г. Томск
Проблема отчуждения в трактовке Г. Маркузе
Тема отчуждения в социальной философии является традиционной: проблема свободы личности в социальной философии уже несколько веков фокусируется именно на феномене отчуждения.
Однако в настоящее время эта проблема приобретает все большую актуальность. Как в прошлом, так и в настоящем, отчуждение является неизбежным фактом человеческого существования. Для того чтобы понять, в чем заключается суть проблемы отчуждения, необходимо учесть и конкретно-исторические формы этого феномена, и его осмысление, так как в разные эпохи феномен отчуждение понимался по-своему.
Несмотря на некоторую общность, трактовки феномена отчуждения все же сильно разнятся и не представляется возможным дать однозначное определение этого феномена. И это не случайно, так как понятие всегда рассматривается в рамках определённой культуры и в рамках конкретного времени исследования этого явления. В XX-XXI веках, характеризующихся плюрализмом, не сложилось единого понимания отчуждения. Предлагается несколько пониманий этого феномена, по одной из классификаций выделяется разделение на экономическое, политическое, социальное и духовное отчуждение [См.: 1, Ч.1, тема 5].
Теория отчуждения как социально-философского феномена, в трактовке Герберта Маркузе (1898-1979) – немецкого и американского философа и социолога, представителя Франкфуртской школы, представляет особый интерес. Понятие отчуждения он анализирует в работах «Эрос и цивилизация» [2] и «Одномерный человек» [3]. В «Эросе и цивилизации» анализируется становление репрессивной цивилизации, в «Одномерном человеке» – состояние человека в современном индустриальном обществе. Следует понимать и помнить, что Маркузе в своих работах отталкивается от Маркса, в связи с этим многие основные и базовые понятия марксизма остаются таковыми и в теории Маркузе. Именно поэтому социальность у него неразрывно связана со сферой производства и непосредственно с трудом человека, однако у Маркузе эта неразрывная связь приобретает уже негативный характер. Несмотря на то, что теория Маркузе построена с опорой на индустриальное общество, многие идеи являются актуальными и сегодня. И хотя отчуждение приобретает несколько иные формы, многие идеи философа остаются применимыми к сегодняшней ситуации. В свое время теория Маркузе должна была стать средством разоблачения и критики всей предшествующей истории человечества, в особенности современных развитых индустриальных обществ, но вместе с тем стала как бы пророческой и по отношению к будущему.
В своей критической теории общества Г. Маркузе отвергает рациональность как основу общества. Рациональность присутствует только в форме политического господства, которое всегда выражено контролем, направленным на внешнее проявление человека, на его труд. Так, вся предшествующая история, по его мнению, проходила под знаком подавления, или репрессий. Это подавление имеет две интенции – с одной стороны, оно связано с общими условиями человеческого существования и влиянием окружающей среды, с другой – с системой власти. Репрессиям подвергается биологическая сфера человеческого существования (его инстинкты и влечения), а также его сознание, память (которая стала памятью обязанностей, долга, вины, упреков, но не памятью наслаждения). Вообще говоря, единственное, не подвергшееся подавлению – это воображение и формы его проявления (такие как искусство, сны, галлюцинации). Подавление, по мнению Маркузе, превращает человека из «инструмента наслаждения» в «инструмент труда». Вся история человечества, по сути, это история подавления человека, переориентации его для производственных нужд. Социальная реальность человека в таком случае – это совокупность требований и ограничений, накладываемых на человека естественной, и, в первую очередь, социальной средой. Исходной предпосылкой, часто подвергающейся критике, является убеждение Маркузе в том, что естественная ориентированность человека лежит в сфере его собственных наслаждений, а естественная интенция его деятельности – в удовлетворении этих наслаждений. А такое наслаждение в принципе не может быть связано с трудом и с техническим совершенствованием, тем, что является основной вехой развития человечества. Иными словами, Маркузе противопоставляет путь, по которому шло и идет развитие общества с потребностями и естественными влечениями самого человека: история человечества идет вразрез с интересами самого человека. История общества – это история труда, в которой человек является лишь элементом этого труда.
