Домбровская, чтение как фактор личностного развития / // Культурно-историческая психология: от научной революции к преобра - зованию социальных практик: Материалы XVII Международных чте - ний памяти . Москва, 14‑19 ноября 2016 г. / Под ред. : В 2 т. Т. 2. М.: Левъ, 2016. – С.88-94 с.


Диалогическое чтение как фактор личностного развития

в/о психологическое (МГУ), библиотекарь филиала №2 ГУК «ЦБС г. Гродно»

*****@***by

Аннотация:

В тезисах обозначена характеристика современного кризиса чтения как кризиса сознания. Проанализированы четыре режима сознания при чтении: погружение, остранение или вненаходимость, диалог с автором, внутренний диалог. Подчеркивается роль вопросов во внутреннем диалоге. Способность к внутреннему диалогу понимается как признак зрелой личности.

Ключевые слова:

Чтение, сознание, погружение, остранение, диалог, внутренний диалог, вопрос

  Роль чтения в личностном развитии никто никогда не отрицал, а в современности чтение называют «практикой саморазвития» (Патяева, 2015) или могут назвать «ноотехникой» (Леонтьев, 2012). Особенно полезно чтение в режиме того, что называют «общение с искусством» (Борев, 2002) и «чтение как общение» (Мосунова, 2012) или «общение искусством» (, 1999). О диалогическом взаимодействии с текстом говорит Е. Ермолаева (Ермолаева, 2011). Однако, никто из них не обосновывает то, что диалогическое чтение является достаточно поздним продуктом культурно-исторического развития человека, возникшим как ответ на кризис чтения в современной культуре. А диалогическое чтение возникает именно как ответ на кризис чтения, как новая форма сознания. Чтобы обосновать это, рассмотрим следующие вопросы:

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?
Характеристики кризиса чтения Психологические режимы сознания при чтении Роль вопросов в внутреннем диалоге

  Итак, основным признанием того, что кризис чтения существует, является не столько то, что в современности сосуществует разнообразие способов чтения, как показала в монографии «Общая теория чтения»(Мелентьева, 2015), а то, как назвала свое предисловие к русскому изданию книги «История чтения в Западном мире от Античности до наших дней». А назвала оно свое предисловие на основе знания европейской ситуации так: «Закат Европы, или научите людей читать» (Гениева, 2008).  Европейцы, более чем Россияне, чувствуют потребность в новых формах чтения и четче осознают, что кризис чтения – это кризис сознания.

  Между тем, проблема чтения вертится в замкнутых кругах проблематики функциональной грамотности и речевой деятельности или же свободного творчества по мотивам читаемого, называемого творческим чтением.  Мало кто говорит о «речемыслительной деятельности», только о речевой. Хотя согласно мышление и речь неразделимы в своем онтогенезе (Выготский, 1982), и феноменологически проявляют свое единство в форме сознания. Нам не удалось найти работы, в которых проблема чтения рассматривалась бы на уровне сознания.  Стараясь восполнить этот пробел, мы проанализировали, опираясь на эстетику, литературоведение и психологию искусства, то, как сознание перерабатывает читаемое.

  Первый, классический способ чтения или режим (регистр) сознания при чтении – это погружение в текст, идентификация с героями, эмпатия автору. Такой концепции придерживался и , говоря о искусстве как технике социальных чувств (Выготский, 1986) и придерживается , исследуя эмпирически восприятие художественной литературы (Белянин, 2006).  Но вообще, теории вчувствования свойственны классической эстетике, в которой критерием художественного восприятия является переживание катарсиса.

  Второй, уже неклассический способ чтения или режим сознания при чтении обнаружен в начале 20 века В. Шкловским и выражается в понятии «остранения» (Шкловский, 1990). Аналогично понятие «отчуждения» при восприятии искусства Б. Брехта (Брехт, 1988). Остранение или отчуждение предполагает взгляд на текст как бы со стороны, как бы полет над текстом. И лучше всего этот полет над текстом выражается позже в понятии о «вненаходимости» (Бахтин, 1979), которая за счет избытка видения, позволяет глубже понять текст, отнестись к нему с более зрелым эстетическим чувством. Об этом же и современное понятие «дальнее чтение» или «дистантное чтение», введенное Ф. Моретти (Моретти, 2016). В психологии этим понятиям соответствует понятие самодистанцирования, введенное В. Франклом (Франкл, 1990). Кульминация художественного произведения переживается более как инсайт, чем как катарсис.

