Студент 3 курса бакалавриата

очной формы обучения

направления «Педагогическое образование»

юридического факультета  РГПУ им.

Кафедра уголовного права

Контактные данные: *****@***ru;

Пожизненное лишение свободы: особенности исполнения наказания и правовой статус осужденных.

  Своим Определением от 01.01.2001 Конституционный суд РФ (далее - КС РФ) юридически закрепил статус пожизненного лишения свободы как  наивысшей и наиболее суровой уголовно-правовой меры в отношении преступников.1 Не вдаваясь в детали толкования Определений КС от 1999 и 2009 г., следует отметить, что фактически этот вид наказания является самым строгим на территории РФ с самого вступления Уголовного кодекса РФ (далее – УК РФ) в действие, т. е. с 1997 года. Целью своей работы автор ставит не причины отмены смертной казни и исследование обоснованности и эффективности пожизненного заключения, а изучение жизни заключенных в рамках правового поля как полноценных (с учетом особенностей) субъектов права и вытекающие  из этого практические проблемы.

  Основной особенностью данного вида наказания является то, что осужденный фактически теряет право  на свободное передвижение и свободу как таковую, а так же вытекающие из этого иные права, до своей биологической смерти, а не на определенный период времени. В связи с этим психологическое давление на таких преступников более велико, чем на лиц, отбывающих срочное лишение свободы. Ч.1 ст.57 УК РФ устанавливает, а Особенная часть УК РФ детализирует за какие именно преступления суд вправе вынести пожизненный приговор.  В настоящее время этот вид наказания установлен в санкциях ч.2 ст.105, ч.5 ст.131, 132, ч.6 ст.134, ч.3 ст.205, ч.4 ст.205.1, ст.205.3, ч.1 ст.205.4, ч.1 ст.205.5, ч.4 ст.206, 210, 211, ч.5 ст.228.1, ч.4 ст.229.1, ст.277, ч.3 ст.281, ст.295, ст.317, ст.357 УК РФ. Ч.2 ст.57 УК РФ содержит норму, в которой перечислены группы лиц, которым пожизненное заключение назначено быть не может. Условно их можно разделить по двум критериям: гендерный (не назначается женщинам) и возрастной (не назначается лицам, совершившим преступление в возрасте до 18 лет и мужчинам, достигшим к моменту вынесения судом приговора 65-летнего возраста).  Однако, это не противоречит ч.3 ст.19  Конституции РФ, т. к. КС РФ в своем Определении -О признал, что запрет  назначать пожизненное лишение свободы в отношении лиц, перечисленных выше, основывается на вытекающей из принципов справедливости и гуманизма необходимости учета в уголовном законе социальных, возрастных и физиологических особенностей различных категорий лиц.2

