вступать в синдикаты…»
И хотя после этого в декрете указывалось, что ВСНХ «не вмешивается в текущую административную и оперативную работу правления треста», фактически самостоятельность хозрасчетных объединений оказалась неполной и условной. Формировался своеобразный «бюрократический капитализм», с характерными для него волокитой и коррумпированностью.
Лишившись в 1922 г. государственного снабжения, предприятия оказались без сырья, без топлива, без средств на их приобретение, без денег на зарплату. Им пришлось распродавать по низким ценам запасы продукции и оборудование. Происходило опасное, но неизбежное «проедание фондов», чем с удовольствием пользовались спекулянты, находившие контакт с чиновниками трестов. Уже в 1922 г. в отчете наркомата Рабоче-Крестьянской инспекции (Рабкрина) отмечалось: «Постоянная погоня трестов за деньгами дала возможность темным личностям, засевшим в торговых аппаратах многих трестов, совершенно безнаказанно производить всякие злоупотребления, оправдываемые срочной необходимостью в деньгах». Немало возникло и откровенно мошеннических организаций вроде основанной героем И. Ильфа и Е. Петрова конторы «Рога и копыта» во главе с подставными лицами, подобными «зицпредседателю» Фунту.
Эффективность хозяйствования трестов по сравнению с довоенными годами снизилась. Если в 1913 г. на 100 производственных рабочих приходилось 16 вспомогательных, то в 1922 г. — 82.
Себестоимость продукции в/ черной металлургии
(в сопоставимых ценах)
Чугун | Железо | |
1913 г. | 60 коп./пуд | 1 руб./пуд |
1922 г. | 4 руб./пуд | 6 руб./пуд |
На оплате труда рабочих хозяйственный расчет сказывался слабо, хотя уравниловка времен военного коммунизма была отменена. Прибыль получал трест и разница между входившими в него передовыми и отсталыми предприятиями скрадывалась. Многие предприятия, особенно в тяжелой промышленности, оставались нерентабельными6. Поэтому установить прямую зависимость оплаты труда от получаемой прибыли было невозможно: это снизило бы уровень жизни рабочих тяжелой промышленности и настроило бы их против Советской власти. В результате зарплата формировалась на основе норм, расценок и тарифов, что не позволяло рабочему зарабатывать «слишком много». Рабочий не был заинтересован в повышении прибыли родного предприятия, так как это не сказывалось на его личном благосостоянии.
Таким образом, переход к нэпу породил новые сложные проблемы, вызванные, прежде всего, попыткой сочетать элементы рыночной экономики с сохранением государственного характера трестов и синдикатов. Разрешить их, не нарушая «меры» восстановления капиталистических отношений, оказалось неимоверно трудно.
ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ
Почему Ленин отверг переход от продразверстки к налогу в 1920 г., согласился на него в начале 1921 г.? О чем свидетельствуют неоднократные ссылки Ленина в докладе «О замене разверстки натуральным налогом» на то, что компромисс со средним крестьянством вызван «замедлением мировой революции»? Как должны были сказаться на развитии сельскохозяйственного производства аренда земли и разрешение наемного труда в земледелии? Почему Советская власть медлила с введением этих мер после перехода к продналогу? Как связаны между собой отмена продразверстки и разрешение частного предпринимательства в промышленности и торговле? Как вы полагаете: почему в условиях нэпа в частную собственность и аренду передавались только мелкие предприятия, главным образом, в легкой промышленности, а предприятия тяжелой промышленности оставались государственными, даже несмотря на их убыточность? Кто из трудящихся больше выиграл от введения НЭПа: рабочие или крестьянство? Проанализируйте важнейшие социальные последствия перехода к НЭПу. Выделите сильные слабые стороны хозяйственного расчета, внедренного в условиях нэпа на государственных предприятиях. С каким из двух мнений вы согласны? 1) НЭП внедрялся по единому плану как целостная система мер, рассчитанных на переходный период от капитализма к социализму. 2) НЭП представлял собой комплекс мер, возникавших спонтанно, под влиянием обстоятельств, без заранее продуманного плана.1 Бедняцкие и отчасти середняцкие хозяйства имели преимущественно натуральный характер.
2 Правда, даже в конце октября 1921 г., выступая на Московской губернской партконференции, В.И. Ленин утверждал, что «при известных условиях (неразрушенность фабрик, высокая экономика и культура) в попытке «штурма», т.е непосредственного установления товарообмена, никакой ошибки нет».
3 Нувориш (от фр. nouveau riche) — новый богач. Человек, разбогатевший на спекуляциях, богач-выскочка.
4 Ношение шляпы и галстука нередко воспринималось как свидетельство буржуазного перерождения. Это и породило крылатое выражение «А еще в шляпе!»
5 Основными принципами хозяйственного расчета являются самоокупаемость, самофинансирование, самостоятельность принятия хозяйственных решений и финансовая ответственность за результаты хозяйственной деятельности.
6 Рентабельность — отношение полученной прибыли к затратам в процессе производства. Чем выше прибыль на единицу затрат, тем выше рентабельность.