Формируется спектр ложных потребностей человека, привязывающих человека к обществу. Тотальный контроль выражен также в навязывании ложных потребностей: «"Ложными" являются те, которые навязываются индивиду особыми социальными интересами в процессе его подавления: это потребности, закрепляющие тягостный труд, агрессивность, нищету и несправедливость» [3, с. 6], и далее: «В результате - эйфория в условиях несчастья» [3, с. 7]. Эти потребности связаны с материальным удовлетворением, тело и его потребности становятся самодостаточной целью. Мышление стандартизируется, происходит обезличивание индивидов: «одномерное мышление систематически насаждается изготовителями политики и их наместниками в средствах массовой информации. Универсум их дискурса внедряется посредством самодвижущихся гипотез, которые, непрерывно и планомерно повторяясь, превращаются в гипнотически действующие формулы и предписания» [3, с.19].
Такой путь и ведет к становлению одномерного человека: технический прогресс в индустриальном обществе способствует созданию «тотальной» системы, базирующейся на мощном развитии производительных сил. Такое общество и есть одномерное общество. В этом обществе исчезает оппозиция, парализуется критическая способность. В интерпретации Маркузе система поглощает любое иное, стандартизирует, нормализует, стерилизует и таким образом устраняет малейшую критичность. Такое общество формирует у людей структуру влечений и потребностей, находящихся в пределах социокультурных рамок общества, тем самым обеспечивая всеобщую лояльность. Одномерный человек – это и есть человек, поглощенный потребительской ориентацией, лишенный критичности по отношению к обществу, более того, принципы и нормы индустриального общества кажутся ему выражением свободы и справедливости. «Возникает модель одномерного мышления и поведения, в которой идеи, побуждения и цели, трансцендирующие по своему содержанию утвердившийся универсум дискурса и поступка, либо отторгаются, либо приводятся в соответствие с терминами этого универсума, вписываются в рациональность данной системы и ее количественных измерений (its quantitative extension)» [3, с.16]. Одномерный человек – это такой человек, который нужен обществу (при этом такое состояние не означает отмирания спиритуалистских, метафизических и богемных установок, они – церемониальная часть практического бихевиоризма предписания). Одномерность, кроме того, связана с идентификацией индивида с его существованием. Человек, замкнутый в структуре одномерности, обречен на ложное сознание и не способен противостоять системе.
В такой одномерности Г. Маркузе находит положительные моменты (потенциальная и реальная возможность общества удовлетворить потребности). Но основной акцент он делает на негативном аспекте: «Свободный выбор среди широкого разнообразия товаров и услуг не означает свободы, если они поддерживают формы социального контроля над жизнью, наполненной тягостным трудом и страхом, – т. е. если они поддерживают отчуждение» [3, с.10-11], – здесь мы видим, что само явление отчуждения Г. Маркузе связывает с контролем. В таком обществе свободны не люди, которые должны реализовывать интенции общества, но свободно само общество. Происходит повсеместная солидаризация людей, которые служат «на благо общества», причем любой запрос может быть оправдан социальной необходимостью. Отчужденность, в первую очередь заключается в том факте, что человек утрачивает собственные источники активности, и ныне источники его активности лежат в области социальности. Человек, таким образом, становится не более чем частью этой социальности, механизмом, работающим на нее, всего лишь материалом. В конечном итоге это выражается даже в том, что трактовка человеческого субъекта, личности, также не выходит за рамки производительности: человек характеризуется с точки зрения его производительной силы. Кроме того, существование вне производства также не является выходом, так как и оно расценивается только как не-труд, но не имеет смысла само по себе.
Желание удовлетворить «ложные» потребности и понимание возможности этого с помощью общества приводит к извращенному пониманию ценностей и самого бытия человека. Г. Маркузе пишет, – «понятие отчуждения делается сомнительным, когда индивиды отождествляют себя со способом бытия, им навязываемым, и в нем находят пути своего развития и удовлетворения. И эта идентификация - не иллюзия, а действительность, которая, однако, ведет к новым ступеням отчуждения. Последнее становится всецело объективным, и отчужденный субъект поглощается формой отчужденного бытия», иными словами, отождествление себя со своими потребностями уже можно назвать идентификацией. Такая идентификация приводит к одномерному мышлению, которое все индивидуальное, что только есть в человеке, пытается встроить в систему, которая и «доводит» человека до этой идентификации.
Человек оказывается замкнутым в порочный круг: удовлетворяя свои потребности, он подпитывает общество, которое рождает новые «ложные» потребности, которые в свою очередь побуждают человека еще усерднее трудиться для этого общества и так далее, и так далее. Отчуждение становится превращением результатов человеческой деятельности, а также человеческих свойств и способностей в нечто чуждое ему и господствующее над ним. Являясь неотъемлемым фактом человеческого существования, оно вместе с тем уничтожает субъективность самого человека.
