День начала контрнаступления советских войск против немецких войск в битве под Москвой (1941 год) (стр. 2 )

Силами горожан Москва была превращена в настоящий город-крепость, подготовленный к обороне, ведению уличных боев. Столица ощетинилась баррикадами, «ежами» из рельс, проволочными заграждениями. Многие жизненно важные объекты, в том числе мосты, заминированы.

Вражеская авиация совершила 140 налетов на cтолицу, в которых участвовало в общей сложности 7 200 самолетов. Защитники московского неба сбили свыше тысячи из них. Примерно 400 самолетам удалось отбомбиться по городу (было сброшено 1 600 фугасных и 110 тысяч зажигательных бомб). Целью особой важности для немецких лётчиков стал Московский Кремль.

Было разрушено или серьёзно повреждено несколько сот домов, предприятий и учреждений. Пострадало от бомбёжек около 8 тысяч человек, из которых погибло около 2 тысяч москвичей. Во время воздушных налетов на город было потушено 42 тысячи возгораний и 2 тысячи пожаров, обезврежено 40 тысяч зажигательных бомб.

Все промышленные предприятия Москвы работали для фронта. 500 из них в начале войны были эвакуированы на восток. Люди работали по 14-16 часов в сутки без перерыва, cпали прямо у станков, неделями не бывали дома.

Комитет Государственной Обороны (ГКО) возложил оборону рубежей, отстоявших на 100—120 километров от Москвы, на командующего войсками Западного фронта . Всю вторую половину октября в Подмосковье шли непрерывные ожесточенные оборонительные бои. Войска Западного и Калининского фронтов отвечали атакующему врагу контрударами. К началу ноября оборонительные рубежи этих двух фронтов стабилизировались на линии Селижарово, Калинин, Волжское водохранилище, Волоколамск, Наро-Фоминск, Алексин.

В полосе обороны Брянского фронта немецкой 2-й танковой армии 30 октября удалось подойти к Туле. Город был превращен в крепость, которая стала неприступной для врага. Он был остановлен в 10 километрах южнее участка железной дороги Тула — Узловая. После этого и к юго-западу от Москвы фронт стабилизировался. Наступило относительное временное затишье.

Но 15 ноября германские войска возобновили наступление на Москву: операция «Тайфун» продолжилась. Были захвачены города Клин и Солнечногорск. Танковые части генерала Гудериана за десять дней наступления вышли на рубеж в 6 километрах от города Каширы, расположенного в 109 километрах от Москвы. У Яхромы был захвачен мост через канал Москва — Волга.

В тех событиях случился и такой бой. На южную окраину города Дмитрова прорвались 20 немецких танков. В эти минуты в Дмитрове появилось 8 танков Т-34 и КВ. Они пошли в атаку под личным командованием командующего 30-й армией генерал-майора . Неприятель был выбит из города.

Массовый героизм советских воинов при защите Москвы был нормой их поведения в боях. Стойко сражалась на подступах к столице 316-я стрелковая дивизия генерал-майора . Бойцы вели тяжелые бои на всех участках обороны. На всю страну прозвучал подвиг 28 воинов-панфиловцев, совершенный 16 ноября у железнодорожного разъезда Дубосеково. Горстка пехотинцев приняла неравный бой с 50 немецкими танками. Гитлеровцы, потеряв здесь 18 боевых машин, не прошли дальше. В этой яростной схватке погибла почти вся рота, но герои-панфиловцы не пропустили врага. Стрелки-панфиловцы (почти все посмертно) были представлены к званию Героя Советского Союза.

В это время на Волге и Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке, в Средней Азии и Казахстане формировались новые полки, дивизии, армии. Советские железнодорожники «зеленой улицей» повели десятки эшелонов к столице. 9 октября с Дальнего Востока прибыла 32-я стрелковая дивизия полковника . 21 октября вступила в бой на Варшавском шоссе 93-я Восточно-Сибирская дивизия генерала . Через четыре дня восточнее Дорохова разгрузились воинские части, переброшенные из Забайкалья. 28 октября в район Истры прибыла 78-я стрелковая дивизия полковника . По Москве быстро распространилась весть, что по столице идут сибирские полки. Улицы были запружены народом. Все говорили, что сибиряки дадут немцам жару и погонят врага на Запад. Вот что вспоминала одна из очевидцев: «Когда же мы увидели колонны сибиряков, то были несколько разочарованы: вместо богатырей, которых ожидали увидеть, мы увидели обыкновенных людей с красными лентами через плечо с надписями "От Сибири до Берлина". Потом, когда Сибирские дивизии разгромили немцев под Москвой, мы, москвичи, поняли, что сибиряков отличают не столько физические данные, сколько высокий их моральный дух".

Из письма Александра Ивановича Овечкина, призванного в армию с Бердской хлебопекарни: "...прошли по Красной площади. Видели Сталина, Калинина, Ворошилова. Нас прошло много. Настроение поднялось. Я воодушевился. Гитлера мы разобьем... Слышали, как москвичи говорили: "Ну, сибиряки им дадут!". Силы наши очень огромные. Мы не допустим врага до нашей столицы — он будет разбит!".

О жарких схватках с врагом, о стойкости сибиряков в бою свидетельствуют многие письма защитников Москвы. Вот только некоторые выдержки из них.