  Третий, также классический способ чтения – диалог с автором - идет от практики схоластических споров, описанной в художественной форме У. Эко в романе «Имя розы» и присущ традиционному литературоведению с его интересом к биографии автора, в отличие от семиотики, ограничивающейся  пределами текста и герменевтики, старающейся понять личность и интенции автора.  Чтение в режиме сознания диалога с автором максимально нацелено на понимание и предсказание автора. Такому понимающему чтению учат книги по литературоведению (напр. Эко, 2002, Эко, 2015). И такой способ чтения заложен в эмпирических исследованиях Р. Каракозова по хронотопированию чтения, посредством его прерывания и выдвижения прогнозов дальнейшего (Каракозов, 1987). В режиме диалога с автором кульминация произведения переживается как раппорт межличностных отношений, выражаясь терминами психанализа, или успешная трансляция смыслов – в терминах общей психологии  (Леонтьев, 1999) или же при резком несогласии с автором как акт индивидуации или смыслопорождения.

  Четвертый, опять неклассический способ чтения – это внутренний диалог с текстом. Впервые тема внутреннего диалога при чтении прозвучала в 40-е годы 20 века у М. Адлера, который полагал, что книга – учитель, которому задают вопросы и сами находят ответы (Адлер, 2016). В российской психологии тема внутреннего диалога при чтении обозначена , которая пишет, что «внутренний диалог выступает как условие доступа к смыслам» (Мосунова, 2012, с.84),  2011), а также независимо от них  в наших тезисах «концепция диалогического чтения» (Домбровская, 2016). В них мы акцентировали роль вопросов к автору и поиска ответов в тексте. Всплывает проблема вопросов и у Ф. Моретти, который пишет так: «оно (вопрошание – и. д.) ставит литературоведение с ног на голову, превращая его в эксперимент типа «вопросов, заданных природе»….- вопросы заданные культуре» (Моретти, 2016, с.229-230). В режиме внутреннего диалога при чтении художественного произведения его кульминация переживается как  смыслорасширение, смыслообразование или смыслопорождение в их понимании (Леонтьев, 1999), а в психологии чтения (Мосунова, 2012)

  Но при том, что сейчас очень много говорится о роли вопросов в педагогике, психологии, философии, остается верным, что «Мы выучили все возможные ответы, но мы не ведаем, в чем состоит вопрос» (А. Маклиш по Кон, 1984). И хотя философы считают вопрос формой мысли (Берков, 1972 и др.), психологические классификации вопросов нам не удалось найти. Поэтому мы пользуемся собственным рабочим различением вопросов при чтении  на вопросы уточняющие понимание и предвосхищающие изложение, а также вопросы на смыслообразование. Вопросы на смыслообразование представляют собой вопросы о контексте книги и о личностном смысле читаемого.

  Проблема же того, с кем или с чем читатель ведет диалог – с автором или текстом, до Р. Барта решался однозначно – это был диалог с автором, стоящим за текстом и с жизнью, отраженной автором. Р. Барт же в знаменитом эссе «Смерть автора» как бы объявил приоритетность читателя и текста перед автором. Он писал: «…рождение читателя приходится оплачивать смертью Автора» (Барт, с. 391).  А мы понимаем это так в свете своих взглядов: происходит переход от диалога с автором к внутреннему диалогу при чтении.

  Нужно отметить, что у понятия внутреннего диалога в имеющихся у нас его изданиях нет, у него есть понятие интериоризации, которое объясняет логику перехода диалога с другим во внутренний диалог, от вопросов другим к вопросам к себе, от поиска ответов на чужие вопросы к поиску ответов на свои собственные вопросы.

  Психологически только постановка вопросов самому себе и активный поиск на них ответов является признаком зрелого внутреннего диалога. А способность к внутреннему диалогу – это признак личностной зрелости. И, обучая ведению внутреннего диалога при чтении,  можно способствовать становлению активной, автономной и рефлексирующей личности.