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Уголовно-исполнительная система учитывает повышенную опасность таких преступников, в связи с чем, согласно ст.126 Уголовно-исполнительного кодекса РФ (далее – УИК РФ) пожизненно осужденные содержатся отдельно от остальных заключенных. Наказание они отбывают в колониях особого режима, которых на сегодняшний день в России пять. По мнению таких ученых, как и , тенденция увеличения численности пожизненно осужденных вполне очевидна.3 Это, несомненно, напрямую связано с отказом от исполнения высшей меры наказания - смертной казни. УИК РФ исходит из того, что материально-технические и даже географические условия колоний особого режима могут резко отличаться, в связи, с чем значительное число вопросов регулируются нормативно-правовыми актами самого учреждения, в котором осужденный отбывает наказание. Тем не менее, общая характеристика прав заключенного во время отбывания наказания нормативно закреплена в ст.127 УИК РФ. Так, пожизненно лишенные свободы, как правило, размещаются в камерах по двое, но в случае опасения за свою жизнь и с разрешения начальника колонии осужденный может быть переведен в одиночную камеру. Так же осужденные имеют право на прогулку в полтора часа, а при хорошем поведении и при наличии возможности это время может быть увеличено до двух часов. Нормы питания для пожизненно осужденных не отличаются от иных категорий заключенных и установлены Постановлением Правительства РФ . Теоретические, а порой, и серьезные практические проблемы встают перед правоприменителем. С точки зрения действующего российского  законодательства пожизненно заключенные фактически являются «живыми трупами», хотя и ограниченными в правах, но не окончательно вычеркнутыми из социума (возможность выйти по УДО, о котором речь пойдет далее). Поэтому встречается огромное количество правовых пробелов при разрешении споров, в которых осужденный выступает в качестве субъекта отношений, и вызваны они неким законодательным упущением, что, безусловно, усложняет практику.  Наиболее  интересные ситуации при определении правового статуса осужденного связаны с реализацией их семейных прав, в частности, с правом на отцовство. Ст.69 Семейного кодекса РФ (далее – СК РФ) содержит исчерпывающий перечень оснований для лишения родительских прав, однако прямо закон  не указывает, как быть в ситуациях, если отец ребенка осужден пожизненно. Теоретически могут возникнуть ситуации, когда отец, являясь единственным родителем ребенка, по приговору суда отправляется отбывать наказание за преступление, которое совершенно не против жизни или здоровья своих детей или супруга, как об этом говорит СК РФ. Так же отказ от выполнения родительских обязанностей носит объективный характер и вряд ли имеет смысл говорить об их злостном уклонении. Из этого следует, что не исключены ситуации, когда у ребенка есть отец, однако выполнять он свои обязанности не может, но и лишить его родительских прав не представляется возможным. Выход из такой ситуации еще в сентябре 2013 года предложил Уполномоченный по правам ребенка Томской области Людмила Эфтимович, выступив с законодательной инициативной об изменении ст.69 СК РФ, добавив эту статью положениями, о возможностях лишения родительских прав отца ребенка, отбывающего пожизненное лишение свободы, а так же для родителей, осужденных на 10 и более лет.4 Однако, автор работы относится критически к данному предложению. Не смотря на то, что законодательно эта проблема будет иметь разрешение, она полностью игнорирует ч.5 ст.79 УК РФ, т. к. осужденный имеет право на условно-досрочное освобождение по отбытию не менее 25 лет. Не смотря на то, что эта норма на сегодняшний день еще не нашла свое место в практике, нельзя игнорировать требования уголовного закона и ущемлять иные, в частности семейные права осужденного, который и без того несет заслуженное наказании в виде пожизненного лишения свободы. Кроме того, не исключена возможность и судебной ошибки, в результате которой пожизненно осужденный, незаконно приговоренный к наказанию, лишиться и иных прав, что недопустимо, согласно Конституции РФ и ряда международных актов, обязательства по которым несет и РФ.