Лисицын писал: "...Я находился на поле боя среди раненых и убитых и весь был в крови, как будто в воде искупался...".

Когда были написаны эти письма, Иван Кузьмич Капралов еще находился в пути из Сибири в Москву, проезжая которую написал: "Не верьте никому, что Москва сдана врагу. Москва стояла и стоять будет!".

Таков был настрой наших земляков, всего советского народа: отстоять столицу любой ценой. И они исполнили свой долг.

Начиная этот новый натиск на советскую столицу, гитлеровский генералитет был уверен в полном успехе продолжения операции. Не случайно 10 ноября командный состав группы армий «Центр» был уведомлен из Берлина: «Фюрер вновь решил, что капитуляция Москвы не должна быть принята, даже если будет предложена противником…». Гитлер кричал: «Я разрушу этот проклятый город, а на его месте устрою искусственное озеро с центральным освещением. Название «Москва» исчезнет навсегда».

За 20 дней неприятель продвинулся к городу еще на 60—110 километров, но 5 декабря вражеский атакующий пыл угас. Советские войска остановили гитлеровцев всего в 12 километрах от современной черты столицы России.

Здесь свое слово сказали и действовавшие в тылу врага 237 отрядов и 468 групп партизан. Так, из-за разрушений на железных дорогах немецкое командование в ноябре месяце получало в среднем в сутки вместо 70 всего 23 эшелона.

Советское командование стало готовиться к контрнаступлению под Москвой. Создавались сильные фронтовые резервы, формировались новые полки и дивизии, танковые бригады. Было принято решение о создании нескольких десятков лыжных батальонов. Значительные запасные войска прибывали из Сибирского военного округа. Западный фронт получил на усиление три армии и другие войска. Всего фронт получил 100 тысяч бойцов, 300 танков и 2 тысячи орудий.

Командующий Западным фронтом сумел определить признаки изменения обстановки на фронте в пользу советских войск. О том было доложено Сталину: наступательные возможности немцами израсходованы. Верховный Главнокомандующий рассмотрел предложение полководца Жукова о начале контрнаступления под Москвой силами трех фронтов: Западного, Калининского и правым крылом Юго-Западного.

Контрнаступление советских войск под Москвой началось 5 декабря 1941 года. К этому дню соотношение сил и средств продолжало оставаться в пользу фашистских войск. Их численность составляла 1 708 тысяч человек против 1 100 тысяч человек у защитников Москвы. Орудий и минометов (соответственно) 13 500 и 7 652, танков и САУ -1170 и 774. Только по самолетам советские войска превосходили врага: 1000 самолетов против 615.

День 5 декабря стал началом краха операции «Тайфун». Контрнаступление советских войск развивалось в целом успешно. Помехой не стало ни упорное сопротивление врага, ни сильные морозы, ни глубокие снега. К северу-западу от Москвы значительный урон понесли немецкие 3-я и 4-я танковые группы и 9-я армия. Были освобождены города Калинин (ныне Тверь), Клин, Солнечногорск, Волоколамск и другие. Выход же советских войск к Ржеву создал угрозу охвата группы армий «Центр» с севера.

Юго-Западнее Москвы левым крылом Западного фронта было нанесено поражение немецким 2-й танковой и 4-й армиям. Была снята угроза Туле, освобожден город Калуга. Главные силы полководца на западном направлении от столицы освободили города Наро-Фоминск, Малоярославец, Боровск. В начале января 1942 года контрнаступление завершилось. Враг был отброшен от Москвы на 100—250 километров.

Отступив на западный берег реки Истры, противник, получивший свежие силы, попытался остановить наступление советских воинов. Он заминировал всю местность перед передним краем своей обороны, взорвал плотину Истринского водохранилища. Лёд на реке был взломан и уровень воды поднялся на три метра. Фашисты считали, что создали неприступную преграду, но просчитались.

Сапёры из сибирской 9-й гвардейской стрелковой дивизии генерал-майора под командованием старшего лейтенанта Трушникова разминировали берег и приступили к строительству переправы. Под огнём противника при 25-градусном морозе они мужественно выполняли поставленную задачу. Красноармейцы Пестреков и Ищенко десятки раз входили по пояс в ледяную воду и наводили переправу. Командир батальона капитан Романов отобрал 100 добровольцев. Ночью они незаметно форсировали реку, внезапным ударом уничтожили батальон гитлеровцев и закрепились на занятом плацдарме.

Попытки противника сдержать натиск советских войск потерпели провал. Подмосковные поля были усеяны трупами немецких солдат и офицеров, грудами разбитой и брошенной техники. 38 вражеских дивизий, из них 11 танковых, были разгромлены, остальные сильно потрёпаны и отброшены на 100-250 километров. В ходе наступления было освобождено 11 тысяч населённых пунктов, в том числе 60 городов.

Военный совет Западного фронта 12 декабря докладывал о том, что в ходе контрнаступления ударные фланговые группировки немцев «разбиты и поспешно отходят, бросая технику, вооружение, и неся огромные потери. Всего... захвачено и уничтожено, без учета уничтоженных авиацией: танков — 1 434, автомашин — 5 416, орудий — 575, минометов — 339, пулеметов — 870... Преследование и разгром отступающих немецких войск продолжается».