Литератрура:

Адлер, Мортимер. Как читать книги. Руководство по чтению великих произведений - 4-е изд.- Москва : Манн, Иванов и Фербер, 2016 – 344 с. Барт, Р. Смерть автора / Барт. Р. Избранные работы: Семиотика. Поэтика: пер. с фр. – Москва: Прогресс, Универс, 1994. – с. 384-391 Бахтин,  и герой в эстетической деятельности // Бахтин словесного творчества / Сост. . — М.: Искусство, 1979. — с.7-180 Белянин, литературоведение. Текст как отра­жение внутренних миров автора и читателя: Моно­графия  — Москва: Генезис, 2006. — 320 с. Берков, как форма мысли.- Минск: БГУ, 1972.- 136 с. Борев, . Учебник. – Москва: «Высш. Шк.», 2002. – 511 с. ффект отчуждения в эпических картинах Брейгеля Старшего // литературе. Изд. 2-е доп. / Пер. с нем. Кацевой. – Москва.: Худож. лит, 1988. – с.149-152 Выготский, искусства. – 3-е изд. – Москва: Искусство, 1986. – 573 с. Выготский, сочинений: В 6-ти тт. - Т. 2. Проблемы общей психологии. - Москва: Педагогика, 1982.-  417 с. Гениева Европы, или научите людей читать // История чтения в западном мире от Античности до наших дней / ред.-сост. Г. Кавалло, Р. Шартье; пер. с фр. , , . – Москва: «Издательство ФАИР», 2008. – с.5 Домбровская,  диалогического чтения // Журнал Международного института чтения им. , №№ 12–15. Психология, философия и педагогика чтения. / Материалы 18-й, 19-й и 20-й Международных научно-практических конференций по психологии, философии и педагогике чтения, посвященных 20-летию Международного института чтения им. (22 апреля 2015 г., Москва, 18 июня 2015 г., Санкт-Петербург), 130-летию Российского психологического общества при Московском университете (29 сентября 2015 г., Москва, 10 ноября 2015 г., Санкт-Петербург) и 80-летию со дня рождения (21 января 2016 г., 28 марта 2016 г.) / Ред.-сост. . Издание 2-е, доп. в 4-х частях. — М.: НИЦ ИНЛОККС, 2016, — с.214 -216. Ермолаева, Е. Развитие способности к диалогическому взаимодействию с текстом // Журнал Международного института чтения им. № 10. Чтение и развитие личности. Материалы 15-й научно-практической конференции по психологии, философии и педагогике чтения с международным участием, посвященной 75-летию со дня рождения , 17–19 января 2011 года, МГУ им. , Москва / Сост. . – М.: НИЦ ИНЛОККС, 2011. – с.22-26 Каракозов, смыслообразования при чтении художественной литературы // Вопросы психологии.- 1987 -№2. – сс..122-128. В поисках себя: личность и ее самосознание. – Москва: Политиздат, 1984. –с.9 Леонтьев методологического осмысления практик работы с личностью: фасилитация, ноотехника, жизнетворчество. // Консультативная психология и психотерапия. – 2012. - №4. Леонтьев смысла: природа, структура и динамика смысловой реальности. – М.: Смысл, 1999. – 488 с.
Леонтьев, общения. – Москва: Смысл, 1999. – 365 с. Мелентьева, теория чтения. – М.: Наука, 2015. – 230 с. Моретти, Ф. Дальнее чтение [Текст] / пер. с англ. А. Вдовина, О. Собчука, А. Шелли. Науч. Ред. ушнарева. – Москва: изд-во Института Гайдара, 2016. – 352 с. Мосунова чтения художественной литературы. – Москва.: МГУП, 2012. -169 с. Патяева, саморазвития личности в изменяющемся мире / // Психологические исследования. 2015. Т. 8, № 41. С. 9. URL: http://psystudy. ru (27.05.2016). еловек в поисках смысла. Пер. с англ. и нем. – М.: Прогресс,1990. – 368 с. Шкловский, как прием // Шкловский счет: Статьи – воспоминания – эссе (1914 – 1033). – Москва: Советский писатель, 1990. - с.58-73 оль читателя. Исследования по семиотике текста. перев. с англ и ит. . – СанктПетербург: Симпозиум, 2005. – 502 с. Эко, У. Шесть прогулок в литературных лесах..перев. с англ. А Глебовской. – СанктПетербург: Симпозиум, 2002, - 288 с.