Говоря же о правоприменении  и взаимосвязи семейно - и уголовно-правовых норм, нельзя не отметить наиболее «нашумевшие» и сложные случаи из практики. Одним из таких случаев является дело идеолога националистического движения Николая Королева, осужденного на пожизненное  лишение свободы за организацию теракта на Черкизовском рынке в 2006 году. Николай и Вероника Королевы зарегистрировали свой брак уже в колонии, после чего захотели иметь ребенка. Однако, уголовно-исполнительное законодательство предоставляет право на длительное свидание пожизненно осужденному лишь спустя 10 лет после отбывания наказания и в  случаях, предусмотренных УИК РФ, быть переведенным в более облегченные условия содержания, в связи с чем зачать ребенка естественным путем супруги на данный момент не могут. Однако, это возможно с помощью проведения процедуры экстракорпорального оплодотворения (ЭКО). Вероника Королева обратилась в администрацию ИК-18 УФСИН в поселке Харп Ямало-Ненецкого Автономного Округа, где Николай Королев отбывает наказание, а так же написала письмо в ФСИН с просьбой этапировать ее мужа в Екатеринбург, где находится ближайшая от колонии клиника, в которой возможно проведение этой процедуры. Однако, ни в УИК РФ, ни во внутренних правилах ФСИНа нет такого основания для этапирования заключенного, который желает реализовать свое право на отцовство. Вероники так же было отказано в этом Бабушкинским районным судом г. Москвы, т. к. суд не счел данные основания достаточными для этапирования Николая. В России данный судебный процесс является беспрецедентным случаем. Однако, ЕСПЧ уже рассматривал практически аналогичное дело в 2007 году «Диксон против Великобритании». Кирк Диксон был приговорен к 15 годам лишения свободы за убийство, однако он и его супруга так же захотели реализовать свое право на отцовство и материнство, ЕСПЧ их жалобу удовлетворил и позволил супругам зачать ребенка, не смотря на то, что в законодательстве Великобритании, как и в законодательстве РФ, был правовой пробел по этому поводу. Адвокат Кирка Диксона Элкан Абрахамсон считает, что по Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод наказание в виде тюремного заключения аннулирует лишь право на физическую свободу человека, все другие права, в том числе право на отцовство, остаются, а необходимость их ограничения государство должно обосновывать.5 Антон Бурков, представитель Вероники Королевой в суде, считает, что отсутствие подобных норм в законодательстве не является основанием для отклонения прошения супруги Николая. Сама же Вероника Королева уверена, что готова дойти и до ЕСПЧ, где сложившаяся практика наверняка будет на ее стороне. Однако, она еще не исчерпала все имеющиеся правовые ресурсы для того, чтобы подать жалобу в ЕСПЧ, о чем прямо говорит и сама Конвенция. Если же и Верховный Суд РФ не удовлетворит ее просьбу, то в таком случае Вероника будет писать жалобу в ЕСПЧ. Автор данной работы так же считает, что на стороне Вероники может сыграть и тот факт, что в семейном законодательстве отсутствуют нормы, которые могут ограничить или лишить отца родительских прав на том основании, что он является осужденным на пожизненное лишение свободы, и тем более Семейный Кодекс РФ никак не ограничивает право на отцовство по этому основанию, о чем уже было сказано в статье. Данная проблема является беспрецедентной в России, однако, независимо от того, дойдет ли Вероника Королева до ЕСПЧ  или нет, для федерального законодателя этот случай уже должен являться «звоночком», с целью внесения соответствующих изменений в семейное, уголовно-исполнительное законодательство, чтобы суды и государственные органы имели возможность обоснованно ограничивать те или иные права граждан. В противном случае, это вызовет лишь падение доверия и авторитета  судебной системы в глазах самих граждан.

Не менее сложным в условиях пенитенциарной системы России является вопрос о месте отбывания пожизненного лишения свободы. Наряду с ИК-6 УФСИН («Черный Дельфин» г. Соль-Илецк) ИК-18, она же «Полярная Сова», негласно является одной из самых труднейших колоний для отбывания наказания. Это вызвано, прежде всего, географическими условиями. Поселок Харп, в котором  находится учреждение, располагается за Полярным Кругом, что практически исключает возможность побега заключенных. 4 мая 2015 года ЕСПЧ коммуницировал жалобу экс-майора Евсюкова, отбывающего пожизненный срок в этой колонии, который просит этапировать его в другую исправительную колонию, чтобы отбывать наказание поближе к дому. Адвокат отметила, что вопрос удаленности отбывания наказания - один из крайне актуальных в уголовно-исполнительной системе России. "ФСИН очень активно сопротивляется, - заявила адвокат. - Этапирование и переброска по территории страны - один из активно и бесконтрольно используемых способов давления на осужденного. Однако, судя по последним групповым коммуникациям жалоб, ЕСПЧ решил требовать эту политику изменить». По ее словам, "в этом смысле, безусловно, жалоба Евсюкова обоснованна и, скорее всего, будет удовлетворена". Она напомнила, что ЕСПЧ также коммуницирована жалоба троих потерпевших от действий Евсюкова в части невыплаты им компенсации властями РФ.6