Каков же выход из этого круга? Г. Маркузе видит путь преодоления такого контроля в осознании истинной природы человека и его потребностей. Но как возможно это осознание? Один из путей – это искусство, но и оно не свободно от отчуждения.
Проблему возможности противостояния сложившейся системе сам Г. Маркузе четко понимает и обозначает ее как несовместимость имеющих место характеристик, «что развитое индустриальное общество обладает способностью сдерживать качественные перемены в поддающемся предвидению будущем» [3, с. XVIII], и «существуют силы и тенденции, которые могут положить конец этому сдерживанию и взорвать общество» [Там же]. Несмотря на то, что Г. Маркузе говорит о потенциальной возможности революционного характера изменений общества, несмотря на пессимистичный вектор его критики общества, он видит в современном мире достаточность ресурсов для преобразования общества. Сдерживаемые обществом, люди должны осознать необходимость перемен.
Такое осознание связано с понятием «Великого Отказа», которое Г. Маркузе вводит для обозначения протеста и тотального отрицания всех существующих и регламентированных ценностей и запретов. Ответственность за этот отказ Г. Маркузе возлагает на маргиналов, являющихся с точки зрения общества неполноценными его членами. Инициатива построения нового общества должна принадлежать аутсайдерам (которые есть в любом обществе) , интеллигенции, а также студентам (в отличие от того же К. аркузе считал пролетариат самым порабощенным классом, наименее всего способным на изменение общества – пролетариат лишается реальной революционной силы, так как общество "одномерно", не один класс не революционен даже в потенции). Изгои, маргиналы, обделенные – единственно возможная движущая сила, поскольку их оппозиция проникает в систему извне. Возвращение к индивидуальности, к свободе – вот единственное спасение от отчуждения, навязываемого обществом. Все надежды, таким образом, возлагаются на аутсайдеров общества, которые являются единственной угрозой современной цивилизации. Впрочем, увидеть в них образ нового человека можно только с большим трудом.
Таково понимание феномена отчуждения и возможности его преодоления у Г. Маркузе. Те характеристики, которые Г. Маркузе указывает в современном ему обществе, имеют место и в наше время. С точки зрения философа, феномен отчуждения в действительности имеет первостепенную важность. С чем нельзя не согласиться.
В целом, идеи Г. Маркузе имеют высокую степень как неопределенности, так и утопичности. Критическая часть его теории сочетается с весьма неопределенным позитивным смыслом постулатов его теории, не говоря уж об отсутствии программы их реализации. «Одномерный человек» Маркузе – не более, чем безрадостный анализ тотального контроля индустриальной цивилизации над человеком.
Идея Маркузе, впрочем, имеет продолжение в современной социальной философии: так, к примеру, «Критика цинического разума» Слотердайка рисует нам образ циника, во многом напоминающего одномерного человека, а инертность социальных масс становится одной из ключевых идей философии Бодрийяра.
Обращаясь к современной социальной ситуации, можно констатировать, что проблема отчуждения не осталась в прошлом. Охватывая всю жизнедеятельность человека, отчуждение проявляется в противостоянии человеческой сущности характеру социальных отношений, в потере контроля над продуктами собственной деятельности и в разногласии его с собственной природой. Более того, переход общества на новую стадию сопровождается появлением новых форм отчуждения, придающих проблеме еще более глобальный характер. Неспособность человека реализовать свои творческие способности, комплекс различных общественных влияний, подавляющих личность – все это лишь обостряется с течением времени. Вопрос о путях преодоления отчуждения пока остается открытым. аркузе не дает конкретного плана действий, «"одномерный человек" ставит больше вопросов, чем дает ответов» [3, с. IX]. Отсюда следует, что необходимо дальнейшее изучение феномена отчуждения и исследование путей его преодоления, с учётом понимания адекватности проблемы, поставленной в трудах Г. Маркузе.
Список литературы
Минюшев антропология (курс лекций). — М.: Международный Университет Бизнеса и Управления, 1997. — 192 с. Эрос и цивилизация. – Киев.: Государственная библиотека Украины для юношества, 1995. – 313 с. дномерный человек. – М.: «REFL-book», 1994. – 368 с.