  Хочется отметить, что никаких нарушений в действиях судебной системы или же ФСИНа по отношению к Денису Евсюкову автор работы не усматривает. Ст. 3 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод говорит о том, что никто не может подвергаться унижающему достоинству обращению или наказанию. Однако, в конкретном случае речь лишь идет о географическом расположении места отбывания наказания, а не о пытках и бесчеловечном обращении со стороны сотрудников ФСИНа, что само по себе не может являться нарушением или основанием для этапирования заключенного в другую колонию. Если все-таки жалоба экс-майора будет удовлетворена ЕСПЧ и его этапируют в ИК-5 УФСИН («Вологодский пятак», т. к. данная колония, находящаяся в Вологодской области, является наиболее ближайшей колонией для пожизненно осужденных от г. Москвы, где проживал заключенный до осуждения), это будет иметь негативный оттенок в дальнейшем, т. к. и остальные осужденные  этой колонии смогут подать аналогичные  жалобы в ЕСПЧ, и в случае удовлетворения их требований они получат легальную возможность «сбегать» в колонии с другим, более мягким режимом. Однако, этот факт не является правовым пробелом и в принципе не нуждается в правовом закреплении, т. к. в каждом конкретном случае суду надлежит самостоятельно решать, как и где заключенный будет отбывать наказание. Все многообразие таких вариантов было бы просто невозможно закрепить юридически, и, как минимум, нецелесообразно. Тем не менее, не лишено логике и то, что в большинстве случаев пожизненно осужденных этапируют в колонии, находящиеся на большом расстоянии от их постоянного места жительства. Автор предполагает, что это вызвано, прежде всего, целями безопасности, чтобы у заключенных не было никакой мотивации, финансовых и социальных средств для побега, ведь пожизненно осужденному по действующему российскому уголовному  законодательству терять нечего. В связи с этим, вряд ли есть основания полагать о том, что жалоба экс-майора Евсюкова юридически обоснована.

Эти и иные проблемы, связанные со статусом таких заключенных приобретают наиболее острый характер в связи с увеличением их количества, а так же  в наличии нормы о возможности условно-досрочного освобождения. По мнению автора, именно от этого неопределенного статуса пожизненного осужденного, который теоретически имеет возможность вернуться в социум, и возникает большинство трудностей в определении их прав на труд, семью, образование и т. д. Не смотря на это, учитывая положение ст.7 УК РФ, было бы не справедливо и не гуманно отбирать у заключенных последний шанс на реабилитацию в глазах общества. Необходим отход от давно принятой позиции об альтернативности пожизненного срока в отношении смертной казни. Это, прежде всего, поможет избежать филолого-юридического спора  о том, что УДО невозможно для пожизненного лишенного свободы. Так же  становится очевидным, что данный вид уголовного наказания является самостоятельным и наиболее проблемным с правовой точки зрения в современной России. В связи с этим законодатель, опираясь на возникающие проблемы практики, должен учесть особое положение такого рода заключенных и наказания, как пожизненное лишение свободы, и внести соответствующие дополнения.


1 Определение Конституционного Суда РФ от 01.01.2001 [Электронный ресурс] Режим доступа свободный://http://www. rg. ru/2009/11/27/postanovlenie-ks-dok. html/(Дата обращения 16.01.2016.).

2 Рарог, право России/ .- Москва, 2012.- С.195.

3 , Курганов -исполнительное право РФ/ , .-Москва,2009.-С.209.

4 Предложение по лишению родительских прав осужденных [Электронный ресурс] Режим доступа свободный: http://www. tomsk. ru/news/view/76922/ (Дата обращения: 20.01.2016.).

5 Супруга неонациста Николая Королева добивается проведения процедуры ЭКО/ [Электронный ресурс] Режим доступа свободный://http://www. kp. ru/daily/26319/3198599/  (Дата обращения 20.01.2016.).

6 Экс-майор Денис Евсюков подал жалобу в ЕСПЧ / [Электронный ресурс] Режим доступа свободный:/http:///news/detail/id/1540126/ (Дата обращения:20.01.2016.).